Первородная кровь

— Тогда мне ничего другого не остается… — прошептала я, сглотнув от внезапно нахлынувшего страха. За саму себя.

— Я разрешаю тебе выпить первородной крови.

Его глаза недоверчиво сверкнули.

— Разрешаешь?

— Да, черт тебя дери! — я расправила воротник, оголяя шею.

— Я не хочу, чтоб ты расплавился на солнце и не хочу, чтоб потом тебя убил создатель! Так что да, ты не ослышался, Алекс: я разрешаю выпить тебе первородную кровь! Тогда ты по крайней мере доберешься до усыпальницы или гроба. Или что там у тебя. Тебе нужно повторять дважды?

Нет. Повторять не пришлось. Алекс по-хозяйски притянул меня к себе.

— Тебе будет больно, — вот все, что он сказал перед тем, как его клыки впились в мою кожу.

Если бы мне рассказали эту историю несколько месяцев назад, я бы презрительно фыркнула, поразившись глупости главной героини и слезливо-мыльному финалу. Сказка из книжки для девочек-подростков.

Но моя сказка отличалась от других. Алекс не стал отказываться и щадить меня: он пил мою кровь так, словно я перестала быть для него живым человеком. Он насыщался ею, снова и снова припадая к моей артерии, осушая этот источник безграничной власти. Ни осторожности, ни трепета не было в его манере пить кровь: он набросился на меня, будто умирал от жажды.

Голова у меня закружилась, перед глазами заплясали картинки, и я ощутила, как налились свинцом мои конечности. Я хотела вырваться, но сил уже не хватало. Даже на то, чтоб оттолкнуть его.

«Наверное, теперь я умру», — пришла в голову потрясающе простая мысль, с которой я почему-то быстро смирилась. Я теряла жизнетворные капли, и мне хотелось скорее уснуть.

И внезапно в голову пришла ясность. Первородная кровь не только отдала Алексу власть надо мной, но и раскрыла мне его самые потайные мысли. Картинки замелькали в голове, как воспоминания. Скорее, так оно и было, только принадлежали они не мне.

Меня охватил ужас.

— Отпусти меня! — слабые попытки не увенчались успехом. Теперь я была безвольной куклой в его руках.

— Будь ты проклят, мерзавец! Ненавижу! Ненавижу!

Наконец, он оторвался от моей шеи. Посмотрел на меня и восхитительно улыбнулся. Краем мысли я подумала, что его лицо стало прежним: без единого изъяна, мраморным, идеальным. Синие глаза теперь горели ярче обычного, наполнились ещё большей пустотой, и, кажется, прекрасно видели все, что происходит.

— Выходит, кровь обнажила тебе все мои секреты, — прошептал он.

— Бедная Мирра… — Ты все это спланировал, — сил хватало только на то, чтоб говорить. Рассердиться я уже не могла. Только отчаялась.

— Разумеется. Когда ты призналась мне в своих чувствах, я понял, что только страх за мою жизнь вынудит тебя отдать первородную кровь. Я знал, что ты станешь искать меня. Знал, что за тобой придет Гротен. Знал, что мне хватит сил убить его, но перед тобой я должен был предстать слабым… Даже информацию об этом месте я помог найти Антону. Единственное, чего я не предвидел, так это рассвета. Схватка с Гротеном немного затянулась. Это был риск, но он того стоил. И теперь первородная кровь моя. Как и должно было быть с самого начала.

— Зачем? — спросила я в отчаянии.

— Зачем ты причинил столько боли? Ты мне отвратителен… Играл, обманывал, хитрил… как ты мог?! Я ведь думала, ты действительно умираешь… Он только вздохнул молча.

— Теперь ты убьешь меня? — я задала этот вопрос без тени сомнения. Алекс перехитрил меня, так с чего бы ему меня не убить?

Он раздумывал чуть меньше минуты. Потом улыбнулся.

— Я обещал тебе этого не делать, Мирра. И я сдержу обещание.

— Но солнце… Оно все равно убьет тебя. О, я надеюсь, что оно убьет тебя!

— Ошибаешься. Теперь у меня достаточно сил, чтоб не бояться его долгое время. Но тебя это не должно больше волновать. Прощай, Мирра. Возвращайся к своей прежней жизни. Она тебе нужнее, чем я.

Он сделал какое-то невидимое движение рукой — и я уснула.

Когда же снова открыла глаза, то находилась уже дома. Лежала на кровати.

Вокруг никого не было. Стояла тишина. И только письмо Маркуса на подушке, оставленное рукой обманувшего меня вампира, напоминало о том, что все случившееся не было сном.

Алекс навсегда исчез из моей жизни.

Глава двадцатая Спустя три недели я собирала свои вещи, чтоб переехать в другую квартиру. Катя с новым парнем, который «бережно поправлял подушки её бабушке», решили жить вместе, а я любезно предложила съехать. Мне хотелось забыть все, что произошло здесь. Каждая вещь как будто бы напоминала о том, чье имя я поклялась больше не произносить. Я была обижена, предана, опустошена. И не знала совсем, как жить прежней жизнью. Но начать с чего-то все-таки стоило.

Максиму повезло: он остался жить после того, как стал бесполезен вампиру. Очевидно тот, чьё имя я не произносила, был слишком занят привычными делами, вроде обмана, кровопролитий и разврата, так что ему некогда было заметать за собой следы.

С Антоном я виделась пару недель назад, но больше мы не созванивались.

Так что я никак не могла предположить, что именно сегодня он постучит в мою дверь.