Летний зной вплывал в распахнутое окно вместе с утробным рычанием автомобильного двигателя, стальным поскрипыванием качелей и визгом малышни. Уставшей от жары Софи казалось — во дворе неведомое чудовище охотится за беспечной детворой, лязгая металлическими зубами. Вот едва слышный шорох песка под когтистой лапой, зловоние тяжелого горячего дыхания, обманчивая неподвижность затаившегося в засаде хищника… Мгновение душной, тягучей, сосредоточенной тишины — и прыжок! Рев, хруст и отчаянный, безумный крик… Софи бросило в пот, под мышками взмокло, только что тщательно уложенная челка прилипла ко лбу. Девушка метнулась к окну.
20 мин, 55 сек 11883
Куда она бежит? Софи уже было все равно, разум окончательно отключился. Скорее, скорее, подальше от этого мертвого двора, от этого коварного тумана… Она не узнавала мест, где ходила каждый день. Ни дорожки, ни деревья, ни детские площадки не выглядели как прежде. Все разъел дождь, искорежил, вывернул, сдвинул, оплавил. Несколько раз на кустах или между припаркованных машин попадались развесистые колонии плесени — приходилось огибать их или выбирать другую дорогу. И каждый раз казалось, что алый пионерский галстук Зои мелькает во мгле совсем рядом, и что она удалилась от проклятого хоровода не более чем на пару шагов.
Софи все-таки выскочила на улицу — такую же безжизненную, заполненную дымным туманом, как двор. Перебежав площадь в последнем отчаянном усилии, она в растерянности остановилась перед фасадом большого бетонного здания с разбитыми стеклянными дверями, из-за которых доносилось отчетливое журчание.
И больше ничего вокруг, кроме ее собственного срывающегося дыхания. Никого. Деваться некуда.
— Пойдем, — сказала Зоя, появляясь из-за спины и деловито придерживая голову, как папку с портфолио.
— Могла так не торопиться. Нам сюда и надо.
Она стала подниматься по ступеням, уверенная, что Софи последует за ней. Но та стояла на месте, не отрывая загнанного взгляда от рыжих локонов и пионерской формы. Это же старый, еще советской постройки, не работающий бассейн, вспомнила она.
— Ну же, смелей! — Зоя обернулась на пороге, внимательно посмотрела на девушку своими глазами ящерицы.
— Неужели тебе его жаль? — она с некоторым недоверием кивнула на голову.
— Этот упырь слопал не одну сладенькую девчонку, которая не могла похвастаться ничем кроме юного тела и страстной мечты. Сказала бы, что тебе повезло, но нет — не из того теста сделана, тобой не закусишь между утренней рюмкой водки и вечерним бокалом виски. Может, жаль гадких детишек? Зря. Из них выросли бы такие же упыри, уже сейчас видно. Или ты не хотела, чтобы соседи исчезли раз и навсегда? Не хотела, чтобы прекратилась жара? Не верю, Софи, не верю. Все это — твои собственные желания, не более. Ты хищница, и хорошо умеешь пользоваться своей природой.
— Нет! Я этого не хотела!
— Пускай, не совсем. Не важно, — Зоя улыбнулась и вдруг подмигнула.
— Получила больше, только и всего. Ты заслужила шанс подняться на новый уровень.
— Кто ты? Зачем все это сделала?
Но Зоя уже скрылась в полумраке вестибюля, и Софи невольно двинулась за ней. Паника немного улеглась, вернулась некоторая способность соображать. Софи поняла, что без ответов девушки-ящерицы ей все равно не выбраться из водяного кошмара.
Здание бассейна давно стояло закрытым, и сейчас намокшая пыль лежала на полу толстым слоем. В грязи отпечатались босые ноги Софи, но следов вошедшей раньше Зои не было видно. Журчание воды стало громче, оно заглушало звуки шагов.
— А я сразу почувствовала в тебе родную кровь, — Зоя вновь вынырнула словно из ниоткуда, подошла почти вплотную, немигающее глядя на нее, как смотрела недавно в глаза оторванной головы Вадика. Протянула руку и коснулась обнаженной груди, провела по животу вниз, будто скользкой, холодной лягушачьей лапой.
— Ты наша.
— Ваша? — Софи отступила, содрогнувшись.
— Ты правильно догадалась. Тогда, в ресторане. Не помнишь? В разговоре с упырем.
«Где ты нашел эту кикимору?» — вспомнила Софи.
— Да, — ответила Зоя ее мыслям.
— Господи… — Не то. Забудь об этой присказке.
Зоя скрылась в едва видном дверном проеме, там, где наливался старый бассейн. Софи пошла следом как привязанная.
Нет, она не хищница! Ей случалось переступать через других — но, ради бога, так все делают, что тут особенного!
Неужели она такая же, как Зоя? Когда из девушки Сони, что всего лишь хотела добиться успеха в жизни, она стала холодной хищницей Софи? Когда превратилась в… Кикимору?
Нет!
В огромные заплесневелые окна просачивались рассеянные лучи, а прибывающая вода казалась темным, густым болотом, наполненным мусором и гнилью. Выщербленная мозаика на стене изображала монументального телосложения людей в купальниках, бодро перебрасывающихся здоровенным мячом. Неоновые лампочки мигали, посылали во все стороны пульсирующий рентгеновский свет, выхватывая из мрака предметы и углубляя тени. Софи провела дрожащими пальцами по растресканной штукатурке, нащупала связку хлипких проводов и пошла вдоль линии.
В голове возник образ Зои, что со страхом спряталась от зажженной сигареты. А сегодняшний пепел? Вадик не был глупцом, и дрался за свою жизнь. Знать бы еще, как… А кикимора появилась во дворе только тогда, когда водяная морось съела тлеющие искры.
Зоя залезла на обложенную плиткой стартовую тумбу и бросила голову в пенящуюся у самого бортика струю. Та мгновенно исчезла в водовороте.
— Идем со мной.
— Она протянула руку.
— Давай! Ты ведь такая же, как я. Не хватает самой малости — настоящей воды. Почувствуй, кто ты есть. Наш мир ждет.
Софи молчала. Она уже перешагнула тот рубеж страха, когда можно пытаться спастись. Поднялась на тумбу, коснулась ледяной ладони.
Софи все-таки выскочила на улицу — такую же безжизненную, заполненную дымным туманом, как двор. Перебежав площадь в последнем отчаянном усилии, она в растерянности остановилась перед фасадом большого бетонного здания с разбитыми стеклянными дверями, из-за которых доносилось отчетливое журчание.
И больше ничего вокруг, кроме ее собственного срывающегося дыхания. Никого. Деваться некуда.
— Пойдем, — сказала Зоя, появляясь из-за спины и деловито придерживая голову, как папку с портфолио.
— Могла так не торопиться. Нам сюда и надо.
Она стала подниматься по ступеням, уверенная, что Софи последует за ней. Но та стояла на месте, не отрывая загнанного взгляда от рыжих локонов и пионерской формы. Это же старый, еще советской постройки, не работающий бассейн, вспомнила она.
— Ну же, смелей! — Зоя обернулась на пороге, внимательно посмотрела на девушку своими глазами ящерицы.
— Неужели тебе его жаль? — она с некоторым недоверием кивнула на голову.
— Этот упырь слопал не одну сладенькую девчонку, которая не могла похвастаться ничем кроме юного тела и страстной мечты. Сказала бы, что тебе повезло, но нет — не из того теста сделана, тобой не закусишь между утренней рюмкой водки и вечерним бокалом виски. Может, жаль гадких детишек? Зря. Из них выросли бы такие же упыри, уже сейчас видно. Или ты не хотела, чтобы соседи исчезли раз и навсегда? Не хотела, чтобы прекратилась жара? Не верю, Софи, не верю. Все это — твои собственные желания, не более. Ты хищница, и хорошо умеешь пользоваться своей природой.
— Нет! Я этого не хотела!
— Пускай, не совсем. Не важно, — Зоя улыбнулась и вдруг подмигнула.
— Получила больше, только и всего. Ты заслужила шанс подняться на новый уровень.
— Кто ты? Зачем все это сделала?
Но Зоя уже скрылась в полумраке вестибюля, и Софи невольно двинулась за ней. Паника немного улеглась, вернулась некоторая способность соображать. Софи поняла, что без ответов девушки-ящерицы ей все равно не выбраться из водяного кошмара.
Здание бассейна давно стояло закрытым, и сейчас намокшая пыль лежала на полу толстым слоем. В грязи отпечатались босые ноги Софи, но следов вошедшей раньше Зои не было видно. Журчание воды стало громче, оно заглушало звуки шагов.
— А я сразу почувствовала в тебе родную кровь, — Зоя вновь вынырнула словно из ниоткуда, подошла почти вплотную, немигающее глядя на нее, как смотрела недавно в глаза оторванной головы Вадика. Протянула руку и коснулась обнаженной груди, провела по животу вниз, будто скользкой, холодной лягушачьей лапой.
— Ты наша.
— Ваша? — Софи отступила, содрогнувшись.
— Ты правильно догадалась. Тогда, в ресторане. Не помнишь? В разговоре с упырем.
«Где ты нашел эту кикимору?» — вспомнила Софи.
— Да, — ответила Зоя ее мыслям.
— Господи… — Не то. Забудь об этой присказке.
Зоя скрылась в едва видном дверном проеме, там, где наливался старый бассейн. Софи пошла следом как привязанная.
Нет, она не хищница! Ей случалось переступать через других — но, ради бога, так все делают, что тут особенного!
Неужели она такая же, как Зоя? Когда из девушки Сони, что всего лишь хотела добиться успеха в жизни, она стала холодной хищницей Софи? Когда превратилась в… Кикимору?
Нет!
В огромные заплесневелые окна просачивались рассеянные лучи, а прибывающая вода казалась темным, густым болотом, наполненным мусором и гнилью. Выщербленная мозаика на стене изображала монументального телосложения людей в купальниках, бодро перебрасывающихся здоровенным мячом. Неоновые лампочки мигали, посылали во все стороны пульсирующий рентгеновский свет, выхватывая из мрака предметы и углубляя тени. Софи провела дрожащими пальцами по растресканной штукатурке, нащупала связку хлипких проводов и пошла вдоль линии.
В голове возник образ Зои, что со страхом спряталась от зажженной сигареты. А сегодняшний пепел? Вадик не был глупцом, и дрался за свою жизнь. Знать бы еще, как… А кикимора появилась во дворе только тогда, когда водяная морось съела тлеющие искры.
Зоя залезла на обложенную плиткой стартовую тумбу и бросила голову в пенящуюся у самого бортика струю. Та мгновенно исчезла в водовороте.
— Идем со мной.
— Она протянула руку.
— Давай! Ты ведь такая же, как я. Не хватает самой малости — настоящей воды. Почувствуй, кто ты есть. Наш мир ждет.
Софи молчала. Она уже перешагнула тот рубеж страха, когда можно пытаться спастись. Поднялась на тумбу, коснулась ледяной ладони.
Страница 6 из 7
