Гарри Киф унаследовал способности экстрасенса по материнской линии. Он разбил их до недосягаемых высот парапсихического могущества. Гарри — некроскоп: он разговаривает с мертвецами, как другие разговаривают с друзьями или соседями. Понятно, что Великое Большинство — мертвецы — считают некроскопа своим другом, ведь он один — свет в их вечной тьме, ниточка, связующая их с тем миром, что они покинули.
696 мин, 27 сек 7337
Некроскоп, казалось, был несколько разочарован.
— Ты не раздобыл подробного описания этого человека? И когда у него очередная развозка? — У них в головах этого не было, — ответил Джордан, покачав головой. — Кроме того, если бы я сконцентрировался на сканировании их мозгов, я мог бы совершить какую-нибудь глупость, выдать себя. Подумай сам, мы ведь оба телепаты. Когда мы читаем мысли друг друга, это бывает наиболее точно и отчетливо, потому что делается сознательно. Читать мысли обычного человека — совсем другое дело. Мозг — путаная штука, и он редко сосредотачивается на чем-то более чем на мгновение.
— Я и не думал тебя упрекать, — кивнул Гарри. — То, что ты сделал, потрясающе. Все безупречно — пока что. Но теперь мне надо узнать о Джонни побольше — например, что толкнуло его на этот путь. Это понадобится, наверняка. Если не мне, то отделу, когда я уйду. И потом, меня заинтересовало его имя. Ты как будто сказал, что Драгошани тоже был найденыш? Пожалуй, это может оказаться еще важней, чем ты думаешь.
Так что теперь мне нужно кое-что выяснить об этом Джонни Найде. Само собой, я хочу добраться до него раньше полиции. Его будут судить за убийство, но то, что он делает, — это гораздо больше, чем убийство. Он чересчур жесток. Это его и погубит.
Пока некроскоп говорил, его голос становился все ниже; он почти рычал. Джордан был только рад держаться подальше от его сознания, но он не мог не подумать: «Кем бы или чем бы ты ни был, Джон Найд, и что бы тобой ни двигало, не хотел бы я быть в твоей шкуре, даже если бы мне посулили все золото Форт-Нокса!»
Бен Траск назначил совещание на 14.00, и все свободные оперативники отдела явились. Министр тоже был здесь, в сопровождении Джеффри Пакстона, которого Траск никак не ожидал увидеть. Но он решил пока не реагировать на это; дело было настолько серьезным, что личным пристрастиям не могло быть места. Он только отогнал прочь несвоевременную мысль о том, что такой подонок, как Пакстон, находится в безопасности и под защитой закона, а отличный боец Гарри Киф раздавлен судьбой и практически пал жертвой своего бескорыстия.
В самом деле, именно Гарри научил службу всему этому. Как подступиться, какое оружие использовать — кинжал, меч или огонь — и как ударить. Всему, что нужно, чтобы убить вампира.
Когда все собрались, Траск не стал тратить попусту время и приступил прямо к делу.
— Вы все теперь знаете, кем стал Гарри Киф, — начал он. — Это значит, что он — самое опасное из всех когда-либо живших созданий. В первую очередь — потому, что он носитель этой чумы, вампиризма, которая может заразить всех, все человечество. Это, как вам известно, неизлечимо. Конечно, были вампиры и до Гарри. Но их уничтожили — в основном сам некроскоп! Именно из-за этого он так опасен: он знает все о вампирах, о нашей службе, вообще обо всем на свете. Не поймите меня неверно — он никакой не супермен и никогда им не был, но он лучший из лучших. Это было здорово, когда он был на нашей стороне, ну а сейчас дела обстоят не так уж замечательно. К тому же, в отличие от других вампиров, Гарри знает, что мы охотимся за ним.
Бен дал коллегам время осмыслить его слова, потом продолжил: — Есть и еще кое-что, из-за чего он опасен. Он стал телепатом, так что теперь держите свои мысли на запоре. Иначе Гарри будет в курсе. Если ему станут известны ваши планы, он не будет дожидаться их осуществления, верно? Кроме того, он умеет телепортироваться, он использует так называемое пространство Мёбиуса, с помощью которого может отправиться, куда пожелает. Он может попасть буквально куда угодно, и притом мгновенно! Подумайте об этом…
И последнее — не по важности, конечно, — что нам теперь известно: Гарри стал некромантом вроде Драгошани; нет, хуже Драгошани, потому что тот лишь добывал сведения у своих жертв. Гарри же способен оживить их после смерти, превратив в вампиров. И они потом работают на него.
Таким образом, можно сказать, что кем бы он ни был ранее, теперь все переменилось. Наша цель — Гарри Киф. И все, кто на него работают.
Многие из вас ошеломлены известием о том, что случилось с Дарси Кларком. Чтобы не было никаких кривотолков: это был несчастный случай. — Траск предостерегающе поднял руку, потому что увидел напряженные лица и готовые задать вопрос губы. — Повторяю, несчастный случай, который можно понять, если и не принять. Я сам долго думал по этому поводу и хорошо понимаю ваше недоумение, но Дарси… изменился. Явно изменился, иначе он… мы бы не смогли убить его. Я сказал «мы» то есть отдел. Если бы он остался жив, он был бы нашим самым слабым звеном, и рано или поздно с этим пришлось бы что-то делать. Но он мертв, его не вернуть, с ним не связаться, где бы он сейчас ни был. Потому что его кремировали, да, уже кремировали, и даже пепел развеяли. Если он был человеком Гарри — а это, похоже, так и было, — больше он таковым не является.
— Ты не раздобыл подробного описания этого человека? И когда у него очередная развозка? — У них в головах этого не было, — ответил Джордан, покачав головой. — Кроме того, если бы я сконцентрировался на сканировании их мозгов, я мог бы совершить какую-нибудь глупость, выдать себя. Подумай сам, мы ведь оба телепаты. Когда мы читаем мысли друг друга, это бывает наиболее точно и отчетливо, потому что делается сознательно. Читать мысли обычного человека — совсем другое дело. Мозг — путаная штука, и он редко сосредотачивается на чем-то более чем на мгновение.
— Я и не думал тебя упрекать, — кивнул Гарри. — То, что ты сделал, потрясающе. Все безупречно — пока что. Но теперь мне надо узнать о Джонни побольше — например, что толкнуло его на этот путь. Это понадобится, наверняка. Если не мне, то отделу, когда я уйду. И потом, меня заинтересовало его имя. Ты как будто сказал, что Драгошани тоже был найденыш? Пожалуй, это может оказаться еще важней, чем ты думаешь.
Так что теперь мне нужно кое-что выяснить об этом Джонни Найде. Само собой, я хочу добраться до него раньше полиции. Его будут судить за убийство, но то, что он делает, — это гораздо больше, чем убийство. Он чересчур жесток. Это его и погубит.
Пока некроскоп говорил, его голос становился все ниже; он почти рычал. Джордан был только рад держаться подальше от его сознания, но он не мог не подумать: «Кем бы или чем бы ты ни был, Джон Найд, и что бы тобой ни двигало, не хотел бы я быть в твоей шкуре, даже если бы мне посулили все золото Форт-Нокса!»
Бен Траск назначил совещание на 14.00, и все свободные оперативники отдела явились. Министр тоже был здесь, в сопровождении Джеффри Пакстона, которого Траск никак не ожидал увидеть. Но он решил пока не реагировать на это; дело было настолько серьезным, что личным пристрастиям не могло быть места. Он только отогнал прочь несвоевременную мысль о том, что такой подонок, как Пакстон, находится в безопасности и под защитой закона, а отличный боец Гарри Киф раздавлен судьбой и практически пал жертвой своего бескорыстия.
В самом деле, именно Гарри научил службу всему этому. Как подступиться, какое оружие использовать — кинжал, меч или огонь — и как ударить. Всему, что нужно, чтобы убить вампира.
Когда все собрались, Траск не стал тратить попусту время и приступил прямо к делу.
— Вы все теперь знаете, кем стал Гарри Киф, — начал он. — Это значит, что он — самое опасное из всех когда-либо живших созданий. В первую очередь — потому, что он носитель этой чумы, вампиризма, которая может заразить всех, все человечество. Это, как вам известно, неизлечимо. Конечно, были вампиры и до Гарри. Но их уничтожили — в основном сам некроскоп! Именно из-за этого он так опасен: он знает все о вампирах, о нашей службе, вообще обо всем на свете. Не поймите меня неверно — он никакой не супермен и никогда им не был, но он лучший из лучших. Это было здорово, когда он был на нашей стороне, ну а сейчас дела обстоят не так уж замечательно. К тому же, в отличие от других вампиров, Гарри знает, что мы охотимся за ним.
Бен дал коллегам время осмыслить его слова, потом продолжил: — Есть и еще кое-что, из-за чего он опасен. Он стал телепатом, так что теперь держите свои мысли на запоре. Иначе Гарри будет в курсе. Если ему станут известны ваши планы, он не будет дожидаться их осуществления, верно? Кроме того, он умеет телепортироваться, он использует так называемое пространство Мёбиуса, с помощью которого может отправиться, куда пожелает. Он может попасть буквально куда угодно, и притом мгновенно! Подумайте об этом…
И последнее — не по важности, конечно, — что нам теперь известно: Гарри стал некромантом вроде Драгошани; нет, хуже Драгошани, потому что тот лишь добывал сведения у своих жертв. Гарри же способен оживить их после смерти, превратив в вампиров. И они потом работают на него.
Таким образом, можно сказать, что кем бы он ни был ранее, теперь все переменилось. Наша цель — Гарри Киф. И все, кто на него работают.
Многие из вас ошеломлены известием о том, что случилось с Дарси Кларком. Чтобы не было никаких кривотолков: это был несчастный случай. — Траск предостерегающе поднял руку, потому что увидел напряженные лица и готовые задать вопрос губы. — Повторяю, несчастный случай, который можно понять, если и не принять. Я сам долго думал по этому поводу и хорошо понимаю ваше недоумение, но Дарси… изменился. Явно изменился, иначе он… мы бы не смогли убить его. Я сказал «мы» то есть отдел. Если бы он остался жив, он был бы нашим самым слабым звеном, и рано или поздно с этим пришлось бы что-то делать. Но он мертв, его не вернуть, с ним не связаться, где бы он сейчас ни был. Потому что его кремировали, да, уже кремировали, и даже пепел развеяли. Если он был человеком Гарри — а это, похоже, так и было, — больше он таковым не является.
Страница 93 из 186
