Паразит

В общем в цивилизованных странах — зомби ликвидировались быстро и безжалостно, без шансов прожить достаточно для заметной эволюции. Максимум до чего мы распускали своих зомби — это до состояния «бегунов». «Бегунами» назывались… Да нет, это уже были не совсем зомби. Это уже были самостоятельные живые существа. Во всяком случае, судя по лабораторным образцам, все обменные процессы в них шли и вполне себе активно. Бегуны все еще оставались людьми… Таксономически, во всяком случае… Но мертвыми они не были точно. Скорее уж напротив — редкими живчиками и спортсменами. Здоровый«бегун» — запросто развивал 25 километров в час и держал эту скорость пару часов. Сила превосходила среднего взрослого человека в несколько раз. Сам«бегун» сильно«высыхал», становясь жилистым и пожджарым. При всем этом — он сохранял живучесть зомби, т. е. выстрелы в некритические органы просто не замечал, а от критических ранений впадал в состояние летаргии, завершавшееся ускоренным заживлением полученных ран за счет увеличенной секреции гиппократовых желез. Трофических язв на теле «бегуна» уже не встречалось. Напротив — тело было покрыто новой кожей, смахивающей на хитиновую чешую. При этом, в основном, строение тела оставалось человеческим. К счастью, бегуны попадались редко. Это нужно было совсем уж махрово упустить зомби, что, в условиях, когда они сами ломились на запах человека — было сделать не так уж и легко. Как правило«бегунов» останавливали с помощью техники.«Бегун» мог обогнать взрослого человека, но с джипом или БТР конкурировать ему не приходилось.

В рамках наших исследований — наметилась новая гипотеза пришедшая совместно доктору Чо и Жаку. Мы с Макманусом полетели с Жаком за компанию.

Суть гипотезы состояла в том, что если в наших странах найти хорошо эволюционирующего зомби сложно, в силу быстрого их истребления мобильными группами — в Индии можно попытаться найти самую продвинутую версию: в условиях вечных джунглей, минимальной транспортной связности и дикости местного населения — существовал шанс что некоторые зомби успеют проесть себе дорогу до джекпота некроэволюции. Надо признать — мы не ошиблись. Мы просто недоценили количество и склонность индусов к недооценке ситуации.

В Мумбаи мы прибыли ночным рейсом. Точнее — рейсами. Чо прилетел за пару часов до нас и коротал время в зале ожидания. В аэропорту было невероятно пустынно — в силу бедственного положения с эпидемией в Индии желающих приобщится к новой аюрведической кухне в качестве закуски — не было. В итоге даже мы прибыли не на пассажирских а на специальных бортах. Мы с командой на приданной нашей службе незадолго до эпидемии аэромобильной лаборатории собранной на базе новенького «Руслана», а Чо на правительственном «бизнесджете». Признаюсь — мы даже немножко ему позавидовали. Впрочем — быстро успокоились — зато площадка для исследований у нас в любом случае была своя.

В аэропорту нас уже встречал чудовищно бородатый тип в хаки, с нахмуренными лохматыми бровями и, кажется даже, подведенными глазами. Голову этого царя природы — венчала невероятных размеров белая чалма а на поясе висела конских размеров сабля, богато изукрашенная изумрудами. За ним стояло шестеро бородачей чуть менее колоритных. Сидящий чуть в стороне Чо заметил нашу делегацию на выходе из гейта несколько раньше главного бородача, подмигнул и мерзко захихикал.

Причину хихиканья я понял десятью секундами позже: При виде нас, бородач выпучил глаза, как-то резко вдруг надулся выхватил из за плеча старенькую но вылизанную как кошачьи тестикулы винтовку, схватил ее за приклад, удерживая вертикально, после чего заорав что-то нечленораздельно — ринулся к нам с грацией сошедшего с ума локомотива. Что самое дикое — рванулся он выполняя какую-то особо извращенную форму строевого шага, заключавшуюся в ритмичном взмахе одной, левой ногой, в некоем подобии движения из канкана… В общем, боюсь, что в мемуарах передать это крайне тяжело. Достаточно лишь добавить что все шестеро его коллег — повторили движения шефа, разве что глаза так не пуча.

Я, как глава делегации, был вынужден наступить самому себе пяткой на носок, и садануть что было сил локтем Марка. Тот издал хрюкающе-булькающий звук, но непочтительное ржание таки проглотил. Жак же как и положено мультикультурному европейцу — даже носом не повел. Стажерка Жака, юная прелестница Марина (избранная им, полагаю, в большей степени за выдающиеся человеческие достоинства, нежели профессиональные качества) все же не сдержалась и поддалась моменту, но тут уже сам генерал Раджеш Сринваса проявил такт и не стал реагировать на глупую женщину.