О сложностях выбора и чертях с омутом

Причем «почти» — только за счет того, что это же Сугавара! Он точно не может так! Хотя выглядит и звучит предельно убедительно. Суга вообще очень странно выглядит. Непривычно. Впрочем, опытный агент под прикрытием, конечно, он умеет идеально играть.

— Покажи ее, — командует кубинец.

Суга пожимает плечами, сдергивает мешок, и Кенма не верит своим глазам. Это не девушка — девочка, едва ли даже подросток. Маленькая заплаканная девочка, в которую целится Сугавара. И эти два факта категорически не сочетаются.

Кубинец толкает Кенму вперед. Суга отпускает девчонку. Теперь они с кубинцем целятся друг в друга. А Кенма с девочкой медленно, маленькими шажками двигаются навстречу. Но потом девочка срывается, с криком «Папа!» несется к кубинцу и повисает на нем с объятиями, сбивая к черту прицел.

Кенма ныряет вперед к открытой двери, Суга запрыгивает следом и газует. Но вслед им так и не стреляют.

А потом они едут за город. Кенма не спрашивает — куда, он вообще ничего не говорит, но, видимо, слишком выразительно молчит.

— У меня не было выбора, — Суга устало трет лицо.

— Но похищение ребенка? Ты страшный человек, Сугавара.

Суга пожимает плечами и смотрит на Кенму, которому очень не по себе от этого взгляда.

— В каждом тихом омуте водятся черти. Не стоит угрожать тем, кого я люблю, или придется познакомиться с моими.

Они встречаются в условленном месте, во второй машине — Дайчи и Куроо, и едут в пустыню, прямо по бездорожью. Останавливаются в совершенно неприметной на первый взгляд небольшой долине между холмами, и совершенно пустой.

— Снова бункер, серьезно? — Куроо хмыкает. — У вас же там даже интернета нет.

— Придется провести, — разводит руками Сугавара. — А куда деваться?

— Трыднец автономности укрытия, — резюмирует Дайчи. — И вообще трындец ему. Точку доступа рано или поздно засекут.

— Главное — свалить до этого, — говорит Сугавара.

Кенма подозрительно переводит взгляд с одного на другого:

— Эй, на бункер мы не договаривались.

Если бы не Куроо, он бы уже драпал отсюда со всех ног, но тот только ухмыляется.

— Да ладно, бункер у них миленький, тебе понравится, вот увидишь.

И уже по тому, как Куроо это говорит, Кенма точно знает, что ему — не понравится, но так и правда безопаснее. Свои психи всяко лучше чужих.

— У нас все в порядке?

В маленьком бункере на четверых человек сложно поймать кого-нибудь для приватного разговора, но Куроо успешно с этим справляется. Дайчи готовит ужин, а Кенма и так все время не вылезает из-за ноутбука.

— Да, — Суга удивленно смотрит на него. — А почему ты спрашиваешь?

— Ты изменился после этих разборок с кубинцами.

— Ерунда, — отмахивается Сугавара. — Просто перепсиховал.

— Коуши.

— Что?

— Не ври мне, а?

Суга шумно выдыхает. Вот черт, все-таки заметил. Отдельно забавно, что ему часто хотелось, чтобы Дайчи был более проницательным в таких вопросах. И вот — пожалуйста, теперь у него одно желание: засунуть эту проницательность Куроо… под хвост! Да ладно, неужели он не переведет стрелки?

— Кенма ведь тебе ничего не говорил?

— А должен был?

— Дайчи не зря обычно никогда не задает вопросов, как я самостоятельно работаю — вот когда узнаю всякое, добываю, обеспечиваю запасные планы отхода и прочее, — нехотя отвечает Сугавара, и он не прикидывается, он действительно не хочет об этом говорить, но о том, другом — еще больше.

— А Кенма, что ли, спросил?

— Нет, он увидел.

— Ага, — кивает Куроо.

— Кажется, я пал в его глазах, — грустно улыбается Суга.

— Сочувствую, — кривит губы в ответной ухмылке Куроо. — Но я-то тут при чем? Это не повод иначе относиться ко мне. Ты опять мне голову морочишь?

Суга на мгновение прикрывает глаза, а потом распахивает и в упор смотрит на Куроо.

— Та-а-ак, — щурится тот. — Где и в каком месте что пошло не так? Или ты меня в чем-то подозреваешь? В чем?

Суга делает шаг к нему, обнимает и прижимается всем телом.

— Хорошая попытка, но нет, — резюмирует Куроо, впрочем, ответно обнять ему это ничуть не мешает. — Я же не отстану.

— Я видел, как ты втирался в доверие к этому кубинцу, — после непродолжительного молчания отвечает Сугавара. — И вспомнил, как ты перевелся в наш отдел.

Куроо замирает. А вот это было внезапно. Вернее, вполне логично — с уровнем наблюдательности Суги, но Куроо вообще об этом не думал, слишком был занят тем, чтобы уболтать кубинского козла.

— Да, — признает Куроо, — тогда я очень старался завоевать ваше доверие.

— И когда ты с ходу начал прыгать под пули, прикрывая меня, — это тоже было в рамках все той же акции по очаровыванию нового командира отряда?

— Да, — снова соглашается Куроо, — только слепой бы не заметил, что наилучший способ заработать расположение Дайчи — это защищать тебя.

— Только ему не говори, для него тот эпизод очень многое значит, — фыркает Суга. — Он не оценит.

— А для тебя?

Суга поднимает голову, на мгновение прикасаясь губами к его губам, а потом отвечает:

— А для меня уже неважно. Как бы все ни началось, сейчас это уже не имеет значения.

— Ты уверен?