Не оглядывайся

Так жизнь Василия, Николая и Андрея текла до тридцати лет, пока они довольствовались своими то затейливыми, то глупыми желаниями. В свою очередь один из них предложил освоить колдовство нестандартным способом. Нужно было сходить в полнолуние на старое кладбище и убить там черную кошку, а затем закопать ее по частям в четырех углах кладбища. Все это нужно было делать с заклинаниями и не разговаривать между собой. Во время ритуала должно быть послано испытание страхом от нечистой силы, и при этом нужно вести себя естественно, нельзя ни о чем говорить ни слова или каким-то образом проявлять свой страх. А уходя кладбищенской дорогой, нельзя оборачиваться назад, что бы там ни происходило, что бы ни послышалось и не привиделось, даже если очень страшно и хочется убежать. Иначе это станет поводом отдать свою душу и тело нечистому… Пошли они при свете луны в один конец кладбища. Все делали тихо и молча. Двое были против этой затеи, грустными и мрачными были их лица при свете луны, но договор есть договор: данные обещания нужно исполнять. А Николай не скрывал своей самодовольной усмешки.

Прошли они половину дороги назад. Страшно было уже от того, что до сих пор никаких испытаний не было, а значит, они непременно скоро должны были наступить. И тут Андрей замечает, что большой крест, который сильно накренился на старой могиле в одну сторону, когда они шли мимо него туда, теперь лежит в другую сторону. Он показал друзьям жестом на него. Те остановились и стали в растерянности. Он показал им, как можно обойти то место, но Николай не согласился: нельзя нарушать инструкцию, нужно идти прямо. Пока они решали, как обойти крест, Василий, осматриваясь, забыл и обернулся назад. И тут вдруг слышат все трое страшный нарастающий топот копыт вдалеке на дороге. Тот, который обернулся, Василий, не выдержал и со всех ног побежал в конец кладбища. Два других все еще продолжали ускоренно идти. Топот становился все ближе. Николай задвигался быстрее, направляясь к дуплу старого дерева. С них лился пот, сердце грохотало внутри, но оба понимали, что взгляд назад означает гибель. Андрей за ним не успевал. Казалось, стук копыт у них уже за спинами, и вот-вот их настигнут. Николай, не глядя позади себя, собрался с духом и очертил мелом окружность вокруг дерева, а затем шагнул в дупло. И внезапно у Андрея, который совсем запыхался, панически вырывается: «Подожди!» Глаза Николая расширились от ужаса. Он же молвил слово! Теперь ему конец.

Втиснувшись в дупло, они там замерли. Николай не верил своим ушам: Андрей, будто бы не помнил инструкцию. Он смотрел назад, на дорогу, и рассказывал, что видел. А видел он, как трава при свете луны змейкой двигалась по всей площади кладбища. Как будто их искали и прочесывали каждый уголок. Николай взялся за голову и сжался, упершись глазами в землю. А Андрей говорил. «Их трое. Они на конях. Нет, это не кони, это что-то другое. Кентавры!» Они скакали быстро, все время меняя направление, и что-то белое прыгало впереди них.«Они не за нами гоняются», — говорил Андрей, тяжело выдыхая. Но те «трое» все сужали круг своих поисков, уплотняясь к дереву. Что-то белое, как заяц, беспорядочно петляло и прыгало, все время двигаясь перед ними, и, хотя и уводило их в сторону, неизменно их вело и приближало к дуплу. Вот они уже близко. Николай сильнее сжался и закрыл глаза и голову руками. Они уже возле дерева. Они уже остановились. Они здесь! Они смотрят!

Лавиной прокатился крик Андрея по ночной дикой местности. Николай впал в бесчувственность и окаменел. Когда он отодвинул от лица руки, уже был рассвет. Андрея рядом не было. Наполовину живой, Николай поковылял по кладбищенской дороге в самый конец. На песке он увидел несколько отпечатков следов от копыт. Он шел. При входе на кладбище спал пьяный старик. Николай подходил к нему ближе. И вдруг он узнал в нем Василия! Тот лежал на земле с перекошенным посиневшим лицом и седыми волосами. Он не дышал… Диагностировали сердечный приступ и смерть.

Те, слова, вырывавшиеся из уст Андрея, были его последними словами. Его не нашли.

Николай надолго впал в глубокую депрессию и горько сожалел о случившемся. Никаких способностей у него не проявилось, но он мог впадать в бессознательное состояние, и люди ему потом рассказывали, что он творил. В ясном уме он решал посетить один храм за другим, но по пути его затуманивала какая-то пелена, и он забывал, куда шел. Сбивался с пути, разговаривал с прохожими, бродил вокруг, но в храм никогда не попадал. Одни принимали его за полоумного, другие за бомжа. Когда он приходил домой, то вспоминал, что шел в храм. И так бесконечное множество раз. Вскоре его забрали в психбольницу…