Наруто и полдень

К Хокаге они прибыли раньше обычного, Сакура хоть и лишилась ноги, но оставалась по прежнему столь же мобильной благодаря своим тренировкам. Поэтому им пришлось некоторое время ждать, пока Хокаге принимал другую команду. Но вскоре и за них принялись — Хокаге подозвал их в кабинет, где собрались несколько чуунинов и джоунинов.

— Узумаки Наруто, Учиха Саске и Харуно Сакура. Вы обвиняетесь в нарушении законов Конохи и в использовании запретных техник, — седой старик, Хокаге говорил медленно и чётко. — За это вы лишаетесь звания ниндзя и отправляетесь в Академию для восстановления ваших навыков на два года. Сдать повязки, — строгим тоном добавил он. — Эх, хорошо они совсем не натворили глупости, как Орочимару, — уже тише дополнил он.

Они молча сняли повязки и забрали документы о назначении в Академию. А потом также молча направились до дома Саске, каждый думая о своём. И лишь около дома Саске, Наруто прервал установившуюся между ними тишину.

— Мы легко отделались, — сказал он. — Эх, хорошо, что на миссиях ранга D мы неплохо заработали.

Наруто знал и понимал, почему они так легко отделались. Да, они нарушили законы, ужесточившиеся со времён Орочимару. Но они не делали того же, что делал Орочимару, погубив чужие жизни.

— Может стоило нам всё же принести в жертву человека? — спросила Сакура.

— Заткнись. Я не хочу быть таким, как мой старший брат, — сказал Саске.

— Так и знал, что ты это скажешь, — сказал Наруто.

— В следующий раз, мы не должны попасться, — сказал Саске.

— Да, — кивнула Сакура. — Наруто, можно я поживу у тебя в квартале?

— Ага. А что случилось?

— Нет, ничего.

Микото уже ждала их дома, приготовив несколько блюд. Поприветствовав их, она отправила их отмываться и менять бинты на повреждённых конечностях, новые она успела купить ещё в больнице, записав всё на счёт Саске. Когда все расселись, Микото начала разговор, попросив Наруто установить барьер.

— А откуда…

— Вы же создавали моё тело из своей чакры. Я знаю всё то, что и вы, — сказала Микото активировав шаринган.

— Ладно, — сказал Наруто щёлкнув пальцами. — Готово.

— Итак, первое, что вы должны знать, что я не совсем Микото, скорее её клон, — сказала клон Микото. — Хоть и обладаю всей её памятью.

— Мне достаточно и этого, — сказал полностью счастливый Саске, поедая рис. — Кха! — руку прострелило резкой болью и Саске поморщился. Обезболивающие не справлялись с работой.

— Второе, я, в связи с пробуждением у Саске Мангекё Шарингана, хочу рассказать вам правду о том дне, о Итачи, — сказала Микото. — Думаю, теперь это можно.

— Правду? — удивился Наруто.

Микото рассказала о том, что между Учиха и Деревней началась неприязнь, также рассказала о том, как другие Учиха своей вспыльчивостью только усугубляли ситуацию, как клан Учиха пришёл к тому, чтобы возжелать захват власти в Деревне и к чему это могло привести. Как между деревней и кланом нарастал конфликт. А также о том, что Итачи выбрал деревню, и вырезал клан, оставив в живых только Саске, ничего не знавшего о восстании клана.

— То есть получается, если бы Учиха были терпеливее и думали бы о своей репутации, то восстания не было бы и Учиха давно бы стояли у власти? — спросил Наруто.

— Да, это так, Наруто, — согласилась Микото. — Саске, что ты думаешь?

— … — Саске ничего не ответил.

— Итачи защитил деревню и защитил тебя от того, чтобы тебя убили, договорившись с Данзо и попросив защиты у Хокаге. Он сделал всё, чтобы ты не знал правды о той ночи; всё, чтобы ты продолжал жить, отомстил ему, и вернулся героем в деревню, продолжая жить, вернув клану нормальную репутацию и возродив его. Он пошёл на всё, чтобы ты жил не так, как он.

— Мне плевать, я Итачи жалеть не собираюсь. Хоть он и спас деревню, я уничтожу его и возрожу свой клан, — сказал Саске. — То что он натворил, неприемлемо и непростительно.

— Так и знала, — тяжело вздохнула клон Микото. — Похоже, своего решения отомстить ему ты не изменишь.

— Да, — ответил Саске, поморщившись от боли в руке. — Прости мама…

— Ничего Саске, я буду любить тебя не смотря ни на что, — ответила Микото.

Наруто лишь осуждающе покачал головой, глядя на то, как Саске вытирает слёзы. Не так уж он и чёрств по отношению к Итачи. Так зачем через силу себя заставлять ненавидеть того, кого любишь? Наруто не понимал, точнее, как обычно, делал вид, что не понимал. Всё же опыт предыдущих перерождений дал ему многое, в том числе понимание таких «нелогичных» с первого взгляда моментов.

— Эх, если бы можно было бы изменить мир, — тихо прошептал Наруто, так чтобы услышал ТОЛЬКО Саске. — Ну что, по домам?

Саске проснулся от собственного крика. Руку жгло, рвало, кололо болью. Рука заживо гнила, истекала кровью, истлевала, распадалась. Боль была невыносимо мучительной, сводила с ума, заставляла Саске впадать в беспамятство. Саске пришлось поставить барьер, чтобы его мама не услышала криков.

— Как же больно! Ха! Больно! — хрипел Саске извиваясь в кровати.