Вот, две недели назад я решила забежать в обеденный перерыв к родителям мужа — забрать кое-что из его личных вещей. Поскольку я на правах любимой невестки пользуюсь их полным доверием, у меня имеется ключ от их квартиры.
Добавить в моё избранное
2 мин, 54 сек 18575
Стою на пороге, нажимаю на звонок. За дверью — молчание. Так и есть — ускакали неугомонные на пробежку или в бассейн — как всегда… Достаю свой ключ, открываю квартиру, вхожу.
Скажу несколько слов о конфигурации квартиры: прямо от входной двери идет длинный коридор, в котором по левую и правую сторону располагаются двери других комнат. Я по привычке сворачиваю направо, в комнату мужа — то есть, она была его комнатой, пока мы не стали жить отдельно. Там, по его словам, должна лежать какая-то его «самая любимая футболочка» которую мне и предстояло забрать.
В комнате все осталось по-прежнему, как год назад, еще во времена нашего студенчества: на стенах — постеры и плакаты, шкаф со шмотками в углу (наверняка с тем же ужасающим беспорядком внутри), на письменном столе — груда студенческих тетрадок, а сверху лежит та самая заветная футболка. Я подхожу к столу, сгребаю ее… и вдруг слышу странные звуки, исходящие из коридора.
Судя по шуму, там происходит какая-то возня. Затем различаю легкий скрежет, как будто по двери с той стороны кошка когтями царапает.
Я, обрадовавшись, поспешила к двери, думая, что это скребется Симка — кошка свекрови и по совместительству моя любимица, и тут боковым зрением замечаю… саму Симку, сидящую на кровати мужа! Выглядела она весьма и весьма настороженно: спину выгнула, хвост трубой, шерсть дыбом, и не сводит с двери настороженного взгляда.
Я почувствовала, как от страха волосы на голове зашевелились, а майка прилипла к спине. Неожиданно ручка двери стала медленно поворачиваться — кто-то открывает ее с той стороны… Через медленно расширяющуюся щель вижу обои в коридоре, картину, висящую на стене — никого за дверью не было, что ли! Быстро перевожу взгляд вниз и офигеваю: прямо на меня смотрит нечто невысокое (примерно по колено нормальному человеку), лохматое, серое и с огромными красными глазами! Не успела как следует разглядеть сие чудо, как оно со скоростью молнии шмыгнуло в коридор. Симка, издав угрожающий вопль, кинулась за ним, ну а я, подгоняемая любопытством, следом — настолько быстро, насколько мне позволяли ватные от страха ноги.
Забежав на кухню, я схватила первый попавшийся предмет, подходящий для самообороны — веник — и, ориентируясь по Симкиным воинственным руладам, нашла обоих в гостиной.
Существо спряталось за поленницей дров, стоящей в углу возле камина — оттуда высовывалась только его лохматая серая макушка да горящие красные глазюки.
И вот — картина маслом: я замерла в угрожающей позе, с угрожающим веником в угрожающей руке; Симка, трусливо поджав уши, пятится к моим ногам, а ЭТО не сводит с меня пристальных внимательных глазок. Затем ему мой ошеломленный взгляд, наверное, надоел — он моргнул, быстро огляделся по сторонам и… чихнул! Это было ярко выраженное «Ап-чхи!». только смешное, звонкое, как у ребенка. Моя челюсть автоматически отвисла. Пользуясь нашим с кошкой замешательством, существо вдруг подняло за поленницей страшную возню, шум, шебуршание, пыль взвилась … а через несколько секунд его там уже не было. Как будто растворился.
Как будто его вообще не существовало, и он всего лишь плод моего больного воображения!
Из квартиры я вылетела, как пуля, и на лестнице столкнулась со свекром и свекровью. Чуть не плача, рассказала им все. Думала, смеяться будут, но нет — поверили! Сказали, что еще с того момента, как они в этой квартире появились, стали замечать присутствие кого-то… Домового, наверное. Причем своих он никогда не трогает, не пугает и не беспокоит — только первое время показывался пару раз на глаза, а затем словно исчез. А вот когда домой к ним во время их отсутствия кто-нибудь наведывается, так он тут как тут — вот соседку в прошлом году чуть до смерти не напугал…
Муж надо и сейчас прикалывается, говорит, мол, взрослая девушка, уже детей рожать пора, а обыкновенного домового испугалась!
«Обыкновенного домового» … Эх).
Скажу несколько слов о конфигурации квартиры: прямо от входной двери идет длинный коридор, в котором по левую и правую сторону располагаются двери других комнат. Я по привычке сворачиваю направо, в комнату мужа — то есть, она была его комнатой, пока мы не стали жить отдельно. Там, по его словам, должна лежать какая-то его «самая любимая футболочка» которую мне и предстояло забрать.
В комнате все осталось по-прежнему, как год назад, еще во времена нашего студенчества: на стенах — постеры и плакаты, шкаф со шмотками в углу (наверняка с тем же ужасающим беспорядком внутри), на письменном столе — груда студенческих тетрадок, а сверху лежит та самая заветная футболка. Я подхожу к столу, сгребаю ее… и вдруг слышу странные звуки, исходящие из коридора.
Судя по шуму, там происходит какая-то возня. Затем различаю легкий скрежет, как будто по двери с той стороны кошка когтями царапает.
Я, обрадовавшись, поспешила к двери, думая, что это скребется Симка — кошка свекрови и по совместительству моя любимица, и тут боковым зрением замечаю… саму Симку, сидящую на кровати мужа! Выглядела она весьма и весьма настороженно: спину выгнула, хвост трубой, шерсть дыбом, и не сводит с двери настороженного взгляда.
Я почувствовала, как от страха волосы на голове зашевелились, а майка прилипла к спине. Неожиданно ручка двери стала медленно поворачиваться — кто-то открывает ее с той стороны… Через медленно расширяющуюся щель вижу обои в коридоре, картину, висящую на стене — никого за дверью не было, что ли! Быстро перевожу взгляд вниз и офигеваю: прямо на меня смотрит нечто невысокое (примерно по колено нормальному человеку), лохматое, серое и с огромными красными глазами! Не успела как следует разглядеть сие чудо, как оно со скоростью молнии шмыгнуло в коридор. Симка, издав угрожающий вопль, кинулась за ним, ну а я, подгоняемая любопытством, следом — настолько быстро, насколько мне позволяли ватные от страха ноги.
Забежав на кухню, я схватила первый попавшийся предмет, подходящий для самообороны — веник — и, ориентируясь по Симкиным воинственным руладам, нашла обоих в гостиной.
Существо спряталось за поленницей дров, стоящей в углу возле камина — оттуда высовывалась только его лохматая серая макушка да горящие красные глазюки.
И вот — картина маслом: я замерла в угрожающей позе, с угрожающим веником в угрожающей руке; Симка, трусливо поджав уши, пятится к моим ногам, а ЭТО не сводит с меня пристальных внимательных глазок. Затем ему мой ошеломленный взгляд, наверное, надоел — он моргнул, быстро огляделся по сторонам и… чихнул! Это было ярко выраженное «Ап-чхи!». только смешное, звонкое, как у ребенка. Моя челюсть автоматически отвисла. Пользуясь нашим с кошкой замешательством, существо вдруг подняло за поленницей страшную возню, шум, шебуршание, пыль взвилась … а через несколько секунд его там уже не было. Как будто растворился.
Как будто его вообще не существовало, и он всего лишь плод моего больного воображения!
Из квартиры я вылетела, как пуля, и на лестнице столкнулась со свекром и свекровью. Чуть не плача, рассказала им все. Думала, смеяться будут, но нет — поверили! Сказали, что еще с того момента, как они в этой квартире появились, стали замечать присутствие кого-то… Домового, наверное. Причем своих он никогда не трогает, не пугает и не беспокоит — только первое время показывался пару раз на глаза, а затем словно исчез. А вот когда домой к ним во время их отсутствия кто-нибудь наведывается, так он тут как тут — вот соседку в прошлом году чуть до смерти не напугал…
Муж надо и сейчас прикалывается, говорит, мол, взрослая девушка, уже детей рожать пора, а обыкновенного домового испугалась!
«Обыкновенного домового» … Эх).
