Неприметная обыденность

Гойл покачал головой. Малфой покраснел и хотел уйти, но Гойл схватил его за плечо.

— Я хочу вот эту! — Джули ткнула пальцем в серую бородатую неясыть, которая удивленно смотрела на нее, склонив голову.

— Она тяжелая и неповоротливая, — нравоучительно сказал Малфой. — Если хочешь нормальную птицу, возьми белую сову, или ястребиную, или, на худой конец, сипуху.

— А мне нравится неясыть, — возразила Астория. — Она такая теплая. Ее будет легко приручить.

— И, к тому же, она похожа на Грегори! — улыбнулась Джули, и Астория кивнула:

— Есть что-то общее!

— А, ну, это, конечно, аргумент! — выплюнул Малфой. — По крайней мере, летать она будет так же, как Гойл аппартирует.

— Малфой, ты себя слышишь вообще? — неприязненно спросила Астория и скрылась в магазине.

Гойл покрутил пальцем у виска и последовал за девушками.

— И как это я забыл, что это ты у нас кумир малолеток, детка?! — Малфой начинал злиться.

Выйдя на улицу с большой клеткой в руках, Джули огляделась:

— Может, перекусим? — спросила она, просовывая своей неясыти за решетку кусочки корма.

— Давай, — поддержал Гойл. — Вон там, через два дома, неплохая кафешка есть. Они делают отличный эспрессо с допингом.

— Ты же сегодня не выступаешь, — поддела Астория.

— Я в компании двух девушек, — добродушно промычал Гойл. — Так что, можно считать, на ринге.

— Гойл шутит, — хмыкнул Малфой. — Надо бы запомнить этот день.

— Запомни, — Джули взяла Гойла под руку.

— Ну да, не всем дано шутить, — Астория нарочито подошла к Гойлу с другой стороны.

Компания заняла один из столиков. Официант принес меню. Девушки начали шумно обсуждать, что бы им хотелось заказать, неясыть ухала в клетке, вокруг стоял гул от трескотни посетителей. За соседним столиком Гойл заметил Шона Джонса. Джонс сидел в гордом одиночестве и меланхолично помешивал свой напиток.

— Эй, Джонс! — окликнул его Гойл. Гроза Йоркшира поднял глаза и махнул Гойлу рукой. — Иди к нам!

Джонс нерешительно поднялся и, попросив официанта переписать его счет на столик Гойла, присоединился к компании.

— Грег, ты нас не представишь? — спросила Астория, окинув одобрительным взглядом Джонса.

— Джонси, он же Гроза Йоркшира, — деловито произнес Малфой. — Лег под Гойла в последнем бою, даже несмотря на то, что использовал Непростительные. И, кстати, Джонси, твой Круцио отвратителен, чтоб ты знал.

Джонс покраснел и опустил голову, намереваясь вернуться за свой столик, но Астория остановила его:

— А я видела этот бой, — спокойно сказала она. — И ты выглядел ничуть не хуже Грега. К тому же, мне показалось, он тебя чем-то смутил.

Джонс потупился. Гойл знал, что у Джонса никогда ничего не получалось с девушками, и теперь он чувствовал себя очень неуютно рядом с Джули и Асторией.

— Я это… послал Забини, — тихо сказал он.

— И правильно сделал, — кивнул Гойл. — Как он сам говорил, импресарио везде, как грязи.

— Только вот не каждый согласится работать со слабачком, Джонси, — вставил шпильку Малфой.

Гойл посмотрел на блондина с жалостью: Малфой действительно думал, что выглядит круто, унижая Джонса. В воспоминаниях Гойла всплыл один печальный вечер. Гойл победил и хотел отпраздновать это в пабе, но Малфой потащил его в один из пафосных ресторанов. Гойл сидел там, сам не свой. Обстановка ему казалась неуютной, обслуживание — навязчивым, а окружение… Окружение составляли две шикарные девицы, повисшие на Малфое. Они подобострастно смеялись над каждой его шуткой, а все остроты импресарио сводились к унижению достоинства Гойла. Тогда Малфой был на коне. Тогда… Позже в ресторане появилась Пэнси и закатила блондину истерику, велев Гойлу проводить ее до дома.

С тех пор прошло уже больше двух лет, но Малфой совершенно не изменился.

Астория тем временем внимательно следила за Джонсом, чем заставляла здоровяка тупить еще сильнее, чем обычно. На Малфоя же она не обращала ни малейшего внимания, словно нарочно, и тот злился, ругаясь тихонько в свою чашечку ристретто.

— Будете пирожные? — спросил Гойл у девушек. Джули кивнула, указывая на Чизкейк, а Астория легко махнула рукой:

— Я не ем сладкое.

Гойл пожал плечами и сделал заказ. Они с Джули посмотрели друг на друга. Джули потерлась носом о заросшую щеку Гойла, и по его телу пробежал электрический разряд.

— Шон, а как давно ты качаешься? — спросила Астория. — У тебя потрясающие руки: такие сильные!

Джонс пролепетал что-то про «лет несколько, уж и не припомню», а Астория провела пальцами по его предплечью, чем заставила парня задрожать. Джули улыбнулась, наблюдая смущение Джонса, и поцеловала Гойла, чем вызывала жгучую зависть Малфоя.

Желая разрядить неловкую ситуацию, девушки отправились «припудрить носик». Но ситуация, наоборот, только накалилась.

— Какого лешего, Гойл, — Малфой был похож на змееныша, — ты позвал сюда вот это?! — он указал на Джонса.

— А что такого? — Гойл пожал плечами.

— Похоже, Астория западает не на мозг, а на бицепс, ты, идиот, — прошипел Малфой. — Все идет вообще не так, как должно!