Место, где мы сидели в окопах, казалось каким-то особенным. Словно кто-то помогал нам: немцы атаковали нас превосходящими силами, а мы их отбрасывали, и потери у нас были на удивление небольшими.
Добавить в моё избранное
1 мин, 9 сек 10882
А в тот день бой был особенно жестоким. Вся ничейная полоса покрылась телами убитых — и наших, и немцев. Бой стих только к вечеру.
Мы занялись, кто чем в ожидании, когда нам ужин привезут. Я достал кисет, закурил, а земляк мой, Иван Божков, отошел в сторону.
Вдруг вижу: Божков высунул голову над бруствером.
— Иван, — кричу, — ты что делаешь? Снайпера дожидаешься?
Божков опустился в окоп — сам не свой. И говорит мне тихо:
— Петя, там женщина плачет…
— Тебе показалось, откуда тут женщине взяться?
Но когда со стороны немцев стихла «музыка» мы услышали, что где-то и вправду плачет женщина. Божков надел на голову каску и вылез на бруствер.
— Там туман клубится, — говорит он нам.
— А в тумане по ничейной полосе в нашу сторону идет женщина… Наклоняется над убитыми и плачет.
Мы осторожно выглянули из окопа.
По ничейной полосе в клубах тумана шла женщина в темной и длинной одежде. Она склонялась к земле и громко плакала.
Тут кто-то говорит:
— А немцы тоже на видение смотрят. Вон их каски над окопами торчат…
Господи, как же Она плакала, прямо в душе все переворачивалось!
Пока мы смотрели на видение, странный туман покрыл большую часть ничейной полосы. Мне подумалось: «Надо же, будто саваном погибших укрывает…» А Женщина, так похожая на Богородицу, вдруг перестала плакать, повернулась в сторону наших окопов и поклонилась.
Кто-то крикнул:
— Богородица в нашу сторону поклонилась!
Из того боя мы вышли живыми без единой потери.
Мы занялись, кто чем в ожидании, когда нам ужин привезут. Я достал кисет, закурил, а земляк мой, Иван Божков, отошел в сторону.
Вдруг вижу: Божков высунул голову над бруствером.
— Иван, — кричу, — ты что делаешь? Снайпера дожидаешься?
Божков опустился в окоп — сам не свой. И говорит мне тихо:
— Петя, там женщина плачет…
— Тебе показалось, откуда тут женщине взяться?
Но когда со стороны немцев стихла «музыка» мы услышали, что где-то и вправду плачет женщина. Божков надел на голову каску и вылез на бруствер.
— Там туман клубится, — говорит он нам.
— А в тумане по ничейной полосе в нашу сторону идет женщина… Наклоняется над убитыми и плачет.
Мы осторожно выглянули из окопа.
По ничейной полосе в клубах тумана шла женщина в темной и длинной одежде. Она склонялась к земле и громко плакала.
Тут кто-то говорит:
— А немцы тоже на видение смотрят. Вон их каски над окопами торчат…
Господи, как же Она плакала, прямо в душе все переворачивалось!
Пока мы смотрели на видение, странный туман покрыл большую часть ничейной полосы. Мне подумалось: «Надо же, будто саваном погибших укрывает…» А Женщина, так похожая на Богородицу, вдруг перестала плакать, повернулась в сторону наших окопов и поклонилась.
Кто-то крикнул:
— Богородица в нашу сторону поклонилась!
Из того боя мы вышли живыми без единой потери.
