Гарри Киф унаследовал способности экстрасенса по материнской линии. Он разбил их до недосягаемых высот парапсихического могущества. Гарри — некроскоп: он разговаривает с мертвецами, как другие разговаривают с друзьями или соседями. Понятно, что Великое Большинство — мертвецы — считают некроскопа своим другом, ведь он один — свет в их вечной тьме, ниточка, связующая их с тем миром, что они покинули.
696 мин, 27 сек 7782
— Кларк переслал Кифу папки с делами всех убитых девушек. Он действительно предоставил некроскопу возможность поговорить с Пенни Сандерсон в Эдинбурге.
Бен Траск, вопреки всему, о чем сам рассказал, все еще сомневался.
— Ну и что? Ведь идея заключалась в том, чтобы узнать, кто ее убил?
Министр кивнул.
— Да, идея в этом и состояла. Но теперь ясно, что идея была неудачная.
Пакстон не выдержал.
— Он телепат, — произнес он визгливым голосом.
— Гарри? — Траск уставился на него. Пакстон кивнул.
— Он влез в мой мозг, как хорек в крысиную нору! Он предупредил меня и сказал, что больше предупреждать не будет. Да, и его глаза были ненормальные, они светились из-под темных очков, которые он носит. Солнечного света он не любит.
— Ты не перетрудился, а? — проворчал Траск. Но в этот раз он не мог обвинить Пакстона во лжи.
— Да поймите же, — залепетал тот. — Мне дали поручение. Министр ведь сказал вам, что после случая с Уэллесли нельзя рисковать. И, когда Кларк вернулся из Греции, я покопался у него в мозгу. И узнал о его подозрениях насчет того, что Киф стал вампиром. И потом, Киф сам велел передать министру, что его худший кошмар оказался действительностью. Вот вам и вывод: Киф — вампир.
— Последнее пока не доказано, — поспешно добавил министр. — Но все сводится к этому, факт, что у Кифа было немало контактов с этими тварями. Близких контактов. Возможно, на этот раз их было слишком много.
И опять влез Пакстон: — Слушайте, я знаю, я здесь сравнительно недавно, и вы не слишком любите меня, а в прошлом Гарри не раз заслужил вашу благодарность. Но это не может так вас ослепить, что вы не замечаете фактов! Ладно, вы мне не хотите верить и себе тоже, но подумайте, какой это ужас, если это правда!
Он умеет разговаривать с мертвыми, которые, похоже, знают чертовски много. Он может с помощью пространства Мёбиуса переправиться куда угодно, мгновенно, как мы переходим в другую комнату. К тому же он телепат. А теперь он не только разговаривает с мертвыми, но еще и научился призывать их в наш мир!
— Он мог делать это и раньше, — сказал Бен Траск, содрогнувшись.
— Он призывает их, и они выглядят как живые. — Пакстон не знал жалости. — Вызывает из пепла! Что это — жизнь?
И тут Дэвид Чанг вскочил, пошатнулся, как будто его ударили, и выкрикнул что-то по-китайски. Большая часть экстрасенсов тоже вскочила на ноги; Чанг ухватился за стул и снова сел.
— Мистер Чанг? — нахмурясь, окликнул министр. Кровь отлила у Чанга от лица, и оно выглядело болезненно желтым. Он вытер блестевший лоб, облизал губы, потом снова пробормотал что-то себе под нос. Он поглядел вверх, глаза его округлились.
— Вам всем известно, что я умею делать, — сказал он, чуть шепелявя. — Я локатор-симпатик. Я беру образец, какую-то вещицу, и нахожу хозяина. Поэтому отдел позаботился, чтобы у меня было что-то, какие-то предметы, принадлежащие каждому из вас. Так нужно для вашей безопасности: если кто-то из вас исчезнет, я его могу найти. Ну, и у меня есть кое-какие веши, принадлежащие Гарри Кифу, из тех мелочей, что он тут когда-либо терял…
Я тоже был на Средиземном море, в составе команды. Мне было известно, что Зек Фёнер кое-чем обеспокоена, и потому я приглядывал за Гарри. Я считал, что это нужно ради него. Так что я время от времени определял его местонахождение и с помощью магического кристалла видел картинку, вот и все. Видел Гарри, такого, каким я его знал. Но недавно я посмотрел опять — он был у себя дома, под Эдинбургом, — и кое-что изменилось. Там было не так уж много Гарри, совсем немного. Какая-то дымка, туман. Завтра я собирался подать об этом рапорт.
— В свое время, — вмешался Траск, — мы называли это дымкой сознания. Это бывает, когда сканируешь разум вампира.
— Да, я знаю, — кивнул Чанг. Он, похоже, почти успокоился. — Это меня и потрясло. Но не только это. Пакстон говорит, что Гарри может возвращать людей из праха. Вот тут и есть самое непонятное.
— Что именно? — опять нахмурился министр.
Чанг посмотрел на него.
— У меня есть кое-какие вещицы Тревора Джордана. И в то утро я случайно коснулся одной из них. Понимаете, ощущение было такое, словно Тревор здесь, рядом, в соседней комнате или под окном. Я тогда удивился, а потом забыл об этом эпизоде. Но сейчас мне пришло в голову, что он очень даже мог быть здесь.
Министр все еще не понимал, но Бен Траск пришел в ужас. Побледнев, он прошептал: — Боже! Джордана кремировали, его тело сожгли, опасаясь, что он стал вампиром. Но ведь не кто иной, как Гарри Киф настоял на кремации!
Ледники.
Бен Траск, вопреки всему, о чем сам рассказал, все еще сомневался.
— Ну и что? Ведь идея заключалась в том, чтобы узнать, кто ее убил?
Министр кивнул.
— Да, идея в этом и состояла. Но теперь ясно, что идея была неудачная.
Пакстон не выдержал.
— Он телепат, — произнес он визгливым голосом.
— Гарри? — Траск уставился на него. Пакстон кивнул.
— Он влез в мой мозг, как хорек в крысиную нору! Он предупредил меня и сказал, что больше предупреждать не будет. Да, и его глаза были ненормальные, они светились из-под темных очков, которые он носит. Солнечного света он не любит.
— Ты не перетрудился, а? — проворчал Траск. Но в этот раз он не мог обвинить Пакстона во лжи.
— Да поймите же, — залепетал тот. — Мне дали поручение. Министр ведь сказал вам, что после случая с Уэллесли нельзя рисковать. И, когда Кларк вернулся из Греции, я покопался у него в мозгу. И узнал о его подозрениях насчет того, что Киф стал вампиром. И потом, Киф сам велел передать министру, что его худший кошмар оказался действительностью. Вот вам и вывод: Киф — вампир.
— Последнее пока не доказано, — поспешно добавил министр. — Но все сводится к этому, факт, что у Кифа было немало контактов с этими тварями. Близких контактов. Возможно, на этот раз их было слишком много.
И опять влез Пакстон: — Слушайте, я знаю, я здесь сравнительно недавно, и вы не слишком любите меня, а в прошлом Гарри не раз заслужил вашу благодарность. Но это не может так вас ослепить, что вы не замечаете фактов! Ладно, вы мне не хотите верить и себе тоже, но подумайте, какой это ужас, если это правда!
Он умеет разговаривать с мертвыми, которые, похоже, знают чертовски много. Он может с помощью пространства Мёбиуса переправиться куда угодно, мгновенно, как мы переходим в другую комнату. К тому же он телепат. А теперь он не только разговаривает с мертвыми, но еще и научился призывать их в наш мир!
— Он мог делать это и раньше, — сказал Бен Траск, содрогнувшись.
— Он призывает их, и они выглядят как живые. — Пакстон не знал жалости. — Вызывает из пепла! Что это — жизнь?
И тут Дэвид Чанг вскочил, пошатнулся, как будто его ударили, и выкрикнул что-то по-китайски. Большая часть экстрасенсов тоже вскочила на ноги; Чанг ухватился за стул и снова сел.
— Мистер Чанг? — нахмурясь, окликнул министр. Кровь отлила у Чанга от лица, и оно выглядело болезненно желтым. Он вытер блестевший лоб, облизал губы, потом снова пробормотал что-то себе под нос. Он поглядел вверх, глаза его округлились.
— Вам всем известно, что я умею делать, — сказал он, чуть шепелявя. — Я локатор-симпатик. Я беру образец, какую-то вещицу, и нахожу хозяина. Поэтому отдел позаботился, чтобы у меня было что-то, какие-то предметы, принадлежащие каждому из вас. Так нужно для вашей безопасности: если кто-то из вас исчезнет, я его могу найти. Ну, и у меня есть кое-какие веши, принадлежащие Гарри Кифу, из тех мелочей, что он тут когда-либо терял…
Я тоже был на Средиземном море, в составе команды. Мне было известно, что Зек Фёнер кое-чем обеспокоена, и потому я приглядывал за Гарри. Я считал, что это нужно ради него. Так что я время от времени определял его местонахождение и с помощью магического кристалла видел картинку, вот и все. Видел Гарри, такого, каким я его знал. Но недавно я посмотрел опять — он был у себя дома, под Эдинбургом, — и кое-что изменилось. Там было не так уж много Гарри, совсем немного. Какая-то дымка, туман. Завтра я собирался подать об этом рапорт.
— В свое время, — вмешался Траск, — мы называли это дымкой сознания. Это бывает, когда сканируешь разум вампира.
— Да, я знаю, — кивнул Чанг. Он, похоже, почти успокоился. — Это меня и потрясло. Но не только это. Пакстон говорит, что Гарри может возвращать людей из праха. Вот тут и есть самое непонятное.
— Что именно? — опять нахмурился министр.
Чанг посмотрел на него.
— У меня есть кое-какие вещицы Тревора Джордана. И в то утро я случайно коснулся одной из них. Понимаете, ощущение было такое, словно Тревор здесь, рядом, в соседней комнате или под окном. Я тогда удивился, а потом забыл об этом эпизоде. Но сейчас мне пришло в голову, что он очень даже мог быть здесь.
Министр все еще не понимал, но Бен Траск пришел в ужас. Побледнев, он прошептал: — Боже! Джордана кремировали, его тело сожгли, опасаясь, что он стал вампиром. Но ведь не кто иной, как Гарри Киф настоял на кремации!
Часть 2
(Четыре года назад!)
Глава 1Ледники.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 43 из 186
