Наугад

— Мой генерал, совокупность этих причин слишком сложна. Тут проще перечислить события, которые я пережил. Кстати, я не собираюсь делать из этого тайны. Вы можете прийти в столовую через полчаса?

— Почему в столовую? — удивился генерал.

— Там много стульев, хватит на всех, — пояснил Мон-Со. Баан-Ну присматривался к нему и совсем его не узнавал. Казалось, Мон-Со был растерян. Он то и дело словно прислушивался к себе и держался так, будто не понимал, как ему поступить. Может, он в самом деле подвергся влиянию какого-нибудь страшного вида гипноза?

— Второй вопрос закрыт, — подвёл итог Лон-Гор. — Отставка отменяется.

— Следовало бы вас всех разжаловать, — буркнул генерал. — Вас потянуло на какую-то недостойную лирику, плюс этот побег… Хорошо ещё, что все живы.

— Нашивки могу снять хоть сейчас, — заверил Лон-Гор, — но мой долг вы у меня не отнимете.

— Да ну вас, носите, — отмахнулся Баан-Ну. Он ужасно устал, хотя недавно проснулся.

— Спасибо, — серьёзно поблагодарил Лон-Гор.

— Совещание объявляю закрытым, — сказал генерал. — Ис-Кел, оформите выписку и принесите мне на подпись.

Поднялся Урфин.

— Мой генерал, — сказал он, — я не хотел волновать вас перед совещанием, но теперь докладываю: вчера Ар-Лою сдался его техник и теперь находится здесь, а кроме того, Бу-Сан покинул Ранавир на неопределённый срок — для полевой работы.

Известию о сбежавшем назад технике никто не удивился, из чего Баан-Ну сделал вывод, что его полковники об этом уже знают, а вот на сообщении о Бу-Сане Лон-Гор странно дёрнулся. Боится опасностей? Не хотел бы отпускать одного — вдруг никто не поможет в случае чего? Скорее всего, так.

— Мой генерал, можно переговорить с вами наедине? — попросил Мон-Со, дождавшись подходящей минуты. Вот теперь вид у него был страдальческий. Выходя, Кау-Рук и Лон-Гор по очереди коснулись его плеча, как бы ненароком и почти незаметно, но Баан-Ну увидел.

Огромную великанскую комнату накрыла тишина.

— Что там у вас, мой полковник? — спросил Баан-Ну. Ему надоело сидеть, и он прошёлся вдоль стола, всё ещё немного волнуясь. — Что-то важное?

За его спиной раздался шум отодвигаемого стула.

— Со всем уважением и надеясь на прощение… — Фраза была ритуальной, именно так приносили глубочайшие извинения и просили простить за самые страшные вещи, и Баан-Ну обернулся, собираясь сказать, что не держит зла и не собирается даже выносить выговор, потому что толку от этого никакого не будет, но он опоздал. Мон-Со стоял перед ним, опустившись на левое колено и склонив голову.

— Прошу простить меня за предательство, — закончил он.

— Хватит! — испугался Баан-Ну. — Либо я всех наказываю, либо никого! А вы тут… напрашиваетесь! Встаньте немедленно, это приказ! Тоже мне, выдумали анахронизм! Чтобы я больше такого не видел, вам ясно?

Мон-Со поднялся, так и полыхая алым от стыда.

— Мой генерал, но это именно я обязан вам всем, — тихо проговорил он.

Баан-Ну прекрасно помнил, как поймал его, своего адъютанта, в собственном кабинете за подделкой документов. Подделка заключалась в том, что Мон-Со собрался ставить дефис в имени деда по материнской линии. Имена родстрвенников до третьего колена перечислялись только в одном документе, и, на счастье Мон-Со, печатными буквами. Дефис вписался как влитой. Что там, сам генерал его и ставил, справедливо рассудив, что у пойманного Мон-Со сейчас дрогнет рука и его карьера не продвинется выше лейтенанта. Сколько лет назад это было…

— Неважно, — оборвал его Баан-Ну. — Ступайте заниматься своими делами, если хотите остаться здесь, а не опять удрать к мятежникам. Эскадрилья без вас распустилась, про остальных и про штатских уже не говорю. Дело им, что ли, какое-нибудь придумайте, раз завоевание этой страны застопорилось, только смотрите, чтобы от нас опять замок не ушёл, я обещал, что мы будем вести себя прилично.

Мон-Со выслушал его тираду с невозмутимостью, на глазах возвращающейся к нему.

— Есть, мой генерал, — сказал он. — Как раз и собирался воздействовать на экспедицию. Если хотите, можете тоже послушать. Я правильно понимаю, что о вашем… подвиге с замком люди знают только в общих чертах?

— Да, — признался Баан-Ну. У него не было времени подробно расписывать свои подвиги, тем более он не мог что-то выдумать — не тогда, когда Ар-Лой и Бу-Сан были рядом. Да и вообще его не тянуло на рассказы, и настроение было совсем не то.

— Кстати, когда вы в последний раз видели Ильсора, с ним всё было в порядке? — как бы невзначай поинтересовался он.

— Насколько мне известно, да, — ответил Мон-Со. — А почему вы спрашиваете?

— Мы с ним говорили по радиосвязи этим утром, и я засомневался, что в здравом уме Ильсор может сказать такие вещи, — сухо пояснил генерал. — Впрочем, это совершенно неважно. С чего меня должно волновать, что мне говорит беглый раб?

Мон-Со взглянул на него с сочувствием, хотел что-то сказать, но как будто передумал в последний момент.

— Он ещё не такое может, — неопределённо заметил он. — Жду вас в столовой, мой генерал.