Саймон Альберт Вайцель никак не мог сообразить, что он делает среди ночи здесь, на самом краю бездонного котлована, вырытого компанией «Гордон консолидэйтед энтерпрайзиз». Он не помнил, как добирался сюда: автобусом ли, электричкой, не мог припомнить мигающих огоньков светофоров или каких-нибудь других подробностей поездки. Вспомнил лишь звуки, звуки, которые он слышал день за днем, неделю за неделей на протяжении вот уже второго месяца... Звуки, которые стоили ему работы и рассудка.
333 мин, 59 сек 15148
— Хватит воевать! Давай в вертолет! — приказал ей Штрауд и, ухватив Кендру за рукав, увлек за собой. Натан следовал за ними по пятам. Бурлящая толпа угрожающе приближалась, и Штрауд, обернувшись, трижды быстро спустил курок, сразив трех вырвавшихся вперед зомби. Они рухнули на землю, дергаясь в страшных корчах, и у Штрауда мучительно сжалось сердце. Но не успел он пожалеть этих бедняг, как остальные зомби, даже не заметив, прошли по ним необузданным стадом, втаптывая в глину истерзанные останки и стремясь настичь Штрауда и других «живых» людей.
Таковых, однако, нигде больше не было видно, лишь стоявший неподалеку вертолет и его пилот являли собой последнюю надежду на спасение. Кареты «скорой помощи» и полицейские автомобили скрылись из виду под грудами отвратительно шевелящихся тел. Пилот, нервными движениями одергивая на себе куртку коричневой кожи и беспрерывно поправляя фуражку, крикнул, чтобы они поторопились. В уши Штрауду ударил пронзительный вопль Гордона, сметенного сотрясающим почву топотом людского стада.
Натан прыгнул в кабину вертолета и втащил за собой Кендру. Штрауд же остановился в шаге от него и, набрав полную грудь воздуха, выкрикнул одно только слово: «Эшруад» — и это возымело зримое действие на зомби, явно замедливших свое, казалось, неудержимое продвижение к ним.
— Да скорее же ты! — умоляюще воскликнула Кендра, и Штрауд впрыгнул в кабину уже оторвавшегося от земли вертолета.
— О, Боже, смотрите!
— Иисус Христос! — вырвалось у Натана. Под ними тягуче колыхающийся поток человекоподобных автоматов заливал всю строительную площадку. Он захлестнул полисменов Натана, строителей в защитных касках, убил Гордона и двух помощников Кендры. На заднем сиденье тихо всхлипывала Кендра, сидевший рядом с ней Натан перезарядил пистолет и прицелился было через открытую дверцу вертолета, но спохватился, поняв, что никакой пальбой тут уже не поможешь.
Повсюду, куда только хватало глаз, вокруг котлована толпились в покорном ожидании зомби. Теперь они станут охранять корабль и нести на него других — таких, как люди в вертолете, — нести этому нечто, притаившемуся па корабле, где оно будет безмятежно насыщаться так долго, как пожелает.
Штрауд не сомневался, что подобная смерть будет куда страшнее и мучительнее, нежели гибель от рук оборотня или даже долгая агония жертвы вампира. Было в этом, создании что-то такое омерзительное, зловещее и жестокое, с чем Штрауду никогда прежде сталкиваться не доводилось.
— А что за слово вы им крикнули? — поинтересовался пилот, представившийся им Лютером Стоуксом.
— Имя одно, — коротко бросил Штрауд.
— А чего они тогда тормознули? — не унимался любознательный Лютер Стоукс.
Натан резко подался вперед, боясь не расслышать ответ Штрауда. Выглядело это так, словно комиссар стал относиться к Штрауду с подозрением.
— Эшруад… Это имя Леонард обнаружил в письменах на пергаменте… Древнее имя…
— А мне послышалось, что вы выкрикнули свое имя, Штрауд, — с сомнением в голосе пробормотал Натан.
На мгновение у Штрауда мелькнула мысль о том, как схожи эти два имени, но тут он перехватил затравленный взгляд Кендры. Она забилась в уголок заднего сиденья — покрасневшие и опухшие веки, по щекам катятся слезы, все тело бьет нервная дрожь. Там, далеко внизу, море человекоподобных роботов накрыло санитарные машины, на которых она с Марком и Томом примчалась прямо к месту их гибели. В сумраке наступающей ночи открывавшаяся под ними картина выглядела миллионоголовым муравейником, алчно шевелящимся над живой добычей.
Зоркие глаза Штрауда разглядели процессию, направляющуюся к шахте и кораблю и несущую над своими головами тела «живых» людей, возможно, и Гордона в том числе, неведомому существу, скрывающемуся в непроглядной тьме своей норы.
— И все же нам придется возвращаться в котлован, — произнес он. — Нужно только время, еще немного времени…
Натан внезапно резко выпрямился и замер в напряженной позе.
— Время? Времени-то у нас как раз не осталось, доктор Штрауд. Это, эта штука сосет жизнь из нашего города. А вы мне помешали! Если бы мы похоронили ее, его там, внизу, может быть, тогда, возможно, мы еще бы и…
— Чепуха, комиссар! Все ведь не так легко и просто. Оно требует пятьсот тысяч жизней ваших граждан, не забыли? И к тому же ничуть нам не доверяет, вот оно само и вышло за нами. Неужели непонятно? — Пятьсот тысяч? — не веря своим ушам, задохнулась Кендра.
— А может, и больше, — безжалостно ответил Штрауд. — Да оглянитесь же вокруг себя. Оно готовит массовую бойню, и все жертвы должны быть доставлены в его логово.
— Господи, Штрауд, откуда вам все это известно? — Письмена… Те предметы, что мы вынесли на поверхность… Археологические свидетельства. Мы знаем даже, как этруски звали его: Уббррокксс. Теперь, вы, может быть, послушаете меня, комиссар? — Да что там еще слушать!
— Это наш единственный шанс, Натан.
— А почему я вам должен верить? — Я единственный, кто вышел из шахты целым и невредимым и кого оно поэтому боится.
Таковых, однако, нигде больше не было видно, лишь стоявший неподалеку вертолет и его пилот являли собой последнюю надежду на спасение. Кареты «скорой помощи» и полицейские автомобили скрылись из виду под грудами отвратительно шевелящихся тел. Пилот, нервными движениями одергивая на себе куртку коричневой кожи и беспрерывно поправляя фуражку, крикнул, чтобы они поторопились. В уши Штрауду ударил пронзительный вопль Гордона, сметенного сотрясающим почву топотом людского стада.
Натан прыгнул в кабину вертолета и втащил за собой Кендру. Штрауд же остановился в шаге от него и, набрав полную грудь воздуха, выкрикнул одно только слово: «Эшруад» — и это возымело зримое действие на зомби, явно замедливших свое, казалось, неудержимое продвижение к ним.
— Да скорее же ты! — умоляюще воскликнула Кендра, и Штрауд впрыгнул в кабину уже оторвавшегося от земли вертолета.
— О, Боже, смотрите!
— Иисус Христос! — вырвалось у Натана. Под ними тягуче колыхающийся поток человекоподобных автоматов заливал всю строительную площадку. Он захлестнул полисменов Натана, строителей в защитных касках, убил Гордона и двух помощников Кендры. На заднем сиденье тихо всхлипывала Кендра, сидевший рядом с ней Натан перезарядил пистолет и прицелился было через открытую дверцу вертолета, но спохватился, поняв, что никакой пальбой тут уже не поможешь.
Повсюду, куда только хватало глаз, вокруг котлована толпились в покорном ожидании зомби. Теперь они станут охранять корабль и нести на него других — таких, как люди в вертолете, — нести этому нечто, притаившемуся па корабле, где оно будет безмятежно насыщаться так долго, как пожелает.
Штрауд не сомневался, что подобная смерть будет куда страшнее и мучительнее, нежели гибель от рук оборотня или даже долгая агония жертвы вампира. Было в этом, создании что-то такое омерзительное, зловещее и жестокое, с чем Штрауду никогда прежде сталкиваться не доводилось.
— А что за слово вы им крикнули? — поинтересовался пилот, представившийся им Лютером Стоуксом.
— Имя одно, — коротко бросил Штрауд.
— А чего они тогда тормознули? — не унимался любознательный Лютер Стоукс.
Натан резко подался вперед, боясь не расслышать ответ Штрауда. Выглядело это так, словно комиссар стал относиться к Штрауду с подозрением.
— Эшруад… Это имя Леонард обнаружил в письменах на пергаменте… Древнее имя…
— А мне послышалось, что вы выкрикнули свое имя, Штрауд, — с сомнением в голосе пробормотал Натан.
На мгновение у Штрауда мелькнула мысль о том, как схожи эти два имени, но тут он перехватил затравленный взгляд Кендры. Она забилась в уголок заднего сиденья — покрасневшие и опухшие веки, по щекам катятся слезы, все тело бьет нервная дрожь. Там, далеко внизу, море человекоподобных роботов накрыло санитарные машины, на которых она с Марком и Томом примчалась прямо к месту их гибели. В сумраке наступающей ночи открывавшаяся под ними картина выглядела миллионоголовым муравейником, алчно шевелящимся над живой добычей.
Зоркие глаза Штрауда разглядели процессию, направляющуюся к шахте и кораблю и несущую над своими головами тела «живых» людей, возможно, и Гордона в том числе, неведомому существу, скрывающемуся в непроглядной тьме своей норы.
— И все же нам придется возвращаться в котлован, — произнес он. — Нужно только время, еще немного времени…
Натан внезапно резко выпрямился и замер в напряженной позе.
— Время? Времени-то у нас как раз не осталось, доктор Штрауд. Это, эта штука сосет жизнь из нашего города. А вы мне помешали! Если бы мы похоронили ее, его там, внизу, может быть, тогда, возможно, мы еще бы и…
— Чепуха, комиссар! Все ведь не так легко и просто. Оно требует пятьсот тысяч жизней ваших граждан, не забыли? И к тому же ничуть нам не доверяет, вот оно само и вышло за нами. Неужели непонятно? — Пятьсот тысяч? — не веря своим ушам, задохнулась Кендра.
— А может, и больше, — безжалостно ответил Штрауд. — Да оглянитесь же вокруг себя. Оно готовит массовую бойню, и все жертвы должны быть доставлены в его логово.
— Господи, Штрауд, откуда вам все это известно? — Письмена… Те предметы, что мы вынесли на поверхность… Археологические свидетельства. Мы знаем даже, как этруски звали его: Уббррокксс. Теперь, вы, может быть, послушаете меня, комиссар? — Да что там еще слушать!
— Это наш единственный шанс, Натан.
— А почему я вам должен верить? — Я единственный, кто вышел из шахты целым и невредимым и кого оно поэтому боится.
Страница 49 из 96
