Фандом: Ориджиналы. Казалось бы, с бедами и неурядицами, внезапно нахлынувшими на королевство, покончено. Племя рукокрылов побеждено, Ковен разгромлен, уничтожен Рой, угрожавший всему живому. Колонию удалось усмирить, а с племенем дшерров заключить союз. Но радоваться рано: главные недруги королевства не сдались, но лишь затаились в ожидании.
156 мин, 57 сек 1555
«Понимаю, что на достойную благодарность с моей стороны это не тянет, — сказал конфидент, объясняя свое решение, — даже близко не сравнится с тем, что для меня сделал этот человек… который спас мне жизнь, причем не один раз. Но, увы: ничего большего сделать для него я не в силах».
Остаток пути до извергающей дым горы они прошли втроем: Ролан, Джилрой и мало-мальски отдышавшаяся, восстановившая силы, Аника. Несмотря на то, что из нежданной схватки они вышли победителями, настроение у всех был мрачным. Шли конфидент и его спутники, понуро молча, друг на друга почти не глядя и даже предвкушение клада, ожидавшего их впереди, не могло перевесить горечи и досады от потери.
Более-менее воспрянули они духом лишь, когда достигли подножия Монта-Фог. В противовес всему остальному острову, оно оказалось едва покрыто растительностью. Да и та была чахлой и редкой — существовавшей в виде отдельных кустиков и островков зелени, то тут, то там лепившихся к мертвой каменной громадине.
Как видно, не так уж редко «дымная гора» исторгала из себя кое-что посущественнее, поопаснее для всего живого, чем, собственно, дым. Оттого век зеленой поросли, каким-то чудом зарождавшейся на каменных боках, был недолгим. А возможности плодиться и размножаться — мизерными. Да и плодородием, в отличие от чудесной почвы острова, твердый склон горы похвалиться не мог.
Но не сама каменная громада привлекла внимание трех кладоискателей. И не ее мрачный вид, темно-бурый цвет, так контрастировавший с окружающим буйством зелени. Самой примечательной деталью склона и подножия «дымной горы» оказалось… гигантское лицо. Явно человеческое лицо, выдолбленное на высоте примерно человеческого роста и имевшее размер в три-четыре фута в поперечнике.
Выражение каменному лицу неведомый скульптор придал флегматичное и вроде бы даже чуточку скучающее. Таким оно бывает, например, у нерадивого ученика, когда он слушает наставления мастера. Вернее, делает вид, что слушает.
— И что же теперь? — Ролан недоуменно развел руками, — что говорит карта… где дальше искать клад?
— Допустим, карта на сей счет, не очень-то словоохотлива, — съязвил Джилрой, при этом все равно достав и развернув кусок пергамента, да мельком глянув на него, словно желая убедиться в своей правоте, — не зря я ее вначале за подделку принял. На карте местонахождение сокровищ отмечено крестом…
Он осекся, затем снова посмотрел на карту, уже повнимательнее, и добавил:
— Ну, пусть не совсем крестом, но не суть важно. Главное, что отмечено, причем соответствует это место подножию Монта-Фог у ее юго-западного склона. То есть, как раз, где мы и находимся.
— У-у-у, а мы-то и не знали! — с сарказмом протянула Аника.
— А что-нибудь полезнее можешь сказать? — недовольно вопрошал Джилрой в ответ, — твои видения больше не приходят к тебе, не помогают?
Девушка на это лишь молча пожала плечами. И заметив, к досаде своей, что грезы наяву не спешили теперь к ней на выручку. Ничего не подсказывали, ни о чем не предостерегали. Словно сила, насылавшая их, сочла свою задачу выполненной и от Аники отстала. Причем, если еще пару недель назад дочь Ханнара была бы только рада избавлению от назойливых видений, то теперь, напротив, даже обиду почувствовала. Как же — она уже привыкнуть успела к досаждавшим ей движущимся картинкам, воспринимала даже как дополнительные возможности. И вот именно когда эти возможности особенно нужны, они Анику внезапно оставили.
— Тогда не знаю, — проговорил Джилрой и покосился на каменное лицо, — в крайнем случае, можно у него спросить. Э-эй, почтенный истукан! Как бы нам до клада добраться? Не подскажешь?
Свои реплики, обращенные к выдолбленному лицу, веллундец произнес нарочито дурашливым тоном, заведомо в шутку и, разумеется, ни на что не рассчитывая. Потому и сам оказался немало удивлен, когда вдруг… добился ответа.
Творение неизвестного скульптора ожило, зашевелилось. Глазницы изменили форму, сужаясь. Теперь выражение каменного лица казалось нахмуренным, даже подозрительным. С натужной медлительностью несмазанного колеса раздвинулись губы, открывая темную щель. И из щели этой донесся голос — гулкий, точно эхо среди каменных стен. Слово, произнесенное этим голосом, было единственным, зато сугубо по делу:
— Пароль!
— Ого! Да тут без магии не обошлось, — даже опешил сэр Ролан. Хоть и привык он, живя в королевстве, иметь дело с всевозможными проявлениями волшебства, а встретить хоть одно такое проявление на необитаемом острове, вдали от населенных земель, не ожидал.
— Пароль! — повторило лицо.
— Монта-Фог! Урдалайа! Череп и кости! — затараторила в ответ Аника, — йо-хо-хо! На абордаж! Сундук… этого… как его? Мертвеца!
— Интересно, что ты будешь делать, когда известные тебе слова закончатся, — не удержался от колкости Джилрой.
— Я-то хоть что-то делаю, — огрызнулась дочь Ханнара, — тогда как ты просто стоишь-молчишь здесь, как статуя. Даже рожа эта каменная поживее себя ведет.
Остаток пути до извергающей дым горы они прошли втроем: Ролан, Джилрой и мало-мальски отдышавшаяся, восстановившая силы, Аника. Несмотря на то, что из нежданной схватки они вышли победителями, настроение у всех был мрачным. Шли конфидент и его спутники, понуро молча, друг на друга почти не глядя и даже предвкушение клада, ожидавшего их впереди, не могло перевесить горечи и досады от потери.
Более-менее воспрянули они духом лишь, когда достигли подножия Монта-Фог. В противовес всему остальному острову, оно оказалось едва покрыто растительностью. Да и та была чахлой и редкой — существовавшей в виде отдельных кустиков и островков зелени, то тут, то там лепившихся к мертвой каменной громадине.
Как видно, не так уж редко «дымная гора» исторгала из себя кое-что посущественнее, поопаснее для всего живого, чем, собственно, дым. Оттого век зеленой поросли, каким-то чудом зарождавшейся на каменных боках, был недолгим. А возможности плодиться и размножаться — мизерными. Да и плодородием, в отличие от чудесной почвы острова, твердый склон горы похвалиться не мог.
Но не сама каменная громада привлекла внимание трех кладоискателей. И не ее мрачный вид, темно-бурый цвет, так контрастировавший с окружающим буйством зелени. Самой примечательной деталью склона и подножия «дымной горы» оказалось… гигантское лицо. Явно человеческое лицо, выдолбленное на высоте примерно человеческого роста и имевшее размер в три-четыре фута в поперечнике.
Выражение каменному лицу неведомый скульптор придал флегматичное и вроде бы даже чуточку скучающее. Таким оно бывает, например, у нерадивого ученика, когда он слушает наставления мастера. Вернее, делает вид, что слушает.
— И что же теперь? — Ролан недоуменно развел руками, — что говорит карта… где дальше искать клад?
— Допустим, карта на сей счет, не очень-то словоохотлива, — съязвил Джилрой, при этом все равно достав и развернув кусок пергамента, да мельком глянув на него, словно желая убедиться в своей правоте, — не зря я ее вначале за подделку принял. На карте местонахождение сокровищ отмечено крестом…
Он осекся, затем снова посмотрел на карту, уже повнимательнее, и добавил:
— Ну, пусть не совсем крестом, но не суть важно. Главное, что отмечено, причем соответствует это место подножию Монта-Фог у ее юго-западного склона. То есть, как раз, где мы и находимся.
— У-у-у, а мы-то и не знали! — с сарказмом протянула Аника.
— А что-нибудь полезнее можешь сказать? — недовольно вопрошал Джилрой в ответ, — твои видения больше не приходят к тебе, не помогают?
Девушка на это лишь молча пожала плечами. И заметив, к досаде своей, что грезы наяву не спешили теперь к ней на выручку. Ничего не подсказывали, ни о чем не предостерегали. Словно сила, насылавшая их, сочла свою задачу выполненной и от Аники отстала. Причем, если еще пару недель назад дочь Ханнара была бы только рада избавлению от назойливых видений, то теперь, напротив, даже обиду почувствовала. Как же — она уже привыкнуть успела к досаждавшим ей движущимся картинкам, воспринимала даже как дополнительные возможности. И вот именно когда эти возможности особенно нужны, они Анику внезапно оставили.
— Тогда не знаю, — проговорил Джилрой и покосился на каменное лицо, — в крайнем случае, можно у него спросить. Э-эй, почтенный истукан! Как бы нам до клада добраться? Не подскажешь?
Свои реплики, обращенные к выдолбленному лицу, веллундец произнес нарочито дурашливым тоном, заведомо в шутку и, разумеется, ни на что не рассчитывая. Потому и сам оказался немало удивлен, когда вдруг… добился ответа.
Творение неизвестного скульптора ожило, зашевелилось. Глазницы изменили форму, сужаясь. Теперь выражение каменного лица казалось нахмуренным, даже подозрительным. С натужной медлительностью несмазанного колеса раздвинулись губы, открывая темную щель. И из щели этой донесся голос — гулкий, точно эхо среди каменных стен. Слово, произнесенное этим голосом, было единственным, зато сугубо по делу:
— Пароль!
— Ого! Да тут без магии не обошлось, — даже опешил сэр Ролан. Хоть и привык он, живя в королевстве, иметь дело с всевозможными проявлениями волшебства, а встретить хоть одно такое проявление на необитаемом острове, вдали от населенных земель, не ожидал.
— Пароль! — повторило лицо.
— Монта-Фог! Урдалайа! Череп и кости! — затараторила в ответ Аника, — йо-хо-хо! На абордаж! Сундук… этого… как его? Мертвеца!
— Интересно, что ты будешь делать, когда известные тебе слова закончатся, — не удержался от колкости Джилрой.
— Я-то хоть что-то делаю, — огрызнулась дочь Ханнара, — тогда как ты просто стоишь-молчишь здесь, как статуя. Даже рожа эта каменная поживее себя ведет.
Страница 43 из 44
