Саймон Альберт Вайцель никак не мог сообразить, что он делает среди ночи здесь, на самом краю бездонного котлована, вырытого компанией «Гордон консолидэйтед энтерпрайзиз». Он не помнил, как добирался сюда: автобусом ли, электричкой, не мог припомнить мигающих огоньков светофоров или каких-нибудь других подробностей поездки. Вспомнил лишь звуки, звуки, которые он слышал день за днем, неделю за неделей на протяжении вот уже второго месяца... Звуки, которые стоили ему работы и рассудка.
333 мин, 59 сек 15206
Однако живая стена стражей по-прежнему выглядела весьма внушительной и многочисленной, хотя тут и там отдельные зомби стали покидать свои посты. Спотыкаясь, они торопились к баррикадам, где тесно облепившие их люди теперь встречали каждого новоприбывшего бурными восторженными криками.
— А где сейчас Штрауд? — вдруг поинтересовался Натан, которому вот-вот предстоял малоприятный разговор с армейским начальством.
— Он в самом центре корабля, откуда и исходит злая сила, — объяснил Вишневски.
— А доктор Леонард? Он с ним? — Да, — поспешно вмешалась Кендра. — Доктор Леонард остался с доктором Штраудом.
— Несмотря на помехи, нам удалось получить сообщение, что он присоединился к Штрауду, — очень сообразительно поддержал эту ложь Вишневски.
Кендра и Виш надеялись, что если власти будут считать, что двое оставшихся в шахте людей все еще живы, то крепко подумают, прежде чем открыть по строительной площадке огонь из тяжелых гаубиц.
— Мы просто от них отстали, — продолжала Кендра. — Пришлось отбиваться от всяких тварей, каких вы себе и вообразить не сможете.
— Они нам все костюмы порвали в клочья, а вот они мы, живые и здоровые, — похвастался Виш. — Еще одно доказательство успеха Штрауда.
— Прошу вас, дайте ему еще немного времени, пожалуйста, ну что вам стоит, — взмолилась Кендра.
Натан кивнул в знак согласия, но вояки, состроив озабоченные мины, упрямо качали головами, обмениваясь многозначительными взглядами. Один из них с важным видом заявил: — Н-да, знаете ли, вопрос этот требуется обсудить, посоветоваться…
— Тогда обсудите еще кое-что! — взорвалась Кендра.
— Что!
Виш предостерегающим жестом положил ей руку на плечо, но Кендра резким движением сбросила его ладонь и выкрикнула: — Если Абрахам Штрауд добьется успеха и каждая газета в нашей стране узнает об этом, уж я позабочусь, а вы, дурачье, в последнюю минуту убьете его, чтобы присвоить себе всю славу, то я не знаю, что с вами сделаю!
Вояки, разом исполнив поворот через левое плечо, на негнущихся ногах оскорбленно замаршировали прочь, а Виш и Натан, окинув Кендру укоризненным взглядом, поспешили вслед за ними в попытке как-то их успокоить и выторговать для Эйба Штрауда хотя бы еще один час.
Внезапно Эшруад во весь голос позвал через Штрауда Уббррокксса: — Возьми меня! Возьми меня! Возьми меня!
Снова и снова выкрикивал он короткую фразу, как заклинание. И словно по мановению волшебной палочки прилетевшие из глубины веков мольбы Эшруада принять его в жертву изменили окружавшую их картину. Исчез бесконечный туннель, погасло недостижимое зеленоватое мерцание, и появилась жарко тлеющая груда какой-то омерзительной массы, над которой повисли Вишневски и Кендра Клайн, их обнаженная плоть пузырилась лопающимися волдырями… Поджариваемые заживо, они издавали душераздирающие вопли ужаса и боли.
— Вот так я и тебе отплачу, Эшруад, — раскатисто громыхнул демон, чье тулово жгло подвешенных над ним людей. — Ты так же предвкушаешь этот момент, как и я?
И вокруг них все содрогнулось от дьявольского хриплого хохота.
При виде раскаленной, похожей на лаву, массы у Штрауда натянулся каждый нерв, он чувствовал, как исходящий от нее жар быстро нагревает волшебную броню, сотворенную Эшруадом.
И еще Штрауд стал ощущать — буквально ощущать — нестерпимую боль, терзающую Кендру. Он ощущал эту ее муку каждой частичкой своего существа. Лавоподобная масса пузырчато вздымалась и опадала, посылая при каждом вздохе океанскую волну палящего, вулканического жара.
— Ты долго искал меня, Эшруад, — тем же глумливым топом продолжал Уббррокксс. — Но то, что для тебя тысячи лет, для меня мгновения, за которые изжарится вот это человеческое существо.
Уббррокксс коснулся своим расплавленным огненным пальцем Вишневски, и все тело того вспыхнуло и разгорелось смоляным факелом. У Штрауда стало темнеть в глазах. Смотреть на отталкивающую мерзость монстра было пыткой, ибо внутри его тулова плавали полупереваренные части человеческих тел. Демон, эта акула подземного мира, заглатывал свои жертвы целиком, а потом воссоздавал из них любые формы по своей прихоти и управлял ими на расстоянии.
— О, Боже, я снова слепну, — простонал Штрауд.
— Не смотри на него! — раздался у него в голове приказ Эшруада.
— А где сейчас Штрауд? — вдруг поинтересовался Натан, которому вот-вот предстоял малоприятный разговор с армейским начальством.
— Он в самом центре корабля, откуда и исходит злая сила, — объяснил Вишневски.
— А доктор Леонард? Он с ним? — Да, — поспешно вмешалась Кендра. — Доктор Леонард остался с доктором Штраудом.
— Несмотря на помехи, нам удалось получить сообщение, что он присоединился к Штрауду, — очень сообразительно поддержал эту ложь Вишневски.
Кендра и Виш надеялись, что если власти будут считать, что двое оставшихся в шахте людей все еще живы, то крепко подумают, прежде чем открыть по строительной площадке огонь из тяжелых гаубиц.
— Мы просто от них отстали, — продолжала Кендра. — Пришлось отбиваться от всяких тварей, каких вы себе и вообразить не сможете.
— Они нам все костюмы порвали в клочья, а вот они мы, живые и здоровые, — похвастался Виш. — Еще одно доказательство успеха Штрауда.
— Прошу вас, дайте ему еще немного времени, пожалуйста, ну что вам стоит, — взмолилась Кендра.
Натан кивнул в знак согласия, но вояки, состроив озабоченные мины, упрямо качали головами, обмениваясь многозначительными взглядами. Один из них с важным видом заявил: — Н-да, знаете ли, вопрос этот требуется обсудить, посоветоваться…
— Тогда обсудите еще кое-что! — взорвалась Кендра.
— Что!
Виш предостерегающим жестом положил ей руку на плечо, но Кендра резким движением сбросила его ладонь и выкрикнула: — Если Абрахам Штрауд добьется успеха и каждая газета в нашей стране узнает об этом, уж я позабочусь, а вы, дурачье, в последнюю минуту убьете его, чтобы присвоить себе всю славу, то я не знаю, что с вами сделаю!
Вояки, разом исполнив поворот через левое плечо, на негнущихся ногах оскорбленно замаршировали прочь, а Виш и Натан, окинув Кендру укоризненным взглядом, поспешили вслед за ними в попытке как-то их успокоить и выторговать для Эйба Штрауда хотя бы еще один час.
Глава 21
Штрауд не испытывал ни малейшей боли, ни утомления — настолько сильны были чары Эшруада. Они шли и шли странным узким туннелем, сотворенным для них Уббрроккссом, но за все это время так и не приблизились к цели ни на шаг: зеленоватый свет маячил перед их глазами так же далеко в конце туннеля, как и в тот момент, когда они в него вошли. Штрауду туннель теперь представлялся какой-то подземной червоточиной без начала и без конца, из которой выход могут найти только те, кому известны правила ее прохождения. У Штрауда появилось ощущение, будто он попал в бутылку, а демон, плотно заткнув ее пробкой, с любопытством разглядывает, кого же это он поймал. Словно оказался в сплошной белизне тумана — только здесь властвовал черный цвет.Внезапно Эшруад во весь голос позвал через Штрауда Уббррокксса: — Возьми меня! Возьми меня! Возьми меня!
Снова и снова выкрикивал он короткую фразу, как заклинание. И словно по мановению волшебной палочки прилетевшие из глубины веков мольбы Эшруада принять его в жертву изменили окружавшую их картину. Исчез бесконечный туннель, погасло недостижимое зеленоватое мерцание, и появилась жарко тлеющая груда какой-то омерзительной массы, над которой повисли Вишневски и Кендра Клайн, их обнаженная плоть пузырилась лопающимися волдырями… Поджариваемые заживо, они издавали душераздирающие вопли ужаса и боли.
— Вот так я и тебе отплачу, Эшруад, — раскатисто громыхнул демон, чье тулово жгло подвешенных над ним людей. — Ты так же предвкушаешь этот момент, как и я?
И вокруг них все содрогнулось от дьявольского хриплого хохота.
При виде раскаленной, похожей на лаву, массы у Штрауда натянулся каждый нерв, он чувствовал, как исходящий от нее жар быстро нагревает волшебную броню, сотворенную Эшруадом.
И еще Штрауд стал ощущать — буквально ощущать — нестерпимую боль, терзающую Кендру. Он ощущал эту ее муку каждой частичкой своего существа. Лавоподобная масса пузырчато вздымалась и опадала, посылая при каждом вздохе океанскую волну палящего, вулканического жара.
— Ты долго искал меня, Эшруад, — тем же глумливым топом продолжал Уббррокксс. — Но то, что для тебя тысячи лет, для меня мгновения, за которые изжарится вот это человеческое существо.
Уббррокксс коснулся своим расплавленным огненным пальцем Вишневски, и все тело того вспыхнуло и разгорелось смоляным факелом. У Штрауда стало темнеть в глазах. Смотреть на отталкивающую мерзость монстра было пыткой, ибо внутри его тулова плавали полупереваренные части человеческих тел. Демон, эта акула подземного мира, заглатывал свои жертвы целиком, а потом воссоздавал из них любые формы по своей прихоти и управлял ими на расстоянии.
— О, Боже, я снова слепну, — простонал Штрауд.
— Не смотри на него! — раздался у него в голове приказ Эшруада.
Страница 90 из 96
