Одинокая Волчица

Она всегда была очень странной. Агрессивной и самонадеянной дикаркой, именно такой сделал ее Наш отец. А  значит, похищение ребенка вполне могло быть ее идеей. Вот только понять бы для чего?

— Вольтури? Нет, не думаю, что Аро об этом знал. Я знаком с ними очень много лет, слишком много, чтобы научиться их понимать, но, наверное, недостаточно, чтобы согласиться с выбранным ими образом жизни. Нет, он не знал, и сегодняшний звонок был сильным ударом по его самолюбию. Вольтури всегда и обо всем знают. А тут они упустили трех полувампиров, от которых теперь под угрозой все наше существование.

— Они не оставят их в живых, если найдут, да?

Чувствуя противный холодок в животе, мне пришлось сделать несколько глубоких вдохов.

Я и сам понимал, что нельзя так просто и безнаказанно нарушить правила.

Такое не прощается, и уж тем более открытое неповиновение, ставящее под удар всех, кто отличался от обычных людей.

— Ты и сам все понял. Аро потому и оставил тут Джейн, чтобы мы не смогли укрыть  твоих сестер. — Карлайл покачал головой.

— Не думаю, что теперь у кого-то возникнет подобное желание. Даже я  готов придушить Шилу собственными руками. — как ни старался, я не смог сдержать злость.

— Не стоит, Науэль, единственное, что нас сейчас должно волновать, это найти Ренесми живой и здоровой.   У тебя нет предположений, для чего ей понадобилась девочка?

— Я и сам бы очень хотел это знать! А еще, чем ей помешала Лиа?! Она ведь чуть не убила ни в чем не повинного человека.

Почувствовав холодную руку на своем плече, я заставил себя успокоиться.

Хотя это оказалось не так просто сделать. Кипевшая во мне злость так и выплескивалась наружу.

— Наверное, у нее были свои причины. За Ли не волнуйся, скоро все забудется и она будет в полном порядке. Оборотня не так просто убить.

Слушая Карлайла, я вдруг понял, что еще не поблагодарил его за спасение человека,  ставшего для меня таким важным и значимым.

— Доктор Каллен, спасибо вам! Не могу даже предположить, что бы я делал, если бы вы не подоспели во время…

Было странно наблюдать смущение этого умудренного веками вампира. Наверное, мне показалось, и  то была просто скромность.

— Науэль, ты сделал намного больше, чтобы спасти ее.

Мне пришлось обернуться, чтобы посмотреть в золотистые глаза собеседника. Сказать, что я понял, о чем идет речь, значило ничего не сказать.

— Я?

— Эдвард сказал, что ты воспринимаешь ее кровь, совсем как мы человеческую… — охотно пояснил он.

— Ах, так вы об этом…  

Как только речь зашла о жажде, она тут же напомнила о себе. В горле зажегся огонь. Пришлось несколько раз сглотнуть, чтобы голос вернулся.

— Знаю, как это ужасно… От мысли причинить ей боль меня выворачивает наизнанку. — я говорил чистую правду, и не известно, что было сильнее стыд за свою сущность или за те мысли, которые  мелькали в голове при запахе ее крови.

— Я говорю не о мыслях, а о твоем контроле. — Карлайл заговорил с большим энтузиазмом. — Вы меня поражаете, сначала Эдвард, вот теперь ты. Это подтверждает, что нам не обязательно быть опасными, мы вполне можем жить среди людей, не боясь причинить им вред.

Я не смог сдержать смешок. Покачав головой, пришлось объяснить.

— Доктор Каллен, да вы всем нам дадите такую фору! Вы же каждый день имеете дело с кровью, и прекрасно справляетесь с жаждой. 

— И ты полагаешь, у меня не было подобных мыслей? Ошибаешься, дело во времени, чем больше проходит лет, тем спокойнее воспринимаешь свою сущность. Вы еще очень молоды.

— Да, наверное.

— Иди к ней, я думаю, сейчас ты нужен девушке.

Мысль сама по себе показалась даже смешной.

Не уверен, что этой девушке нужен кто бы то ни был для утешения, и уж тем более я, который  в самую последнюю очередь подходил на эту роль. Можно сказать, моими стараниями  она сейчас едва жива.

— Да, я поднимусь к Ли.

— Правильно.

Пришлось собрать всю волю в кулак, чтобы заставить себя двигаться.

Словно во сне я добрел до двери комнаты Эдварда. Постучать не успел — Эсми сама возникла передо мной, приглашая войти.  

— Науэль, если ей что-то понадобится, сразу зови, я буду внизу. Постараюсь что-нибудь приготовить для вас.

Женщина проворно упорхнула, оставив меня в оцепенении.

Заходить было страшно, видеть ее мучительно больно. Не видеть, еще хуже.

— Ты так и собираешься караулить дверной проем?

Голос Лиа звучал приглушенно, но не надрывно.

Как всегда в своем репертуаре.

Я шагнул внутрь, прикрыв дверь. 

Она определенно меня ждала, хотя  было бы проще увидеть ее мирно спящей. Но ничего не поделаешь, значит, придется поговорить. 

Кровать в маленькой комнате была просто огромной и занимала почти все пространство. От чего девушка, лежавшая с краю, казалась особенно хрупкой и бледной.

— Выгляжу ужасно, можешь не врать. — хмыкнула она, видя, что я старательно ищу слова, чтобы начать разговор.

Я улыбнулся. 

Ну и как с ней разговаривать?

— Ты жива, и это самое главное.

— Вот тут ты прав.