Плоды смрада (Редактированная версия)

Он был так слаб, но так слащава на фразы я сразу дала ему имя — Какусик. Он сказал, что ему слишком плохо здесь на этой старой полянке и он очень хочет поселиться у меня в доме. Я выкопала его ночью и отнесла домой, посадив в семейную теплицу. Он любил меня и обещал, что скоро я увижу маму. Но для этого его нужно вырастить, не обычной водой, а плотью и кровью. Сначала я поила его своей кровью, потом потихоньку стала приносить животных: кошек, птичек, грызунов. А потом он сказал, что ему нужно больше…

Я + Какусик…

После прочитанного, я ощутил дикий стыд за то, что не смог понять и не смог помочь. Теперь она была в беде, это создание завладело её разумом играя на боли и убеждая её в том, что сможет вернуть ей родного человека. Плоды смрада давно поселились в её сердце, ещё до появления этого цветка… Однако в телефоне была последняя заметка, не датированная и не пронумерованная.

Какусик — это старая чума, не живущая по законам природы и биологии. Его создали древние божества, чтобы приносить великую жертву самим себе. Там, где зарождается этот росток, выкашиваются целые поселения. Люди, превращаясь в омерзительных тварей, в которых прорастает только смрад. Это единый коллективный разум, питающийся самими собой, умеет откладывать старение и поглощает самого себя для питания. Зная всё это, я продол… его… слу… .

А тлпсп тубоф т ойн ёейоьн чёмпн, юуп ёдп "боуйрсйспеоьк" рспчётт й по оё пвсбуйн.

(Дальше не читаемый текст!)

Я вышел из дома, направляясь прямо по плиточной дороге, ведущей в сторону теплицы. Огород сильно изменился: все живущие растения увеличились, словно на дрожжах, укрепляя свои стебельки, пытаясь создать огромный купол над нашим участком. Флюгер, стоявший по середине, оброс травой и полностью увяз в зарослях. Ветер разгонял металлический винт, который бился об переросшие корни цветов. Его стук напоминал лязганье чавкающих зубов. На грядках, где вчера ещё цвели плоды, теперь старые засохшие и пожелтевшие овощи. Дальше терпкий лес, который испускал сквозь ветви зелёное свечение. Преодолев и его, я добрался до нашей теплицы, но вместо зелёной травы и грядок вся земля была усеяна красными цветами. По середине которых были расположены глазные яблоки, которые безмолвно смотрели в разные стороны, тряся зрачками. Ветер колошил их в разные стороны, но, по виду, это их никак не напрягало. Вся теплица была раздолбана, и из её стенок испускались ветви кровавых корней смрадного цветка, который излучал зелёный свет и сладкий до смерти аромат. В середине перед ним сидела мама, качаясь в лево и вправо.

Ступив на глазастый пол, который немного вибрировал, но никак не проявлял своё недовольство, я направился прямо к матери, сидящей там, в ветвях, состоящих из сплетённых частей «Какусика» Словно подвешенные ёлочные игрушки, висели разорванные изнутри тела людей, высвобождая все внутренности наружу. А верхушка, состоящая из нескольких сросшихся бутонов, разделилась на несколько частей, обрастая пепельным мхом и жёлтыми зубами, где-то там из его серединки сочился зелёный зомбирующий свет.

— Мам… Мама, пойдём отсюда! — произнёс я, хватая её за руку. Её ноги вросли в землю, она побледнела, зубы выпали из дёсен, а вены на руках разбухли настолько сильно, что скоро лопнут. Глазастые цветы смотрели на нас, и от их взгляда дико болела голова.

— Уйди и не мешай, я встречусь с ней! — кричала она, безумно улыбаясь.

— Ты что, не понимаешь? Он использует тебя, чтобы поглотить и затем размножаться дальше, распыляя свои споры по всему миру! — убеждал я её, но она сидела неподвижно. Тогда я достал из кармана подобранный мною корсар. Зажёг фитиль, который заискрил прямо перед материными глазами и швырнул в теплицу, прямо под ноги этого создания. Раздался громкий хлопок и ошмётки корней и стеблей разлетелись в разные стороны. Взрыв был настолько мощным, что он оглушил меня. Но как только дым развеялся, то было видно, что стебли тянулись к поражённому от взрыва месту и заново заплетали новые узлы, чтобы заделать дыру. Вдруг мать схватила меня за руку и притянула к себе.

— Мне уже не спастись, это мой выбор, понимаешь? — сказала она. — Просто уходи и не возвращайся больше никогда!

Конечно же, я не послушал и стал зажигать новую петарду, но она схватилась сильнее потянув мою руку, в которой лежала зажигалка и произнесла: — Тебе нужно уходить! Он скоро призовёт других, поражённых смрадом, мне уже ничего не поможет.

— Но как я могу тебя бросить! — кричал я.

— Просто, так же, как и не хотел бы спасать, если бы не узнал правду, я не обижаюсь. Я знаю, что была не права, что вела себя скотски по отношению к тебе, но сейчас, на время, безумие отступило и мы можем попрощаться. — Она взяла мою руку и вложила туда семечко.