Общее желание

— Да, — вздохнула еще раз жена, — можно только дивиться и принимать к сведению наполненные смыслом переплетения японских традиций и легенд.

Красное кимоно углублялось все дальше вглубь леса, а вместе с ним и аромат курительных палочек, пока уже невозможно стало различить ничего, кроме болотных прелых запахов и изгибов лесных растений.

Странно, но промелькнувшее перед нами видение смыло тот липкий страх, который мы чувствовали в начале и середине нашего пути. Как если бы и японский лес, и японские духи приняли нас, вместе с чуждой им идеологией и религией. Ведь все мы знаем, что такое стремление к справедливости — в нашей стране в борьбе за нее не одна тысяча человек голову сложила: и юных, и старых, и женщин, и мужчин.

Мы быстро и благополучно вернулись в офис, на этот раз отчетливо различая стрелы на стволах. Предсмертные гравировки была выполнены разными руками и инструментами, были они маленькими и большими, и вели на все четыре стороны света. Изломанные деревья уже не казались убогими. Они виделись непокоренными исполинами, вселяя надежду всякому, кто входил в это царство мертвых. Если деревья после сражения с демонами не сдаются, то и мы выдержим, и мы выстоим, и мы будем сопротивляться природе, злым людям и духам.

Наша экскурсия в корне отличалась от всего остального, с чем мы успели познакомиться в Японии. Как ни поразительны торжествующие красотой рукотворные поднебесные сады, монастыри и прочие достопримечательности, то, что мы увидели в лесу мертвых, было, как не странно, тоже прекрасно. Ибо это была загадочная японская душа, ее смысл и содержание. Квинтесенция их понимания добра и зла.

Дальше череда традиций закрутила погребение найденного нами самоубийцы, и, надеюсь, дальнейшее торжество добра над злом.

Что является мечтой всех без исключения, русский он или японец. Да хоть марсианин.