Не закрывай дверь

Тот прерывисто, глубоко вдохнул, прикоснулся шершавыми губами к краю головки, лизнул узкое отверстие на вершине. Провёл языком смелее. У него было горячее от слёз лицо, солёные дорожки подсыхали на щеках, стягивая кожу, мокрые ресницы казались длиннее обычного. Он закрыл глаза, целуя его, как всегда закрывал их, слизывая с пальцев сперму. Веки дрожали. Он потянулся и принял член в обе ладони, проводя измученными губами по стволу, возвращаясь к головке, целуя её со всех сторон.

Это было невыносимо. Нежно. Грейвз взялся за край стола, надеясь, что ноги не подогнутся.

Криденс вскинул радостные глаза, услышав стон.

— Не отвлекайся, — хрипло приказал Грейвз. — Я не разрешал останавливаться.

— Да, сэр, — тот спрятал дрожащую влюблённую улыбку, ладонью прижал член к пылающей щеке, лизнул у самого основания.

Грейвз выдыхал сдержанно и горячо, направлял его губы, перебирал пальцами гладкие волосы. Криденс старался, не торопясь, будто это он много месяцев мечтал об этой возможности, а не Грейвз будоражил себя сотней фантазий о том, как это будет.

Ни в одной из его фантазий не было — так.

— Смотри на меня, — Грейвз легонько шлёпнул его по щеке, когда Криденс начал явно погружаться в медитацию. Тот замер с приоткрытым ртом, поднял лицо, моргнул, будто только что очнулся. Грейвз придержал член, положил головку ему на губы, на горячее влажное дыхание. — Возьми, — приказал он. — Смотри на меня.

Криденс раскрыл губы, но недостаточно широко, пришлось надавить на зубы большим пальцем и придержать, чтобы направить член в рот. Мальчик был настолько неопытным, что даже не догадался сомкнуть на нём губы — только смотрел в глаза, не отрываясь.

— Если ты провинился — вот так ты будешь просить прощения, — тихо сказал Персиваль, проводя нежной головкой по ребристому нёбу. — Закрой рот и соси.

Криденс сжал губы и застонал вместе с Грейвзом.

— Дыши глубже, — приказал тот, взяв его за волосы и подталкивая голову на себя. — Я хочу заполнить твой рот. Ещё. Дыши медленно… Смотри на меня.

Криденс неумело обхватывал член губами, пытаясь вобрать поглубже, качал головой, придерживал внутри языком. Прямые тёмные брови разошлись в стороны, глаза жадно блестели. Грейвз придерживал его, надевая ртом на свой член, нетерпеливо постанывал сквозь зубы. Криденс блестел глазами и сам подавался вперёд.

Он старался как мог, сглатывая от напряжения, распахнув умоляющие глаза, будто боялся, что Грейвз остановится. Брал всё глубже, смелея — пока член не коснулся глотки, предсказуемо вызвав рефлекс. Криденс резко вдохнул, подавился и замер, не зная, как справиться — Грейвз подался назад.

— Знаю… Не бойся. Я знаю, — сказал он, глядя ему в глаза. Дал отдышаться, нажал на затылок, заставляя снова взять глубже: — Ещё раз, Криденс. Привыкай.

Тот старался привыкнуть, старался, прогоняя страх. Давился, испуганно закрывал глаза, краснел от приступов кашля, но ни разу не выпустил член изо рта. Грейвз стирал с его ресниц непроизвольные слёзы.

— Чтобы я простил тебя, Криденс — старайся как следует. Сделай вдох. И возьми мой член целиком, — приказал Грейвз.

Когда Криденс послушно втянул воздух носом — толкнул его голову на себя. Тот вцепился в бёдра с коротким стоном, замер, задержав дыхание.

И Грейвз замер, сжимая волосы в кулаке, удерживая голову Криденса.

Он получил, что хотел. Что всегда хотел. Что хотел почти целую вечность. Сотни раз представлял себе это именно так — мокрый от слюны рот, горячий язык, тесное горло… Он едва смог вернуть самообладание, перестал даже дышать — это было так остро и сладко, что он понимал: если хотя бы застонет — кончит прямо сейчас. Не удержится. Слишком долго этого ждал, нет, пожалуйста, только не так, не так быстро. Он не мог даже вдохнуть. Если Криденс хотя бы дёрнется, пошевелится, застонет — кончит ему в рот, и никакая сила воли не поможет ему сдержаться.

А зачем сдерживаться?… зачем? Что за глупость — пытать себя своей выдержкой? Ради чего?

Ради того, чтобы Криденс знал, какое удовольствие дарит.

Грейвз закрыл глаза, вдохнул глубоко и ровно. Плавно потянул Криденса назад.

— Мой мальчик, — прошептал он сухим ртом. — Теперь ты знаешь, чего я хочу. Сделай это.

Криденс с глухим влажным всхлипом рванулся вперёд, торопливо и резко. Грейвз вцепился ему в волосы, парой длинных размашистых движений ударил в нёбо и кончил с яростным громким стоном, почти сорвавшись на рык. Не давая опомниться, толкнулся в горло и удержал, дёрнув за волосы, притиснув к себе так сильно, что Криденс едва дышал. Застонал от внезапного опустошения, такого огромного, что даже глазам стало горячо.

Потом позволил ему отстраниться. Прочесал его растрёпанные волосы пальцами.

— Криденс, — хриплым шепотом позвал он. — Поднимись.

Тот встал с трудом, цепляясь за одежду Грейвза. Привалился к нему, безмолвный, с распухшими губами. Грейвз поцеловал их, угадывая собственный вкус.

— Криденс, — прошептал он. — Криденс… Я простил тебя.

— Сэр… — выдохнул тот, положив ему на плечо тяжёлую голову.