Три года назад поехали мы с друзьями на мой день рождения ко мне на дачу. Часов до двух ночи пили, веселились, дальше почти все отправились спать, а я и еще трое остались у костра курить да разговаривать…
2 мин, 4 сек 16307
Кто-то начал травить костровые байки. Ну тут я и ляпнул — рассказал им про заброшенный лагерь «Дубки» в полукилометре от дачного поселка, про легенду, которую от сторожа слышал. Рассказал он, что лагерь этот до 1971 года открыт был, пока пожар не случился. А во время пожара несколько детей сгорели вместе с корпусом.
Слово за слово, мы начали подначивать друг друга — пошли, по лагерю прогуляемся. Ну, делать было особо нечего, алкоголь уже почти выветрился — взяли мы два фонарика с велосипедов, бутылку пива двухлитровую и пошли.
Дорога к лагерю заросла так, что пришлось буквально сквозь кусты продираться. В конце концов, выбрались на более-менее видимую тропинку. Один из наших, пока по тропинке шли, уже начал впадать в панику, в итоге начал пиво залпом глотать. И только он все два литра выпил, мы подошли к шлагбауму. Огромный такой шлагбаум, махина здоровенная — еле-еле вчетвером отодвинули. Пришли в лагерь, ходим. Все вокруг вроде нормально — обычные деревянные корпуса, как во всех советских лагерях. Нагулялись, насмеялись, напугались, решили посидеть, перекурить и обратно пойти. Сели, курим… И тут я заметил, что вокруг слишком тихо. Абсолютно тихо. Ни единого ветерка, ни единого шороха, вообще ничего. Я подумал, что у меня, может слух притупился или еще что-то. Но нет — остальные, оказалось, тоже это заметили.
И тут тот наш друг, кто пива выпил и опьянел, вдруг развеселился, частушки какие-то петь начал, говорить нам, какие мы суеверные, что верим во всякую ерунду. После этого подошел к корпусу, возле которого мы сидели, ногой выбил дверь и начал кричать что-то вроде: «Идите, возьмите меня, сгоревшие ублюдки, я в вас не верю!». Через минуту такого крика у него резко закатились глаза, он упал лицом на землю и начал дергаться, как эпилептик. Мы, недолго думая, подняли его на руки и побежали из лагеря. Подбегаем к шлагбауму — а он закрыт. Притом мы совершенно точно оставили его открытым, когда входили, и никакой ветер такую махину сдвинуть бы не смог, тем более что ветра не было. Пришлось с тем придурком на плечах перелезать. Бежим по лесу, а тот парень, мало того, что не перестал дергаться, так еще и начал кричать нечеловеческим голосом, как будто его изнутри раздирало.
Почти выбежали из леса, и тут вдруг один из парней споткнулся и упал. Подбегаем к нему — а с ним ровно то же, что и с первым — дергается и кричит изо всех сил. Кое-как с последним парнем взвалили на себя по одному и до дачи моей добежали. А там уже полночи на этих двоих водой брызгали. Когда они очнулись, то ничего не помнили с того момента, как упали.
Слово за слово, мы начали подначивать друг друга — пошли, по лагерю прогуляемся. Ну, делать было особо нечего, алкоголь уже почти выветрился — взяли мы два фонарика с велосипедов, бутылку пива двухлитровую и пошли.
Дорога к лагерю заросла так, что пришлось буквально сквозь кусты продираться. В конце концов, выбрались на более-менее видимую тропинку. Один из наших, пока по тропинке шли, уже начал впадать в панику, в итоге начал пиво залпом глотать. И только он все два литра выпил, мы подошли к шлагбауму. Огромный такой шлагбаум, махина здоровенная — еле-еле вчетвером отодвинули. Пришли в лагерь, ходим. Все вокруг вроде нормально — обычные деревянные корпуса, как во всех советских лагерях. Нагулялись, насмеялись, напугались, решили посидеть, перекурить и обратно пойти. Сели, курим… И тут я заметил, что вокруг слишком тихо. Абсолютно тихо. Ни единого ветерка, ни единого шороха, вообще ничего. Я подумал, что у меня, может слух притупился или еще что-то. Но нет — остальные, оказалось, тоже это заметили.
И тут тот наш друг, кто пива выпил и опьянел, вдруг развеселился, частушки какие-то петь начал, говорить нам, какие мы суеверные, что верим во всякую ерунду. После этого подошел к корпусу, возле которого мы сидели, ногой выбил дверь и начал кричать что-то вроде: «Идите, возьмите меня, сгоревшие ублюдки, я в вас не верю!». Через минуту такого крика у него резко закатились глаза, он упал лицом на землю и начал дергаться, как эпилептик. Мы, недолго думая, подняли его на руки и побежали из лагеря. Подбегаем к шлагбауму — а он закрыт. Притом мы совершенно точно оставили его открытым, когда входили, и никакой ветер такую махину сдвинуть бы не смог, тем более что ветра не было. Пришлось с тем придурком на плечах перелезать. Бежим по лесу, а тот парень, мало того, что не перестал дергаться, так еще и начал кричать нечеловеческим голосом, как будто его изнутри раздирало.
Почти выбежали из леса, и тут вдруг один из парней споткнулся и упал. Подбегаем к нему — а с ним ровно то же, что и с первым — дергается и кричит изо всех сил. Кое-как с последним парнем взвалили на себя по одному и до дачи моей добежали. А там уже полночи на этих двоих водой брызгали. Когда они очнулись, то ничего не помнили с того момента, как упали.
История дочитана
Какой след эта история оставила у тебя?
Реакция сохранена в этом браузере. Войдите, чтобы не потерять реакции, ночные метки и трофеи
