Рассказывают, что однажды падишах без слуг и без свиты вышел из городских ворот. И повстречался ему Али Мухаммед — человек, известный своим весёлым и дерзким нравом.
0 мин, 50 сек 15247
Повелитель остановил Али Мухаммеда и обратился к нему с таким вопросом:
— Скажи мне, жестокий ли падишах в вашей стране?
Али Мухаммед ответил:
— Жестокий — это не то слово. Зверь!
Тогда падишах спросил:
— А ты меня не узнаёшь?
— Откуда я могу тебя знать, чужестранец?
Падишах нахмурился:
— Так знай же, ничтожный: ты говоришь со своим падишахом. И ты оскорбил его.
— Ну вот видишь! — беззаботно откликнулся Али Мухаммед.
— Значит, недаром все говорят, что я сумасшедший: никого не узнаю, даже моего повелителя, который хоть и жесток, но ведь не настолько, чтобы казнить безумного.
Падишах мрачно усмехнулся:
— Правдивы и разумны твои речи. Воистину они слишком правдивы, чересчур разумны — просто нельзя поверить, что ты сумасшедший. Ты прикидываешься! И казнить тебя за эту ложь будет вовсе не жестоко, а лишь справедливо!
Но Али Мухаммед и тут нашёлся:
— О повелитель, я не смею спорить с тобой, однако ты сам с собою споришь: сперва признал, что я сказал правду, а потом не поверил, что я сумасшедший. Но разве кто-нибудь, кроме сумасшедшего, станет говорить правду повелителю?
— Скажи мне, жестокий ли падишах в вашей стране?
Али Мухаммед ответил:
— Жестокий — это не то слово. Зверь!
Тогда падишах спросил:
— А ты меня не узнаёшь?
— Откуда я могу тебя знать, чужестранец?
Падишах нахмурился:
— Так знай же, ничтожный: ты говоришь со своим падишахом. И ты оскорбил его.
— Ну вот видишь! — беззаботно откликнулся Али Мухаммед.
— Значит, недаром все говорят, что я сумасшедший: никого не узнаю, даже моего повелителя, который хоть и жесток, но ведь не настолько, чтобы казнить безумного.
Падишах мрачно усмехнулся:
— Правдивы и разумны твои речи. Воистину они слишком правдивы, чересчур разумны — просто нельзя поверить, что ты сумасшедший. Ты прикидываешься! И казнить тебя за эту ложь будет вовсе не жестоко, а лишь справедливо!
Но Али Мухаммед и тут нашёлся:
— О повелитель, я не смею спорить с тобой, однако ты сам с собою споришь: сперва признал, что я сказал правду, а потом не поверил, что я сумасшедший. Но разве кто-нибудь, кроме сумасшедшего, станет говорить правду повелителю?
История дочитана
Какой след эта история оставила у тебя?
Реакция сохранена в этом браузере. Войдите, чтобы не потерять реакции, ночные метки и трофеи
