Наемник и некромант

Прибежал Изюм, сунул нос в потихоньку заполняющуюся холстину и расчихался. Долго сидел, тер нос лапой под смех обоих эльфов. Кажется, даже обиделся, но вскоре снова завилял хвостом и убежал исследовать берег дальше — только хвост в траве мелькнул.

— Надо было еще лопатку поискать, должна же где-нибудь быть, — вздохнул Айтир.

Действительно, это в дороге хоть чем орудуешь, а тут, вроде как, приличные условия. В лаборатории было много всего, и в доме, по идее, тоже где-то добро лежать должно было. Найти бы… Но руки попросту не дошли. Какой там, когда вроде на одном месте, а все время или сон, или беготня и морока. Вот и сейчас: руки вроде срезают траву, а в голове мысли и мысли. Что есть, чего не хватает — надо бы вечером список составить. И кроме трав не забыть вписать в него щенков и котят, кинжалы ученикам, пару злосчастных кастрюль… Этим мыслям Айтир невольно улыбнулся, заправил за ухо выбившуюся прядь волос и покосился на Ильмаре.

— Тебе самому ничего не нужно?

— Мне? — Ильмаре удивлённо вскинул голову. — Посмотри на меня, я рыл с тобой могилу на кладбище с помощью палки, о чем речь? — он заразительно расхохотался, широко раскрывая рот.

На него накатила какая-то истомная расслабленность. Хотелось бросить все, развалиться и лежать, закусив горькую травинку и рассматривая пока еще светлое, полное легкомысленных белых облачков небо. Но нужно было работать, и Ильмаре, вздохнув, стянул перчатки и почесал нос. Айтир еще хоть как-то сохранял приемлемый и чистый вид, он же по локти вымазался в грязище — полез к самой кромке воды, где земля была густой, жирной и липкой, чтобы достать белобыльник. Что сапоги, что перчатки — все было в темной жиже, но это ничуть не расстраивало, даже наоборот, приободряло и веселило. Любопытный Изюм, опять прибежавший проверить, чем это хозяева тут занимаются, был вымазан в грязи за непослушание и настырность. Забавно вертя мордой, пес гордо ушел куда-то вбок, в пролесок.

Провозились они так незаметно еще с час, иногда перебрасываясь незамысловатыми фразами или историями. Некромант знал в травничестве куда больше простого наемника, что неудивительно; но и Ильмаре припомнил пару рецептов, которые ему вдалбливал в голову старейшина. Те рецепты были его собственными, а потому Айтир попросту не мог о них слышать.

— Есть настойка, после которой можно еще двое суток стоять на ногах. Обычно подобные эффективны примерно день, эта же ядрёная и забористая. Проверял на себе, — Ильмаре раскладывал перед собой широкие листья, внимательно высматривая, нет ли болячек на стеблях. — Её долго варить надо, так что в поместье дай мне немного повозиться в лаборатории.

Айтир кивал, ему и самому было интересно взглянуть на эльфийские рецепты. Ну или на переработанные эльфами рецепты — без разницы. Все немного иное, чем людское, вдруг что интересное в них найдется?

К полудню, когда они завязали туго набитую травами холстину, Ильмаре резко повел ухом и обернулся на лес. Затем что-то промычал, прикидывая в уме, и, прикусив губу, покосился на травы.

— Считай до сотни. Сейчас будет ливень. Надо спрятать куда-то в сухое место. Идеи есть?

— Вон там ели, — указал Айтир. — Достаточно густые, а дождь, по-моему, ненадолго, это к вечеру морось начнётся. Заодно и перекусим, пока ждем.

Ну да, потом времени не будет, подождать, пока хоть немного все обсохнет — и торопиться добрать, что получится. Можно было бы сразу идти на кладбище, но Айтир учуял неподалёку мелкий очажок силы, хотел проверить, вдруг там тоже что-нибудь растёт. Место было повыше, к холму, высокому и каменистому, как раз по грязи не шлепать — и пепельник такое любил, где посуше.

Дождь хлынул, когда уже укрылись под еловыми ветвями, для надёжности замотав травы в более плотный плащ некроманта. Сами устроились вдвоём под оставшимся, да так и теплее было.

— Осень… Вовремя все-таки эта зимовка подвернулась, не будь её, пришлось бы у Малты оставаться, — заметил Айтир, по-честному деля прихваченное с кухни.

Ильмаре задумчиво жевал, мысленно возвращаясь к тому времени, когда они жили у Малты. Странное время было — постоянно солнечно, всюду чумазые дети, огромные деревенские мужики, не перестающее ныть плечо и медленно поправляющийся Айтир. Было умиротворенно и совершенно ново, но при этом он каждый день чувствовал, как время ускользает, как песок сквозь пальцы. И что в один день им придётся покинуть дом и деревню.

— Мне кажется, нам стоит к ней зайти, как попрощаемся с поместьем. Думаю, тебя там встретят уже двое, — доев, Ильмаре все-таки обернулся лицом к некроманту и пристально взглянул ему в глаза. Что ж он, совсем дурак, чтобы не понимать теперь, для чего Малта тогда затащила Айтира в постель? Уж явно не для телесных утех, какие они, с некромантом-то.

— Может, и зайдем, может, и двое… — неопределенно отозвался Айтир.

Он сам не знал ещё, хочет ли этого. Или «через пять лет», как с поместьем, чтобы увидеть сразу будущее, а не едва родившегося младенца. Потому что ведь не сможет, не останется, а Малте и не особо нужен, она сама себе хозяйка.