Одинокая Волчица

Сильнейшие угрызения совести начали разрывать меня на части. Казалось, совесть сама лично вонзила свои острые клыки прямо в мое сердце. Я сильно ошибалась на счет вампиров в целом. Уже давно все Квилеты признали в Калленах других. Не врагов, а друзей. Но до сегодняшнего дня еще не сталкивалась с их благородством. И вот тебе, пожалуйста!

Муки совести сделались еще невыносимее от слов доктора «Стремление помогать людям»….

Да, это было правдой, но не всей.

Существовала и другая сторона моего стремления, о которой никто не знал. Ни мама, ни Науэль, никто!

И я не предполагала рассказывать…, но, смотря в глаза Карлайлу, поняла, что не могу скрывать, по крайней мере, от него.

Стиснув зубы, я подняла голову и, посмотрев в озадаченное лицо доктора, начала объяснять.

— Доктор Кален, боюсь, я была с вами не до конца откровенна. Знаю, что, услышав правду, вы можете передумать, но скрыть ее от вас будет намного хуже.

Карлайл если и удивился, то легко это скрыл. Только вновь сосредоточенно посмотрел на меня, пока вроде без осуждения.

— Если ты считаешь, что я должен это знать, я слушаю.

Его спокойный тихий голос успокоительно действовал на мои взведенные до крайности нервы. Я кашлянула, проглотив ком в горле. Отступать было поздно.

— Мое стремление быть врачом имеет еще одну причину.

— И…

— Я хочу разобраться, что со мной происходит. — тихо отозвалась я.

Сказала, что дальше?!

— Тебя что-то беспокоит? Это из-за тех обмороков? — предположил доктор.

— Нет, точнее не с них все началось. — я покачала головой, роясь в уме и пытаясь выудить оттуда нужные слова, которые так не к стати превратились по полную кашу. — Понимаете, я ведь единственная девушка-оборотень. И ребят наши трасформации не очень то напрягают, да и чего им волноваться, у них разве что мускулы вымахали и все. В моем же организме, похоже, происходят необратимые перемены.

— Какие? — доктор Кален даже подался вперед в кресле, теперь в его необыкновенных глазах горел живейший интерес.

— Ну, как бы вам это объяснить… — Боже мой, даже не верится, что я обсуждаю такие интимные вопросы с вампиром. Но он ведь врач… — Карлайл, у меня менопауза, и это в моем то возрасте.

Пришлось опустить глаза, чтобы не сгореть от стыда.

— Как давно?

Этот вопрос был задан хорошо знакомым всем голосом профессионала.

— С момента, как я начала перевоплощаться. — отозвалась я, чувствуя, как где-то внутри вскрывается старая рана. — Я уже поняла, что теперь являюсь тупиковой ветвью. Поэтому все, чего прошу — это понять, почему! Если я буду учиться, то смогу это выяснить.

Карлайл покачал головой, это мимолетное движение я заметила краем глаза.

— Не знаю, Лиа, я вот врач со стажем, многовековым, но ваш вид по-прежнему ставит меня в тупик.

— Но я не хочу быть тупиком! — в сердцах вскричала вдруг я, даже вскочив на ноги.

Сама не понимаю, что на меня нашло, и почему так бурно отреагировала на эти простые слова. Наверное, просто была не готова осознать всю обреченность моего положения. У меня больше не было сил, скрывать от самой себя горькую и жестокую правду.

Я опустилась назад на диван и уронила голову на руки.

Не припомню, чтобы я когда-нибудь раньше испытывала такое отчаяние. Казалось, что меня сейчас разорвет на части от нарастающей изнутри боли.

Если уж Карлайл с его то опытом не знает, что со мной, то как я сама в этом смогу разобраться!?

Никак!

В этот момент я почувствовала твердые руки, которые дружески приобняли меня за плечи.

— Лиа, я сказал, что многого не знаю о вас, но, помнится, не говорил, что не хочу знать.

Эти слова заставили поднять на него глаза.

Убрав с лица растрепавшиеся волосы, я уставилась на доктора.

— В смысле?

— Лиа, я же почти не знаю оборотней. То, что волей случая мы теперь стали друзьями, не дает мне право, лезть в вашу личную жизнь. А уж тем более использовать в качестве подопытных. — спокойно объяснил Карлайл.

Я кивнула, понимая, что он прав.

— А если я готова стать той самой подопытной? — напрямую спросила я.

В тот момент, когда я увидела такой слабый, но все же ощутимый проблеск надежды, мне было уже все равно, кем становиться. Хоть комнатной собачкой, как однажды пошутил Джейкоб, да, сейчас я была готова на все, только бы понять, что происходит с моим волчьим организмом.

— Не уверен, что правильно тебя сейчас понимаю…

На это раз настала его очередь удивляться. Было очевидно, что теперь мне удалось завладеть его вниманием целиком и полностью, в Карлайле проснулся ученый.

— Я готова проделать все возможные тесты и опты, если это поможет нам понять, что происходит, кем я становлюсь.

Пришлось замолчать и перевести дыхание.

Доктор Каллен тоже молчал.

Потом его губы сложились в улыбку.

— Слишком заманчивое предложение, чтобы от него отказываться. — засмеялся он.

У меня словно камень с души свалился.

— Так вы согласны? — все еще не веря своим ушам, осторожно переспросила я.