В 1966 году у охотников появилась новая сфера приложения своего искусства — я имею в виду настоящих охотников, которые относятся к этому занятию в духе истинного спорта. К новому виду не придерется и лига по борьбе с убийствами животных, ибо он оставляет далеко позади «тихую охоту» с фотокамерой и пассивное наблюдение за птицами. Что еще более важно, новый спорт начинает пользоваться популярностью во всем мире, хотя самые благоприятные возможности для занятия им открываются в лесах на севере нашей страны. А размеры добычи превосходят все известные на сей день охотничьи трофеи.
Озеро Оканаган протянулось на 80 миль, оно очень глубокое, для рыбаков и любителей быстроходных моторных лодок Оканаган — настоящая Мекка. Однако сейчас там прекращено всяческое строительство и иная индустриальная деятельность, и никто больше не тревожит этих водяных чудищ, они живут сейчас так же спокойно, как и дельфины в южных портах или олени в лесах близ суперхайуэев (скоростных шоссе).
Такая же ситуация сейчас сложилась и на нескольких других озерах этого, района, хотя близ таких озер, как Сашуэп и Коуичан—родине Та-Зам-а и Тсинкуау, — люди пока вообще не очень бесчинствовали. Однако на озерах Уотертон и Флэтхэд в Монтане человек поработал «в славу. Именно отсюда пришло больше всего сообщений о чудовищах. Обитателей первого озёра ласково называют Угл-Буглз, и не спрашивайте меня или местных жителей почему! А на втором озере — в национальном парке Уотертон Лейке—уже много лет дежурят бдительные лодочники. Пресноводные чудовища представляют собой интерес еще и потому, что, судя по сообщениям, есть довольно значительное число свидетельств о существовании новорожденных особей, — нечто подобное сообщалось только один раз, с озера Лох-Несс, в 1937 году. Сообщения об Угл-Буглз, льющиеся, словно дождь, уже не первое десятилетие, говорят о чудовищах самых разных размеров, от длины в 60 футов до четырех-пяти футов; также существенно отличается и внешний облик разных чудовищ, хотя совершенно ясно, что речь идет об одном и том же виде. Для того чтобы оценить все значение этих изменений размеров и внешнего вида, потребовалось бы учредить специальный биологический курс, я прошу вас лишь об одном: примите на веру тот факт, что эти чудовища не только не противоречат нашим знаниям о некоторых других, хорошо известных животных, но, более того, они очень похожи на особей прекрасно изученных видов.»
Однако даже опытным «охотникам за чудовищами» с высшим биологическим образованием довольно мучительно осознавать, что все большее число отличии (чудовищ и известных животных) регистрируется только среди беспозвоночных—не у млекопитающих или позвоночных, а именно среди беспозвоночных животных. Здесь мы вторгаемся в область британского зоолога Ф. У. Холидея, который на протяжении многих лет утверждает, что ирландские и шотландские пресноводные длинношеие представляют собой«гигантские ормы» или«червей» из древних кельтских легенд и фольклора.
Исходя из этого, обратите внимание на сообщение А. Г. Баалима, заметного бизнесмена из Летбриджа, Монтана, который несколько лет занимался строительством летнего коттеджа на озере Уотертон — он наблюдал за существом, длину которого оценил в 35—40 футов; это животное волнообразным образом передвигалось по поверхности озера, а на голове у него было два рога или щупальца. Затем капитан прогулочного судна Слим Юдал и чуть позже капитан другого судна, Рон Бойс, сообщили, что видели животных «диаметром четыре дюйма с тремя равномерно расположенными зубцами длиной примерно восемь дюймов, выступавшими из спины этих существ». Нет необходимости говорить, что к этому сообщению прилагался (обычный) идиотский комментарий, а именно: «Надо полагать, что это—угорь или другое морское (внимание!) животное, поднявшееся в озеро Уотертон через речную систему Саскачеван из залива Гудзон». (Хотел бы я. посмотреть на угря диаметром четыре дюйма и с восьмидюймовым «зубцом» на спине; да и путешествие из залива Гудзон в озеро Уотертон — это кое-что!).