По соседству

Эти твари привели с собой трёх мужиков, на вид обычных забулдыг: потрепанных и, как я сперва подумал, уже сильно поддатых. Они еле держались на ногах, а эти мелкие держали их за руки, хватали за полы пальто, тянули за штанины, одновременно не давая упасть и направляя. Мне ещё показалось, что у мужиков были завязаны глаза — двигались они так, словно дороги перед собой совершенно не видели, а твари пользовались этим, заставляя выписывать зигзаги по площадке, кружили вокруг мусорников, будто играли с этими беднягами в жмурки. Затем я разглядел, что на плече у каждого сидит небольшая — размером с крысу — тварь, уткнувшись мордой в ухо несчастного. Я не знаю, мне кажется — они что-то говорили этим людям, отвлекали от происходящего. К этому времени их плотным кольцом окружила вся стая. Одно из существ — особо рогатое взобралось на верх контейнера и свистнуло, как и раньше, только на этот раз эти чудовища и не думали сбегать. Они набросились на людей и принялись в буквальном смысле обгладывать их!

Молниеносно отщипывали кусочки плоти прямо вместе с одеждой и всё время двигались, двигались, двигались, пробираясь к костям! Я безмолвно следил за этим, будто и сам был в трансе, мой мозг просто отключился. Понимаете, все это время бродяги были живы — они упорно пытались удержаться на ногах, даже когда от мышечной ткани остались только лохмотья, и они не издавали никаких звуков. Мне показалось, что я слышу приглушённые стоны, но потом понял, что их издаю я сам.

Павел впервые за время разговора посмотрел мне прямо в глаза:

— Эти трое умирали прямо на моих глазах, прямо посреди двора, а десятки других людей мирно спали буквально в двух шагах! Неведомые твари разнообразили ими свой рацион, когда надоели отбросы, и бог знает со сколькими до этого они расправились также?

— Так ты что-то сделал? — спросил я первое, что пришло в голову, и даже сам удивился, как сипло прозвучал мой голос в тишине.

— А что я мог? — протянул Павел горестно.

— Когда я пришел в себя, от тел почти ничего не осталось, только лохмотья да кости — их почему-то есть не стали. Возможно, просто нажрались. Если бы у меня было хоть какое-то оружие, а не пара петард и кухонный ножик… Я ведь теперь знал, на что они способны, я увидел! Поэтому просто продолжал снимать. Если бы они меня тогда заметили, то, уверен, никакие решётки на окнах их бы не остановили. Зато я понял, что они скоро уйдут, и тогда я выйду и засниму всё что осталось от трупов и следы, а потом… Нужно вызвать милицию и всё показать. Ведь с этим необходимо что-то делать — погибли люди. Это всё есть здесь — на этой кассете, посмотрите, чтобы убедиться.

Я согласился. Отчасти, потому что самому интересно было глянуть, что же так поразило нашего самоуправца, но не сказать, что я ему полностью поверил. Но ведь «дыма без огня»…, как говорится.

Милицию, правда, мы так и не вызвали в итоге — предъявить им в качестве доказательств оказалось нечего. Мой отремонтированный видеомагнитофон пару раз попытался воспроизвести пашину кассету, но то ли с ней что-то изначально было не так, то ли режим съёмки был выбран ошибочно, а может видеокамера барахлила, только получилось что, на записи кроме мелькания каких-то силуэтов сквозь рябь и разноцветные полосы ничего не получилось рассмотреть. Я тогда еле Павла до квартиры довёл и сам его родителям позвонил, чтоб приехали. К тому времени как освободился, Томка уже порядок на площадке навела, и шум больше не поднимала, а значит никакие человечьи останки не нашла.

К Павлу в этот же день приехала мать, и я потом с месяц сталкивался с ней в подъезде, и даже помог пакеты с продуктами занести наверх. Парня я видел ещё лишь однажды — когда он утром возле крыльца с каким-то тощим типом с козлиной бородкой курил, аккурат под моими окнами, а я со смены возвращался. Жаль, поздно их заметил, иначе бы подождал, пока уйдут — совсем не хотелось мне с ними общаться, решил, что моё участие во всей этой истории подошло к концу, а вот Паша так и не оклемался — даже по глазам видно было.

— Вы, дядя Юра, — он первый, приветливо улыбаясь, заговорил со мной, — так мне и не поверили тогда. Но ничего, я на Вас не обижаюсь. Вы только знайте, что я от своих слов не отказываюсь, пускай Вы даже психом меня считаете. Вы единственный из местных, кто обо всем знает, и я Вас хочу предупредить, что мы с Максимом, — он указал сигаретой на долговязого, — ради эксперимента провели сегодня один обряд: освятили землю, на которой контейнеры стоят, и их, в придачу. По нашим расчетам это закроет рогатым тварям путь в наш мир.

Вот так да! У меня от неожиданности даже челюсть натурально отвисла. Это в наше-то время!