Фандом: Ориджиналы. Простым пятничным вечером жизнь Олега Замшелова резко переменилась. Скромный офисный работник узнает, что является наследником престола целого государства. И в пору бы радоваться… но не тут-то было. За наследством нужно отправиться в другой мир — полный чудовищ, колдунов и просто лихих людей. А главное, на опустевший трон нашлись и другие претенденты.
173 мин, 43 сек 21715
И все-таки совсем без происшествий вылазка в чужой мир не обошлась. Да видно, и не могла обойтись! Неприятность ждала человека после выхода из автобуса. Среди однообразно-серых, угловатых панельных домов, окружавших улицу Нефтяников. Света здесь было куда меньше, чем в центральном районе. Зато раздолья для темных личностей — наоборот.
Вину за эту… скажем так, небольшую задержку гонцу следовало бы возложить на собственный облик. Что считался, мягко говоря, нехарактерным для этого мира. Длинные волосы, черный кожаный сюртук и такие же штаны; высокие сапоги наконец — все это придавало человеку сходство с ролевиками. Или с представителями иных молодежных субкультур. А, как вариант, с приверженцами нетрадиционных взглядов на личную жизнь.
Подобная внешность привлекала к человеку столь ненужное ему сейчас внимание. Причем рассчитывать на симпатию местных жителей не приходилось. Особенно если иной абориген в принципе не был настроен во что-то вникать и вдумываться. Не говоря о том, чтоб входить в чье-то положение. Как, например, те четверо, что встретились человеку, когда он свернул в проход между домами.
— Слышь, ты! Огоньку не найдется? — звонким голосом окликнул один из них. Тощий парень в короткой черной куртке и серых штанах с нелепо отвисшей мотней.
— Не найдется, — небрежно и вполголоса бросил человек, попытавшись обойти досадную четверку. Но те и не думали отставать.
— Не куришь? — насмешливо проговорил еще одни абориген, заступая дорогу, — здоровье бережешь? А если проверим?
О вредных пристрастиях обитателей этого мира человеку было известно. Рассказали — еще перед отправкой. Но разумеется, сам он не курил. Так что удовлетворить просьбу четверки встречных не мог бы при всем желании.
— Да ладно вам, успокойтесь, — одернул товарищей третий из местных жителей, — видно же, человек не курит… вон ведь какой здоровый. Бережется… Спортсмен, небось?
Последняя фраза адресовалась гонцу, но тот отрицательно покачал головой. Чем вызвал у всей четверки неожиданный прилив энтузиазма.
— Значит, правильный просто, — заключил третий, вроде бы ни к кому не обращаясь, — слышь, правильный, а телефона не будет? На пять сек: я позвоню и отдам.
Голос его звучал миролюбиво. Вежливо даже… но как-то деланно. Тогда как остальные по-прежнему преграждали человеку путь. И отставать, похоже, не собирались.
— Послушайте, — проговорил гонец, понемногу теряя терпение, — ни телефона, ни… курения у меня нет, так что помочь я вам не могу. Это первое. Второе: вы препятствуете выполнению моего задания. А мне, знаете ли, не хочется проливать кровь.
Те, кто направил человека в этот мир, строго предостерегали его от столкновений с местными жителями. И в то же время препятствия надлежало преодолевать. Не останавливаясь ни перед чем. Как бы то ни было, гонец надеялся решить дело миром. Но, как оказалось, напрасно.
— Так… я не понял, — пробормотал вмиг помрачневший абориген, забыв давешнюю вежливость, — вы слышали? Все слышали? Он че — нам угрожает?
Кто-то гоготнул. А мгновение спустя исчез и благодушный настрой его спутников. Сжимая кулаки, вся четверка угрожающе надвинулась на гонца. Не доставая тому даже до плеча, местные тем не менее были уверены: уж с одиночкой они сладят точно.
Поняв, что переговоры окончены, человек извлек из каждого сапога по длинному ножу. Крутанул ими в руке. Стальные клинки сверкнули в свете одинокого фонаря. И один только вид их сразу же остудил боевой пыл аборигенов. Хоть и ненамного.
— Э-эй! Ты не очень-то борзей, слышь! — вновь снизошел до разговоров самый вежливый из четверки, — железками тут не маши. Меня на районе все знают. Рискнешь… и пацаны тебя из-под земли достанут. И в этой же земле зароют.
Голос его звучал громко, резко. Как видно, храбрился парень изо всех сил. Стараясь не выказать ни намека на страх — ни перед дружками, ни перед возможной жертвой. Получалось плохо.
— Из-под земли, значит, — ощерился гонец: так позабавила его именно эта угроза, — да ради Всекорня! Пусть попробуют…
И метнул один из ножей, угодив аборигену прямиком в глаз. Не успел тот коснуться земли, как два его спутника, не сговариваясь, дали деру. Расставаться с жизнью столь же рано им не хотелось.
Четвертый оказался похрабрее. А может, выпитое в этот вечер пиво начисто вымыло из него инстинкт самосохранения. Или…
— Сука! Да я за брата! — вскричал он, подбирая какую-то палку и кидаясь с ней на гонца. Тот успел увернуться — правда, лишь в последний миг. К немалой своей досаде.
А затем подсечкой опрокинул парня на землю.
— Лежи и больше не мешайся, — тихо проговорил человек, обращаясь к поверженному противнику. Оставлять после себя в этом мире еще один труп ему не хотелось. И не в жалости дело — просто таков уж был девиз этого гонца: «работать нужно чисто».
Но на сей раз девизу пришлось изменить. Человек едва успел повернуться к аборигену спиной и сделать несколько шагов. А тот, поднявшись, кинулся ему вслед. Когда же настиг, атаковал убийцу брата без всякого оружия — просто пинком.
Вину за эту… скажем так, небольшую задержку гонцу следовало бы возложить на собственный облик. Что считался, мягко говоря, нехарактерным для этого мира. Длинные волосы, черный кожаный сюртук и такие же штаны; высокие сапоги наконец — все это придавало человеку сходство с ролевиками. Или с представителями иных молодежных субкультур. А, как вариант, с приверженцами нетрадиционных взглядов на личную жизнь.
Подобная внешность привлекала к человеку столь ненужное ему сейчас внимание. Причем рассчитывать на симпатию местных жителей не приходилось. Особенно если иной абориген в принципе не был настроен во что-то вникать и вдумываться. Не говоря о том, чтоб входить в чье-то положение. Как, например, те четверо, что встретились человеку, когда он свернул в проход между домами.
— Слышь, ты! Огоньку не найдется? — звонким голосом окликнул один из них. Тощий парень в короткой черной куртке и серых штанах с нелепо отвисшей мотней.
— Не найдется, — небрежно и вполголоса бросил человек, попытавшись обойти досадную четверку. Но те и не думали отставать.
— Не куришь? — насмешливо проговорил еще одни абориген, заступая дорогу, — здоровье бережешь? А если проверим?
О вредных пристрастиях обитателей этого мира человеку было известно. Рассказали — еще перед отправкой. Но разумеется, сам он не курил. Так что удовлетворить просьбу четверки встречных не мог бы при всем желании.
— Да ладно вам, успокойтесь, — одернул товарищей третий из местных жителей, — видно же, человек не курит… вон ведь какой здоровый. Бережется… Спортсмен, небось?
Последняя фраза адресовалась гонцу, но тот отрицательно покачал головой. Чем вызвал у всей четверки неожиданный прилив энтузиазма.
— Значит, правильный просто, — заключил третий, вроде бы ни к кому не обращаясь, — слышь, правильный, а телефона не будет? На пять сек: я позвоню и отдам.
Голос его звучал миролюбиво. Вежливо даже… но как-то деланно. Тогда как остальные по-прежнему преграждали человеку путь. И отставать, похоже, не собирались.
— Послушайте, — проговорил гонец, понемногу теряя терпение, — ни телефона, ни… курения у меня нет, так что помочь я вам не могу. Это первое. Второе: вы препятствуете выполнению моего задания. А мне, знаете ли, не хочется проливать кровь.
Те, кто направил человека в этот мир, строго предостерегали его от столкновений с местными жителями. И в то же время препятствия надлежало преодолевать. Не останавливаясь ни перед чем. Как бы то ни было, гонец надеялся решить дело миром. Но, как оказалось, напрасно.
— Так… я не понял, — пробормотал вмиг помрачневший абориген, забыв давешнюю вежливость, — вы слышали? Все слышали? Он че — нам угрожает?
Кто-то гоготнул. А мгновение спустя исчез и благодушный настрой его спутников. Сжимая кулаки, вся четверка угрожающе надвинулась на гонца. Не доставая тому даже до плеча, местные тем не менее были уверены: уж с одиночкой они сладят точно.
Поняв, что переговоры окончены, человек извлек из каждого сапога по длинному ножу. Крутанул ими в руке. Стальные клинки сверкнули в свете одинокого фонаря. И один только вид их сразу же остудил боевой пыл аборигенов. Хоть и ненамного.
— Э-эй! Ты не очень-то борзей, слышь! — вновь снизошел до разговоров самый вежливый из четверки, — железками тут не маши. Меня на районе все знают. Рискнешь… и пацаны тебя из-под земли достанут. И в этой же земле зароют.
Голос его звучал громко, резко. Как видно, храбрился парень изо всех сил. Стараясь не выказать ни намека на страх — ни перед дружками, ни перед возможной жертвой. Получалось плохо.
— Из-под земли, значит, — ощерился гонец: так позабавила его именно эта угроза, — да ради Всекорня! Пусть попробуют…
И метнул один из ножей, угодив аборигену прямиком в глаз. Не успел тот коснуться земли, как два его спутника, не сговариваясь, дали деру. Расставаться с жизнью столь же рано им не хотелось.
Четвертый оказался похрабрее. А может, выпитое в этот вечер пиво начисто вымыло из него инстинкт самосохранения. Или…
— Сука! Да я за брата! — вскричал он, подбирая какую-то палку и кидаясь с ней на гонца. Тот успел увернуться — правда, лишь в последний миг. К немалой своей досаде.
А затем подсечкой опрокинул парня на землю.
— Лежи и больше не мешайся, — тихо проговорил человек, обращаясь к поверженному противнику. Оставлять после себя в этом мире еще один труп ему не хотелось. И не в жалости дело — просто таков уж был девиз этого гонца: «работать нужно чисто».
Но на сей раз девизу пришлось изменить. Человек едва успел повернуться к аборигену спиной и сделать несколько шагов. А тот, поднявшись, кинулся ему вслед. Когда же настиг, атаковал убийцу брата без всякого оружия — просто пинком.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 2 из 49
