В начале XX века жил в нашем селе колдун — старик Переверзев. Зла селянам он вроде не делал, но все же его опасались. Обидчиков своих он быстро ставил на место раз и навсегда: то скот домашний во двор к ним не шел, то вдруг в праздничный день у такого человека флюсом лицо перекосит… Впрочем, Переверзев был мужиком отходчивым: перед ним извинялись, каялись — и все напасти тут же прекращались.
2 мин, 15 сек 12462
Селяне не переставали удивляться способностям колдуна. Например, его корова сама в полдень покидала стадо, приходила к нему на двор доиться, а потом так же сама возвращалась. Как-то моя соседка рассказала, что однажды зимой, когда она была девчонкой, они с подругами сидели дома и ели соленые огурцы. Тут ни с того ни с сего из-под стены хлынула ледяная вода. Девчонки, задрав юбки, в ужасе полезли на стол и лавки. И вдруг раздался смех колдуна. Стало ясно, что это Переверзев так пошутил.
Но как-то раз произошел один случай, после которого люди колдуна по-настоящему зауважали.
Село наше стоит на высоком правом берегу Дона, его пересекают семь оврагов, а сколько их в окрестных полях — вообще не счесть. Потому заготовка сена для жителей всегда была трудом адским. Людей в селе было много, три тысячи человек, а потому косить приходилось не только на выгоне и в оврагах, но даже на лугу, что находился в 25 километрах от села, за Новой Калитвой.
Домой оттуда сено возили на лошадях и волах. За лето, разумеется, все перевезти не успевали, так что на лугу до самой зимы стояли стожки. Сено охраняли от лихоимцев как могли. И только колдун Переверзев, у которого тоже там были стога, никогда их не охранял. За свое добро он был спокоен.
И вот однажды осенью воры решились-таки увезти стог Переверзева. Тем вечером, когда они собрались делать свое черное дело, Переверзев вдруг сказал своей бабке:
— Ужин готовь хороший — гости будут.
Сам же открыл ворота и приготовил вилы. В полночь к нему во двор въехала телега, груженная сеном. С нее соскочили мужики и пали перед колдуном на колени.
— Дядюшка, прости, бес попутал! -запричитали они.
— Ничего, ребятки, ничего, — ответил Переверзев.
— Вы хорошо поработали. Теперь вот берите вилы, сложите сено тут и идите ужинать.
После ужина хозяин проводил воров со двора.
— И глядите, — сказал он на прощание, — если увидите стожок, скотиной нетронутый, лучше обойдите его стороной!
Когда потом воришек спросили, зачем же они приехали к Переверзеву, те ответили, что понятия не имели, куда едут. Перед ними была только одна дорога и свернуть с нее оказалось невозможно. Повсюду бушевали огонь и вода и не давали ходу ни вправо, ни влево, ни назад. Только вперед!
Детей у колдуна Переверзева не было, только одна племянница. Я помню эту старушку, она жила на нашей улице у родственников, никогда ни с кем не ссорилась, по-своему лечила людей от испуга, ячменя, сглаза, бородавок и так далее. Говорили, что дядя хотел ей передать свою силу, но она не сумела пройти испытание.
Когда племянница шла к нему, чтобы получить силу, ее сопровождали вой, свист, хохот, ржание, смех, шипение. Она должна была пройти без оглядки, но не выдержала, остановилась и оглянулась. Позади никого не оказалось. Дядя же ей потом сказал:
— Совсем мало прошла. Сила будет, но маленькая.
Но как-то раз произошел один случай, после которого люди колдуна по-настоящему зауважали.
Село наше стоит на высоком правом берегу Дона, его пересекают семь оврагов, а сколько их в окрестных полях — вообще не счесть. Потому заготовка сена для жителей всегда была трудом адским. Людей в селе было много, три тысячи человек, а потому косить приходилось не только на выгоне и в оврагах, но даже на лугу, что находился в 25 километрах от села, за Новой Калитвой.
Домой оттуда сено возили на лошадях и волах. За лето, разумеется, все перевезти не успевали, так что на лугу до самой зимы стояли стожки. Сено охраняли от лихоимцев как могли. И только колдун Переверзев, у которого тоже там были стога, никогда их не охранял. За свое добро он был спокоен.
И вот однажды осенью воры решились-таки увезти стог Переверзева. Тем вечером, когда они собрались делать свое черное дело, Переверзев вдруг сказал своей бабке:
— Ужин готовь хороший — гости будут.
Сам же открыл ворота и приготовил вилы. В полночь к нему во двор въехала телега, груженная сеном. С нее соскочили мужики и пали перед колдуном на колени.
— Дядюшка, прости, бес попутал! -запричитали они.
— Ничего, ребятки, ничего, — ответил Переверзев.
— Вы хорошо поработали. Теперь вот берите вилы, сложите сено тут и идите ужинать.
После ужина хозяин проводил воров со двора.
— И глядите, — сказал он на прощание, — если увидите стожок, скотиной нетронутый, лучше обойдите его стороной!
Когда потом воришек спросили, зачем же они приехали к Переверзеву, те ответили, что понятия не имели, куда едут. Перед ними была только одна дорога и свернуть с нее оказалось невозможно. Повсюду бушевали огонь и вода и не давали ходу ни вправо, ни влево, ни назад. Только вперед!
Детей у колдуна Переверзева не было, только одна племянница. Я помню эту старушку, она жила на нашей улице у родственников, никогда ни с кем не ссорилась, по-своему лечила людей от испуга, ячменя, сглаза, бородавок и так далее. Говорили, что дядя хотел ей передать свою силу, но она не сумела пройти испытание.
Когда племянница шла к нему, чтобы получить силу, ее сопровождали вой, свист, хохот, ржание, смех, шипение. Она должна была пройти без оглядки, но не выдержала, остановилась и оглянулась. Позади никого не оказалось. Дядя же ей потом сказал:
— Совсем мало прошла. Сила будет, но маленькая.
История дочитана
Какой след эта история оставила у тебя?
Реакция сохранена в этом браузере. Войдите, чтобы не потерять реакции, ночные метки и трофеи
