О пользе авантюр

— Я тебе что? — я даже представить себе не мог, чтобы такой девочке, как Кэти, мог понравиться кто-то вроде меня. Это какой-то дурной сон, сейчас я должен буду проснуться. Кэти угрюмо молчала, смотря в пол, а затем резко встала, пытаясь уйти, но в этот раз реакция не подвела уже меня. Рванув вперёд, я успел поймать её за руку и усадить к себе на кровать. В глаза мне смотреть она всё ещё избегала. — Кэти, — как-то отстранённо я подметил, что за ширмой кровати Рона криков больше не раздавалось, а стояла почти идеальная тишина. Будто и не дышали вовсе. — Я никогда бы не подумал, что могу понравиться тебе. Ты вон какая, а я так, — решив, что данное сравнение не совсем раскрывает суть терзавших меня чувств, я пояснил: — Ты красивая, популярная, отлично играешь в квиддич — мечта любого парня, а я задохлик какой-то, — слово, которым дразнили меня Дадли с дружками, сейчас пришлось как нельзя кстати. — Но ты мне тоже очень-очень нравишься, — я покраснел, но мужественно продолжил: — Просто очень боялся тебе в этом признаться, ведь, если бы ты мне отказала, я бы не смог довольствоваться даже дружбой с тобой.

Кэти, услышав последние слова, вскинула голову, пытливо рассматривая моё лицо, будто ища насмешку или ожидая, что я закричу: «Шутка!» Я робко улыбнулся, чувствуя, что от притока крови щёки сравнялись цветом с помидором, и нерешительно развёл руки в стороны, и Кэти, секунду помедлив, буквально упала в мои объятия, смущённо мазнув по моим губам своими. Обнимая Кэти и чувствуя, как от её слёз намокает пижама на плече, я понял, что Риддл был неправ, говоря, что мы с ним похожи. Ведь моя Кэти сказала, что я полный, абсолютно непроходимый гриффиндорец, и пусть это был не совсем комплимент, кому я поверю больше, девочке, которая мне нравится, или какому-то там Тёмному Лорду?