Основатели

Она снова тронула поводья, и Салазар, подавшись вперед, накрыл ее руку своею. Улыбка исчезла с женских губ.

— Вы слишком многое себе позволяете, — тонко очерченные темные брови нахмурились.

Слизерин убрал руку. Он уже узнал все, что хотел.

— Не думаю, моя прекрасная леди. Вы верхом — а я пеший. К тому же у Вас имеется чудесный защитник, — юноша кивнул на хищную птицу. Хотя маленькую головку и покрывал колпачок, пернатый охотник переступал лапками по перчатке, готовый в любой момент раскинуть крылья. — Надеюсь, мы с Вами увидимся еще как-нибудь — и тогда Вы будете настроены более дружелюбно.

Он отступил на шаг назад и слегка поклонился — ровно настолько, чтобы высказать уважение даме. Всадница на мгновение застыла, внимательно всматриваясь в лицо Салазара, однако, так ничего на нем и не прочитав, пришпорила коня.

Проводив ее взглядом, Слизерин, забрав книгу и плащ, направился к замку лорда Бедвира.

— Ты хотел о чем-то поговорить со мною?

Салазар вздрогнул. И во время обеда, и после он размышлял о встреченной сегодня леди. Корнуолец уже понял, что ошибся в первоначальной оценке ее возраста: строгое достоинство добавило красоте несколько лет. Однако улыбка, голос, нежная кожа на руке — все это принадлежало юной девушке. Наверняка, она ровесница Салазара, возможно, даже моложе.

Там, на поляне, Слизерин не стал добиваться, чтобы незнакомка назвала свое имя — было много способов узнать его и без риска вызвать недовольство с ее стороны. Один из самых быстрых и простых сидел в этой самой комнате и разговаривал с юношей.

— Ну так как? — снова задала свой вопрос Ковентина.

Молодая женщина сидела перед натянутым на раме холстом и внимательно следила за зачарованной иглой. Когда работа будет закончена, вышитый рисунок начнет двигаться, складываясь в различные картинки. Из-под рук супруги лорда Бедвира выходили чудесные магические гобелены, известные многим волшебным семьям Англии. Она знала это, гордилась своей работой и потому очень тщательно относилась к ней. Однако все это не помешало ей принять своего юного кузена, когда тот попросил о разговоре.

— Да… — медленно произнес Салазар. — Мне хотелось поговорить с тобой… кое о ком.

Черная бровь Ковентины чуть приподнялась, давая понять, что женщина слегка удивлена. Но Салазар, вместе с ней следящий за мелькающей иглой, продолжал говорить неторопливо, настраиваясь на течение мыслей своей кузины.

— Я сегодня в лесу встретил девушку… — пренебрежительная гримаска на худощавом лице Ковентины, и через четко выверенную паузу юноша добавил: — Леди. Леди, с удивительно красивым… соколом.

— А! — после этого последнего слова хозяйка замка, на чьем лице при слове «леди» мелькнуло удивление, а при слове«красивый» — ироничная усмешка, плотно поджала губы. — Ровена Рейвенкло. Можешь забыть о ней.

— Рейвенкло? — Салазар нахмурился. — Я… не припоминаю такого имени.

— И вряд ли вспомнишь, — в голосе Ковентины отчетливо слышалось неудовольствие. — Мать-то ее из приличного семейства была… Да только одна она осталась. Отец, братья — все полегли в междоусобных сражениях. А женщине одной держать замок, сам понимаешь, несподручно было. На местных лордов она зуб имела, и в результате ничего не придумала, как выйти замуж за одного из этих новых баронов, которым король Эдуард раздавал земли в Нортумбрии. Они и тогда-то себя вели заносчиво, а когда пришел к власти Вильгельм, и вовсе нос кверху задрали.

— Так ее отец — норманн? — Салазар тоже поджал губы, невольно вспомнив ярко-зеленые глаза. Действительно, вряд ли такие могли встретиться у чистокровной кельтской девушки.

— Более того, — кивнула его кузина. — Ее отец при Вильгельме поднялся еще выше, чем при Эдуарде. Один из первых людей при новом дворе. Однако высшие силы не простили его жене такого поступка, — в голосе Ковентины зазвучало удовлетворение. — Не обделили они норманнскую дочку ни красотой, ни умом. Только волшебства не дали.

— Она еще и сквиб?!

Ковентина кивнула, аккуратно подправляя ход иглы.

— Да, потому и живет здесь. Семья-то ее в Лондоне. Говорят, отец хотел выдать ее за кого-то из нормандских магглов, но здесь мать вмешалась: хоть и через сквиба, но родниться с магглами… Этого ее гордость потерпеть не могла. Вот и выслали ее сюда, чтобы не позорила семью.

Хозяйка замка отвлеклась вдруг от своей работы и подняла взгляд на юного кузена.

— Салазар, — строго сказала она. — Я вполне понимаю, что твоему возрасту свойствены увлечения определенного рода, однако Ровена не та девушка, которая подойдет для этих целей. Если твои устремления благородны, то сразу должна предупредить: твоя семья никогда не примет такую, как она. Если же… — молодая женщина слегка замялась, однако все-таки решила продолжить: — Если же нет, то уже ее семья не простит подобного. Разумеется, она красива, но красавиц достаточно и без нее. Ты понял меня?

Она взмахнула рукой и нечаянно столкнула корзинку с разноцветными нитями. На пол упало несколько мотков.