Фандом: Ориджиналы. Не зря она тревожит местных жителей — загадочная аномалия в лесу под одним из городов российской глубинки. Ученые разводят руками. Пропадают люди… но некоторые потом возвращаются. Принося с собой предметы, что выглядят как драгоценности, но обладают свойствами, опять-таки не поддающимися разумному объяснению.
155 мин, 9 сек 11601
Передовую группу, отделившуюся от основной колонны, дозорный срезал автоматной очередью. Еще на подходе к проему. Глядя, как падают их товарищи, остальные воины Империи Света поспешно сдали назад. И принялись выстраиваться в боевые порядки. А маги — их к каждой сотне было прикреплено по одному — воздвигли между поселком и передовыми позициями дымку магической защиты. Едва заметная, пули она, тем менее, не пропускала. Чем весьма озадачила пустившего новую очередь боевика.
Удивляться тому пришлось недолго. Ровно столько времени, сколько потребовалось, чтобы заменить обойму в автомате. На это время защиту убрали. А сразу пятеро лучников успели выстрелить по обнаружившему себя супостату.
Лишь одна из выпущенных стрел не причинила калединскому боевику серьезного вреда, попав ему в грудь — в бронежилет. Еще одна воткнулась в частокол на самом краю развороченного проема. Зато три оставшихся угодили соответственно в глаз автоматчику, в ногу и шею, бронежилетом не защищенные.
Так Виктор Каледин лишился одного из своих бойцов. Однако звуки стрельбы, показавшиеся в утренней тишине оглушительным грохотом, успели пробудить и захватчиков с Виктором Захаровичем во главе, и даже мирных жителей. В некоторых из домов заплакали дети. А взрослые думали с тревожным раздражением: «Неужели опять?!»
Один за другим, боевики в доме поселкового головы поднимались со спальных мест и хватались за оружие. Прихватил пистолет и сам Каледин. Как и Заноза — даром, что испуганный начавшейся заварушкой.
А тем временем бойцы имперского отряда преодолевали проем в частоколе. Двигаясь между стенами домов и заборами, воины рассредоточивались, озираясь. Некоторые уже держали наготове мечи, готовые в следующее мгновение вступить в бой. С таким же, как они мечником или иным бойцом… но вооруженным непременно холодным оружием.
Ошибочные ожидания и замедлили продвижение имперцев. Как и незнание, где искать противника. И стоит ли вовсе их искать. Пока один из воинов догадался расспросить дородную бабу, высунувшуюся из ворот, пока его товарищи подошли к дому головы достаточно близко — Каледин и его люди были уже в полной боевой готовности.
Забора вокруг занятого ими дома не было. Считалось, видимо, что высшему должностному лицу поселка нечего скрывать от народа. И незачем скрываться. Кто бы из поселян ни пришел с бедой или заботой — всегда добро пожаловать. Хорошо, хоть двери запирались. Но в любом случае эта особенность несколько затрудняла оборону дома. Хотя и не сказать, чтобы уж так принципиально.
Зато имелся рядом с домом головы пятачок открытой местности, неплохо простреливаемый. Чем люди Каледина не могли не воспользоваться.
Первый же десяток имперских вояк, показавшихся на этом пятачке, часовой отправил на тот свет, еще стоя на крыльце. А уже затем, закинув автомат на плечо, юркнул за дверь.
В следующую группу имперцев, едва они высунулись из-за ближайшего дома, полетела граната. Брошенная одним из боевиков из окна второго этажа. Взрыв не только разметал в клочья воинов, но и обрушил одну из стен злополучного дома. После чего сама постройка накренилась, а ее крыша обрушилась.
Ответом на эту атаку стала туча стрел, устремившихся к осажденному дому с разных сторон. Кто-то из боевиков Каледина успел отскочить от окна. Или упасть и вжаться в пол. Или захлопнуть ставни, наконец — стекол-то в местных жилищах не имелось. Но были два бойца, чьей расторопности, а может, и везучести не хватило, чтобы пережить этот обстрел. Причем одного по иронии судьбы стрела настигла, как раз когда он потянулся, чтобы захлопнуть ставни. И так неловко высунулся из окна.
Уже трупом бедолага рухнул на землю.
Снова застрекотали автоматы, захлопали дробовики. Но они не помешали прикрытому защитной дымкой магу — весьма любопытному малому — подползти к дому. И оттащить выпавшего из окна незадачливого, а ныне мертвого боевика.
Другой маг метнул в сторону одного из окон молнию. Ставни, оказавшиеся у нее на пути, разлетелись в щепки. И хотя иного вреда дому и засевшим в нем захватчикам этот удар не причинил, боец, занимавший у этого окна позицию, насмерть перепугался. Настолько, что дал бы деру. Если б было куда. И кабы не суровый взгляд босса.
— Хреново дело, — зачем-то сообщил очевидное боец, натолкнувшись на этот взгляд, — их слишком много. Они атакуют…
— … и мы потери несем, — изрек Каледин, словно дополняя, — и, похоже, не такие уж они отсталые.
Насчет последнего он догадался после удара рукотворной молнией.
— Гранатами! — громче звуков выстрелов прозвучал голос Занозы — пронзительный, едва ли не хнычущий, — гранатами закидайте все это дерьмо! Взорвите, сожгите на хрен! Чтоб тут камня на камне не осталось!
Удивляться тому пришлось недолго. Ровно столько времени, сколько потребовалось, чтобы заменить обойму в автомате. На это время защиту убрали. А сразу пятеро лучников успели выстрелить по обнаружившему себя супостату.
Лишь одна из выпущенных стрел не причинила калединскому боевику серьезного вреда, попав ему в грудь — в бронежилет. Еще одна воткнулась в частокол на самом краю развороченного проема. Зато три оставшихся угодили соответственно в глаз автоматчику, в ногу и шею, бронежилетом не защищенные.
Так Виктор Каледин лишился одного из своих бойцов. Однако звуки стрельбы, показавшиеся в утренней тишине оглушительным грохотом, успели пробудить и захватчиков с Виктором Захаровичем во главе, и даже мирных жителей. В некоторых из домов заплакали дети. А взрослые думали с тревожным раздражением: «Неужели опять?!»
Один за другим, боевики в доме поселкового головы поднимались со спальных мест и хватались за оружие. Прихватил пистолет и сам Каледин. Как и Заноза — даром, что испуганный начавшейся заварушкой.
А тем временем бойцы имперского отряда преодолевали проем в частоколе. Двигаясь между стенами домов и заборами, воины рассредоточивались, озираясь. Некоторые уже держали наготове мечи, готовые в следующее мгновение вступить в бой. С таким же, как они мечником или иным бойцом… но вооруженным непременно холодным оружием.
Ошибочные ожидания и замедлили продвижение имперцев. Как и незнание, где искать противника. И стоит ли вовсе их искать. Пока один из воинов догадался расспросить дородную бабу, высунувшуюся из ворот, пока его товарищи подошли к дому головы достаточно близко — Каледин и его люди были уже в полной боевой готовности.
Забора вокруг занятого ими дома не было. Считалось, видимо, что высшему должностному лицу поселка нечего скрывать от народа. И незачем скрываться. Кто бы из поселян ни пришел с бедой или заботой — всегда добро пожаловать. Хорошо, хоть двери запирались. Но в любом случае эта особенность несколько затрудняла оборону дома. Хотя и не сказать, чтобы уж так принципиально.
Зато имелся рядом с домом головы пятачок открытой местности, неплохо простреливаемый. Чем люди Каледина не могли не воспользоваться.
Первый же десяток имперских вояк, показавшихся на этом пятачке, часовой отправил на тот свет, еще стоя на крыльце. А уже затем, закинув автомат на плечо, юркнул за дверь.
В следующую группу имперцев, едва они высунулись из-за ближайшего дома, полетела граната. Брошенная одним из боевиков из окна второго этажа. Взрыв не только разметал в клочья воинов, но и обрушил одну из стен злополучного дома. После чего сама постройка накренилась, а ее крыша обрушилась.
Ответом на эту атаку стала туча стрел, устремившихся к осажденному дому с разных сторон. Кто-то из боевиков Каледина успел отскочить от окна. Или упасть и вжаться в пол. Или захлопнуть ставни, наконец — стекол-то в местных жилищах не имелось. Но были два бойца, чьей расторопности, а может, и везучести не хватило, чтобы пережить этот обстрел. Причем одного по иронии судьбы стрела настигла, как раз когда он потянулся, чтобы захлопнуть ставни. И так неловко высунулся из окна.
Уже трупом бедолага рухнул на землю.
Снова застрекотали автоматы, захлопали дробовики. Но они не помешали прикрытому защитной дымкой магу — весьма любопытному малому — подползти к дому. И оттащить выпавшего из окна незадачливого, а ныне мертвого боевика.
Другой маг метнул в сторону одного из окон молнию. Ставни, оказавшиеся у нее на пути, разлетелись в щепки. И хотя иного вреда дому и засевшим в нем захватчикам этот удар не причинил, боец, занимавший у этого окна позицию, насмерть перепугался. Настолько, что дал бы деру. Если б было куда. И кабы не суровый взгляд босса.
— Хреново дело, — зачем-то сообщил очевидное боец, натолкнувшись на этот взгляд, — их слишком много. Они атакуют…
— … и мы потери несем, — изрек Каледин, словно дополняя, — и, похоже, не такие уж они отсталые.
Насчет последнего он догадался после удара рукотворной молнией.
— Гранатами! — громче звуков выстрелов прозвучал голос Занозы — пронзительный, едва ли не хнычущий, — гранатами закидайте все это дерьмо! Взорвите, сожгите на хрен! Чтоб тут камня на камне не осталось!
Страница 25 из 44
