По совету

— Господи, конечно, нет, — наблюдая за его страданиями, сокрушённо вздохнула Анжелина. Затем протянула руку и, не думая о том, что делает, вдруг провела ладонью по жёсткому ёжику волос, ласково гладя — она всегда так утешала младшего брата, когда тот разбивал в детстве коленки и локти. Эдриан вскинул на неё полный изумления взгляд. Осознав свои действия, та резко отдёрнула руку и мучительно покраснела. — Боже мой, извини, — совсем смутилась она. — Это… э-э… случайно.

— Да нет, продолжай, — слабо улыбнулся Эдриан. — А если ещё и поцелуешь, я всё прощу.

— Я вижу, тебе уже лучше? — Анжелина выпрямилась, скрестив руки на груди. — Тогда поднимайся, пока ещё куда-нибудь не заехала, на этот раз специально.

— Да ладно, чего ты, — пробормотал тот, кое-как разгибаясь и вставая на ноги. — Ты ко мне несправедлива. Ты ведь меня чуть калекой не сделала — могла бы и поцеловать разок.

— Пьюси, ей-мерлин, заткнись, — в полном смятении Анжелина отвернулась и, подхватив метлу, нервной походкой направилась к выходу. — Придурок.

Наблюдая за её реакцией, Эдриан довольно улыбнулся, несмотря на не до конца ещё прошедшую боль: всё-таки, неспроста Анжелина так реагирует. Возможно, она тоже неравнодушна к нему? Ну, хоть чуточку? Ободрённый этой мыслью, он быстро нашёл метлу Деррека и бодро поспешил вслед за своей уже успевшей выйти из сарая спутницей.

— Упс, а вы что тут делаете? — Эдриан растерянно посмотрел на не менее растерянных Марка с Оливером: те таращились на них как на дементоров, внезапно возникших на поле.

— Вы разве не должны быть в Хогсмиде? — озадаченно спросил Марк и почесал подбородок, окидывая новоприбывших странным взглядом. Оливер и вовсе глазел на свою командную охотницу во все глаза, ничего не понимая. Что она здесь делает, да ещё и с Эдрианом Пьюси? Это что — шутка?

— Мы передумали, — невозмутимо заявил тем временем Эдриан, игнорируя всеобщее обалдение. — Вот, полетать решили. А вы?

— Мы, собственно, тоже, — на автомате ответил Оливер.

Марк сориентировался быстро.

— Раз так, — бодро предложил он, — то, может, вместе погоняем? Слизерин против Гриффиндора? Победители целуют проигравших в знак утешения, — покосившись на Оливера, он кинул на Анжелину хитрый взгляд. — Кого-нибудь одного, на выбор. Взасос.

Анжелина смерила его убийственным взором, давая понять, что она ещё поговорит с ним как следует по поводу всех его интриг, но тот лишь оскалил зубы в усмешке.

— Так уверен в себе, Флинт? — прищурилась она. — А вот я специально выиграю и как засосу тебя. Посмотрим, что ты на это скажешь, — заявила мстительно. — Давай, Олли, порвём этих слизеринских зазнаек, — крикнула азартно и, не дожидаясь ответа, вскочила на метлу, взлетая в воздух.

Трём парням ничего не оставалось, кроме как последовать за ней, хотя у Оливера и были сомнения, хочет ли он выигрывать, чтобы Энжи, не дай Мерлин, исполнила угрозу. Но проиграть специально ему не позволяла спортивная честь и гордость, поэтому он лишь втянул носом воздух и решительно сжал руками древко метлы покрепче, настраивая себя на победу.

— Ну, это просто нечестно, — отбрасывая метлу в сторону, пробурчал Оливер спустя почти два часа, когда все четверо, взмокшие, запыхавшиеся, спустились, наконец, обратно на поле. — У всех Нимбусы, а у меня старый школьный Чистомёт. Флинт, ты ведь знал, что я свою метлу отослал в ремонт, и специально всё это подстроил! Да? Признавайся, гадёныш.

— Умей проигрывать, Вудди, — парировал тот и от души заржал. Азарт игры и соревнований всё ещё не отпустил его, и адреналин бурлил, заставляя кровь кипеть. Давно он не проводил время так здорово. — А насчёт уговора — я выбираю тебя. Иди к папочке, дорогая, поцелую.

— Да пошёл ты, — ухмыльнулся Оливер.

— Что, гриффиндорцы слово не держат? — подначил его Марк. Тот на это вдруг расплылся в такой ехидной усмешке, что все, даже никоим образом непричастные к их делам Эдриан с Анжелиной, невольно вздрогнули.

— Держат, — Оливер ослепительно улыбнулся. — Но поскольку в договоре не было уточнений, куда именно должен поцеловать победитель, то я воспользуюсь этим упущением и решу сам, — он смерил Марка красноречивым взглядом и насмешливо выгнул брови. — Мне вслух сказать или сам догадаешься? И помни, Флинт, — взасос.

Марк слегка опешил, смотря на него во все глаза.

— Блядь, Вудди, ты даёшь! — он даже присвистнул от такой наглости. Посмотрел с восхищением и вдруг заржал во весь голос, хватая себя за бока. — Видал, Эдри? — повернулся он к другу. — Что гриффы творят. Объебали нас как малолеток.

— Э… — тот даже не нашёлся, что сказать, и вопросительно посмотрел на Анжелину. — Меня это тоже касается? — поинтересовался невинно.

— Болван, — припечатала та, слегка краснея. — То есть, болваны. Все трое.

— Да ладно, Энжи, не бери в голову, — легкомысленно отмахнулся Оливер и присоединился к заразительному смеху.