Записки туриста. Что у нас сегодня в программе по плану? — спросила жена…
19 мин, 55 сек 5571
— Да, — вздохнула еще раз жена, — можно только дивиться и принимать к сведению наполненные смыслом переплетения японских традиций и легенд.
Красное кимоно углублялось все дальше вглубь леса, а вместе с ним и аромат курительных палочек, пока уже невозможно стало различить ничего, кроме болотных прелых запахов и изгибов лесных растений.
Странно, но промелькнувшее перед нами видение смыло тот липкий страх, который мы чувствовали в начале и середине нашего пути. Как если бы и японский лес, и японские духи приняли нас, вместе с чуждой им идеологией и религией. Ведь все мы знаем, что такое стремление к справедливости — в нашей стране в борьбе за нее не одна тысяча человек голову сложила: и юных, и старых, и женщин, и мужчин.
Мы быстро и благополучно вернулись в офис, на этот раз отчетливо различая стрелы на стволах. Предсмертные гравировки была выполнены разными руками и инструментами, были они маленькими и большими, и вели на все четыре стороны света. Изломанные деревья уже не казались убогими. Они виделись непокоренными исполинами, вселяя надежду всякому, кто входил в это царство мертвых. Если деревья после сражения с демонами не сдаются, то и мы выдержим, и мы выстоим, и мы будем сопротивляться природе, злым людям и духам.
Наша экскурсия в корне отличалась от всего остального, с чем мы успели познакомиться в Японии. Как ни поразительны торжествующие красотой рукотворные поднебесные сады, монастыри и прочие достопримечательности, то, что мы увидели в лесу мертвых, было, как не странно, тоже прекрасно. Ибо это была загадочная японская душа, ее смысл и содержание. Квинтесенция их понимания добра и зла.
Дальше череда традиций закрутила погребение найденного нами самоубийцы, и, надеюсь, дальнейшее торжество добра над злом.
Что является мечтой всех без исключения, русский он или японец. Да хоть марсианин.
Красное кимоно углублялось все дальше вглубь леса, а вместе с ним и аромат курительных палочек, пока уже невозможно стало различить ничего, кроме болотных прелых запахов и изгибов лесных растений.
Странно, но промелькнувшее перед нами видение смыло тот липкий страх, который мы чувствовали в начале и середине нашего пути. Как если бы и японский лес, и японские духи приняли нас, вместе с чуждой им идеологией и религией. Ведь все мы знаем, что такое стремление к справедливости — в нашей стране в борьбе за нее не одна тысяча человек голову сложила: и юных, и старых, и женщин, и мужчин.
Мы быстро и благополучно вернулись в офис, на этот раз отчетливо различая стрелы на стволах. Предсмертные гравировки была выполнены разными руками и инструментами, были они маленькими и большими, и вели на все четыре стороны света. Изломанные деревья уже не казались убогими. Они виделись непокоренными исполинами, вселяя надежду всякому, кто входил в это царство мертвых. Если деревья после сражения с демонами не сдаются, то и мы выдержим, и мы выстоим, и мы будем сопротивляться природе, злым людям и духам.
Наша экскурсия в корне отличалась от всего остального, с чем мы успели познакомиться в Японии. Как ни поразительны торжествующие красотой рукотворные поднебесные сады, монастыри и прочие достопримечательности, то, что мы увидели в лесу мертвых, было, как не странно, тоже прекрасно. Ибо это была загадочная японская душа, ее смысл и содержание. Квинтесенция их понимания добра и зла.
Дальше череда традиций закрутила погребение найденного нами самоубийцы, и, надеюсь, дальнейшее торжество добра над злом.
Что является мечтой всех без исключения, русский он или японец. Да хоть марсианин.
Страница 6 из 6
