Наказание

— Работа с детьми в таком возрасте очень сложная. У многих начинает развиваться собственный характер и мировоззрение, зачастую оно отличается от нашего привычного представления и нам становится трудно, порой даже невозможно их понять. Приходится заново находить с ними общий язык, ведь каждый из них в этом возрасте становится полноценной личностью со своими принципами и взглядами. С Леной это сложнее всего, она слишком независима и амбициозна. Мне кажется, иногда она сама себя не понимает и от того идет на поводу своих импульсивных желаний, каких-то мимолетных потребностей, нехарактерных ей.

— А как бы мне с ней самому поговорить?

— Сегодня она была только на первых двух уроках, а потом ушла. Конечно же, я ее понимаю, она сильно переживает из-за смерти близкой подруги. Я не знаю точно, где она может быть. Скорее всего, дома или катается на машине где-то по городу.

— С кем? — удивленно спросил Семенов.

— Сама по себе, — простодушно ответила Дарья Сергеевна.

— В смысле? — совершенно непонимающе переспросил он.

— А! Вы, наверное, не знаете. Отец подарил ей на Новый год машину, какую-то спортивную иномарку красного цвета. Я сама в них плохо разбираюсь, но, по-моему, японскую.

— Девчушке еще нет шестнадцати, а она свободно разъезжает по городу на машине?

— Может быть, ей по паспорту нет еще шестнадцати, но поверьте, в душе у нее уже давно за двадцать.

— Ясно. Что же, мне, наверное, пора, я и так отнял у вас много драгоценного времени.

— Да ну что вы. Мне совершенно не жалко.

— Благодарю вас за информацию и отдельное спасибо за приятную беседу, — произнес он со всей своей присущей вежливостью, и уже вроде как собирался уходить, как неожиданно в висках что-то сильно кольнуло, в глазах резко помутнело, изображение поплыло куда-то в сторону. Боль перешла от виска куда-то вглубь черепной коробки и оттуда стала доноситься отдельными промежутками. Семенов присел на время обратно на стул, чтобы более-менее прийти в себя.

— С вами все хорошо? — обеспокоилась Дарья Сергеевна, заметив его нездоровый приступ. — Может воды?

— Простите, голова что-то сильно разболелась. У вас таблетки не найдется?

— Я не знаю, — растеряно проговорила она, подошла к шкафчику и начала искать там медикаменты или аптечку. — Вот, вам анальгин подойдет?

— Давайте анальгин. Должно помочь.

Выпив таблетку, он еще минуту промучился, но потом боль стала понемногу утихать и не так заметно напоминала о своем присутствии. На прощание Дарья Сергеевна подарила ему незабываемый теплый взгляд, от которого, казалось, даже хмурое небо растаяло и на несколько мгновений обратилось в яркий солнечный день, а в душе у агента Семенова заиграли звонкие струны.

26 апреля. Московская область, г. Межевск. ГСК-26. 12:10.

С ночи и все утро дождь тоскливо моросил на улице. И временами даже не дождь, а скорее мерзкая изморось под леденящим ветром. Казалось, тяжелым цинковым облакам на небе не было ни конца, ни края. Угрюмая, подавленная атмосфера больше клонила ко сну и совершенно не придавала утренней бодрости. Вернее было бы сказать, что само утро не приносило абсолютно никакого желания просыпаться. Один раз посмотрев в окно было бы достаточно, чтобы плюнуть на все и завалиться обратно спать до самого лета. Холодные лужи, пропитанные мутной грязью, почти не отражали небосклон. Обнесенные бетонными стенами коробок однотипных домов, они находили свое постоянство среди асфальтовых трещин и дорожных ухабов. Незадачливым прохожим только и оставалось, что с трудом выбирать путь обхода, чтобы лишний раз не испачкать промокшие ботинки и сапоги. Да при этом еще умудряться придерживать зонт от резких порывов не самого приятного ветра. Такая погода была явно не для прогулок, и стоило бы лишний раз подумать о необходимости выходить на улицу. Нет уж, нет уж! Как вариант получше, остаться дома в тепле и уюте, приятно расположиться в мягком кресле, заварить горячий чай с лимоном и постараться не думать ни о чем.

Стараясь не попасть в грязные разъезженные ямы, минуя торчащие со всех сторон камни и куски железной арматуры, по узкой дороге к гаражу Сергея неспеша и почти бесшумно подкатила новенькая красная хонда цивик. Тюнингованная, в спортивном исполнении с тонированными по цвету кузова стеклами и полным электронным фаршем, она была единственной в своем роде в этом городе. Сергей Задорожный, он же просто Снейк или Змей, как называли его друзья, находился внутри. Это было очевидно, потому как из-за стен гаража на разрыв доносилась музыка Курта Кобейна. Лена вышла из машины и, аккуратно перешагивая через колеи грязи, чтобы не испачкать свои новенькие белые кроссовки, направилась к металлическим дверям.

— О! Какие люди! — приветствовал ее появление Снейк, сидя на замызганном диване в обнимку с банкой пива. — Стрельникова, какими судьбами тебя сюда занесло?

— Я за твоим Лотосом, — совершенно серьезно произнесла она.

— Ты ничего не попутала? — оскорблено спросил он. — Только через мой труп!