Фандом: Overwatch. Случается, что предчувствия не обманывают Джека. Но он предпочел бы, чтобы все же обманули.
47 мин, 50 сек 618
Они садятся в вечерних сумерках — Джек любуется океаном, золотящимся в закатных лучах, выходит из самолета первым и тут же включает телефон. Хмыкает, обнаружив на нем тонну ссыпавшихся эсэмэсок от Гейба.
«Приятного полета», «Наша посадка началась», «Я надеюсь, мы завтра увидимся, Джеки» и так далее.
Еще одна эсэмэска оповещает Джека о звонке с неизвестного ему американского номера. Перезвонить или нет? Пожалуй, перезвонить. Впрочем, там никто не берет трубку.
«Прошел таможню, все нормально. Сейчас передам Ичире документы и поеду в Ханамуру».
Джек идет через коридор, поправляя рюкзак, засовывает телефон в карман и через мгновение вытаскивает, почувствовав вибрацию.
«Мы сели. Передавай этому странному человеку привет. Как ты думаешь, как долго мы будем выходить, а?»
«Понятия не имею. Привет передам, он обрадуется», — строчит Джек в ответ, огибая какую-то старушку и парочку девиц с разноцветными волосами. Его старшие дети тоже увлекались таким, когда Джесси было четырнадцать, а Лу семнадцать. Они красили друг друга, потом попросили помощи, и Джеку пришлось срочно осваивать роль домашнего стилиста аж для трех омег, потому что и Гейб внезапно загорелся этой идеей. В итоге они все были неделю зеленые, неделю красные, следующую — розовые, а потом все как-то само по себе сошло на нет.
Ичиру Сакураи, единственного альфу в Overwatch, находящегося на руководящей должности такого уровня, видно издалека. Он возвышается над толпой относительно невысоких японцев, как маяк, и стоит так же незыблемо.
Джек пробирается к нему, пожимает по-американски протянутую руку и кивает:
— Добрый день.
— Добрый день, Джек, — отзывается Ичира. — Как дела?
— Прекрасно, — улыбается Джек. — Как твои?
— Мои… — начинает Ичира и застывает вдруг, уставившись Джеку куда-то за спину.
Вытягивается весь, напрягается и широко раскрывает глаза. Джек оглядывается, видит Тео — ну и все становится понятно, в общем-то. Даже то, каким образом Ичира сумел пережить смерть своего омеги и почему у него потом не получилось себя убить. Тео к тому моменту должно было быть уже лет семь, так что хотел Ичира или нет, а выжить пришлось.
Вот они и встретились — не стоит им мешать.
— Ичира, ключи, — требует Джек и щелкает перед его носом пальцами. — Отдай мне ключи от машины и потом уже иди встречать свое счастье. Слышишь?
— Что? — растерянно моргает Ичира.
— Ключи! Документы я завезу тебе завтра, когда буду улетать.
— А. Да, конечно.
Ичира пихает ему в руку требуемое, обходит его по широкой дуге и идет к застывшему сусликом Тео. Медленно, но неотвратимо, как айсберг к «Титанику».
Джек, хмыкнув, включает на телефоне камеру и становится так, чтобы и Тео, и Ичиру было видно сбоку.
Это не особо прилично, но Джек уверен, что потом они скажут ему спасибо за то, что он догадался заснять их первую встречу. Сам Джек заплатил бы сколько угодно, если бы ему предложили запись его первой встречи с Гейбом. Конечно, он прекрасно помнит недолгое ощущение захлестывающего с головой счастья, но и видео не помешало бы.
Ичира гладит Тео кончиками пальцев по щеке — ужасно трогательно и романтично, — обнимает другой рукой, а Тео жмурится, держась за его запястье, и, кажется, плачет.
Джек уходит, только когда на него начинают обращать внимание, а до этого успевает записать и поцелуй, и то, как Тео трется лицом о чужое плечо.
Просто не первая встреча, а рекламная кампания для всей Overwatch, но понятно, что никто это видео так использовать не будет.
Машину Джек ищет минут сорок, наверное, и проклинает все на свете, параллельно переписываясь с Гейбом.
«Ичира нашел омегу! Ты не поверишь кто это».
«И?»
«Тео!»
«Да ладно? — после долгой паузы. — Я даже не знаю, кому из них сочувствовать. Лу передает тебе, что ты жопа, и просит сказать Джесси то же самое».
«Ичире. В его сорок семь такое потрясение, как Тео, — это жуть! Ничего я Джесси передавать не буду, сами звоните и говорите ему это».
«Трус! Напиши мне, как доедешь. А мы пока в отель, пить коктейли и смотреть на красивых альф!»
«Приятного похмелья».
Джек закатывает глаза, роняет телефон на сиденье рядом с собой и все-таки заводит машину.
Он выезжает со стоянки, забив в навигатор адрес, мысленно благодарит Ичиру за машину с английским управлением и выбирается на дорогу.
Правостороннее движение не самая приятная и привычная в мире вещь, но скорость реакции у Джека куда выше, чем у нормальных людей, так что он справляется.
На полдороге он останавливается на заправке и долго пьет кофе, разглядывая гору Фуджи, выделяющуюся черным провалом на фоне темного неба. Конечно, ему не стоит так задерживаться, но, с другой стороны, он же не едет кого-нибудь спасать, а просто направляется в гости к своему ребенку.
До Ханамуры Джек добирается часам к десяти, наверное, довольно долго кружит по городу, объезжая закрытые из-за ремонта улицы, успевает основательно проголодаться и заскучать, но когда-то все же попадает к дому Джесси.
«Приятного полета», «Наша посадка началась», «Я надеюсь, мы завтра увидимся, Джеки» и так далее.
Еще одна эсэмэска оповещает Джека о звонке с неизвестного ему американского номера. Перезвонить или нет? Пожалуй, перезвонить. Впрочем, там никто не берет трубку.
«Прошел таможню, все нормально. Сейчас передам Ичире документы и поеду в Ханамуру».
Джек идет через коридор, поправляя рюкзак, засовывает телефон в карман и через мгновение вытаскивает, почувствовав вибрацию.
«Мы сели. Передавай этому странному человеку привет. Как ты думаешь, как долго мы будем выходить, а?»
«Понятия не имею. Привет передам, он обрадуется», — строчит Джек в ответ, огибая какую-то старушку и парочку девиц с разноцветными волосами. Его старшие дети тоже увлекались таким, когда Джесси было четырнадцать, а Лу семнадцать. Они красили друг друга, потом попросили помощи, и Джеку пришлось срочно осваивать роль домашнего стилиста аж для трех омег, потому что и Гейб внезапно загорелся этой идеей. В итоге они все были неделю зеленые, неделю красные, следующую — розовые, а потом все как-то само по себе сошло на нет.
Ичиру Сакураи, единственного альфу в Overwatch, находящегося на руководящей должности такого уровня, видно издалека. Он возвышается над толпой относительно невысоких японцев, как маяк, и стоит так же незыблемо.
Джек пробирается к нему, пожимает по-американски протянутую руку и кивает:
— Добрый день.
— Добрый день, Джек, — отзывается Ичира. — Как дела?
— Прекрасно, — улыбается Джек. — Как твои?
— Мои… — начинает Ичира и застывает вдруг, уставившись Джеку куда-то за спину.
Вытягивается весь, напрягается и широко раскрывает глаза. Джек оглядывается, видит Тео — ну и все становится понятно, в общем-то. Даже то, каким образом Ичира сумел пережить смерть своего омеги и почему у него потом не получилось себя убить. Тео к тому моменту должно было быть уже лет семь, так что хотел Ичира или нет, а выжить пришлось.
Вот они и встретились — не стоит им мешать.
— Ичира, ключи, — требует Джек и щелкает перед его носом пальцами. — Отдай мне ключи от машины и потом уже иди встречать свое счастье. Слышишь?
— Что? — растерянно моргает Ичира.
— Ключи! Документы я завезу тебе завтра, когда буду улетать.
— А. Да, конечно.
Ичира пихает ему в руку требуемое, обходит его по широкой дуге и идет к застывшему сусликом Тео. Медленно, но неотвратимо, как айсберг к «Титанику».
Джек, хмыкнув, включает на телефоне камеру и становится так, чтобы и Тео, и Ичиру было видно сбоку.
Это не особо прилично, но Джек уверен, что потом они скажут ему спасибо за то, что он догадался заснять их первую встречу. Сам Джек заплатил бы сколько угодно, если бы ему предложили запись его первой встречи с Гейбом. Конечно, он прекрасно помнит недолгое ощущение захлестывающего с головой счастья, но и видео не помешало бы.
Ичира гладит Тео кончиками пальцев по щеке — ужасно трогательно и романтично, — обнимает другой рукой, а Тео жмурится, держась за его запястье, и, кажется, плачет.
Джек уходит, только когда на него начинают обращать внимание, а до этого успевает записать и поцелуй, и то, как Тео трется лицом о чужое плечо.
Просто не первая встреча, а рекламная кампания для всей Overwatch, но понятно, что никто это видео так использовать не будет.
Машину Джек ищет минут сорок, наверное, и проклинает все на свете, параллельно переписываясь с Гейбом.
«Ичира нашел омегу! Ты не поверишь кто это».
«И?»
«Тео!»
«Да ладно? — после долгой паузы. — Я даже не знаю, кому из них сочувствовать. Лу передает тебе, что ты жопа, и просит сказать Джесси то же самое».
«Ичире. В его сорок семь такое потрясение, как Тео, — это жуть! Ничего я Джесси передавать не буду, сами звоните и говорите ему это».
«Трус! Напиши мне, как доедешь. А мы пока в отель, пить коктейли и смотреть на красивых альф!»
«Приятного похмелья».
Джек закатывает глаза, роняет телефон на сиденье рядом с собой и все-таки заводит машину.
Он выезжает со стоянки, забив в навигатор адрес, мысленно благодарит Ичиру за машину с английским управлением и выбирается на дорогу.
Правостороннее движение не самая приятная и привычная в мире вещь, но скорость реакции у Джека куда выше, чем у нормальных людей, так что он справляется.
На полдороге он останавливается на заправке и долго пьет кофе, разглядывая гору Фуджи, выделяющуюся черным провалом на фоне темного неба. Конечно, ему не стоит так задерживаться, но, с другой стороны, он же не едет кого-нибудь спасать, а просто направляется в гости к своему ребенку.
До Ханамуры Джек добирается часам к десяти, наверное, довольно долго кружит по городу, объезжая закрытые из-за ремонта улицы, успевает основательно проголодаться и заскучать, но когда-то все же попадает к дому Джесси.
Страница 6 из 13
