Фандом: Гарри Поттер. Быть капитаном — значит помогать игрокам своей команды всегда и во всём.
14 мин, 32 сек 9621
Кэти отправили в Мунго, так как проклятье, наложенное на ожерелье, было достаточно серьёзным и своими силами мадам Помфри полностью снять его возможные последствия не могла. Столь недешевую вещицу едва ли бы выбрали, чтобы насолить обычной семикурснице, и это наводило на мысль, что целью была явно не Кэти, а кто-то в Хогвартсе, но кто? Профессор Дамблдор? Или, быть может, новый профессор Зельеварения? Не зря же он тогда, летом, прятался он нас с директором, значит, за ним охотились Пожиратели Смерти. В любом случае это означало одно: Волдеморт начал предпринимать решительные действия по устранению своих противников. Других кандидатов на всебританское господство, которым мог мешать директор, я не знал. И произошедшее в Хогсмиде чётко показывало: мы не в безопасности, даже находясь в двух милях от самого надёжного места в стране, а значит, жертвой нападения мог стать любой.
Возвращение Кэти из клиники было ознаменовано… да ничем оно не было ознаменовано. Просто в один из дней, когда ученики галдящей толпой зашли в башню, чтобы оставить вещи перед обедом, она обнаружилась сидящей в одном из кресел гостиной. Её появление было встречено одобрительным гулом, редкими аплодисментами и, вообще, по гриффиндорским меркам достаточно скромно. От одного из студентов, кажется, пятикурсника, я отчётливо услышал: «А чего мы ей хлопаем-то? Она что-то выиграла?»
Поговорить с ней получилось ближе к вечеру:
— Кэти, привет. Хорошо, что вернулась. Скажи, ты не помнишь, как у тебя оказалось это ожерелье? — мне не терпелось доказать друзьям, что во всём был виноват именно Малфой. Подошедшая секундой спустя Гермиона постаралась сгладить мой резковатый тон:
— Кэти, здравствуй, — она тепло улыбнулась, присаживаясь на диванчик, стоящий напротив облюбованного Кэти кресла. — Как ты себя чувствуешь? Всё хорошо?
Рон, хоть и подошёл одновременно со мной, решил глубокомысленно смолчать, так как все приличествующие ситуации слова были сказаны, и он ограничился вежливым кивком. Оторванная от выполнения домашнего задания Кэти несколько недоумённо рассматривала нашу компанию, решая, кому же ответить сначала.
— Эм, привет. Гарри, Рон, Гермиона, — вежливо улыбнувшись, она продолжила: — Да, всё хорошо, спасибо, что спросили. И нет, как ожерелье оказалось у меня, я не помню. Я пошла в… — Кэти покраснела, вероятно, ей было неудобно обсуждать подобное со мной и Роном, но мужественно продолжила: — уборную, и всё, дальше провал, — она замолчала, как-то неуверенно посмотрев на Гермиону. Та переключилась на свой фирменный менторский тон, пытаясь скрыть смущение в голосе:
— Дверь в подобные помещения обычно устроены таким образом, чтобы не было видно, кто там находится и что делает. Ну, вы понимаете, — однако покрасневшие щёки выдавали её с головой. Мы с Роном, не менее смущённые, чем девушки, пытались кивать с видом, что ничего необычного не происходит и такие разговоры для нас норма жизни. Но что-то мне подсказывало, что получалось это у нас из рук вон плохо. Наконец Кэти смогла побороть неловкость и закончила:
— Но это в любом случае была женщина, такие походы, как вы понимаете, особенно не запланируешь, а значит, стоять и ждать жертву там мужчине было бы не с руки. Тем более что нужна была именно одинокая девушка, — Кэти хихикнула одновременно с Гермионой, а мы с Роном посмотрели друг на друга непонимающе, но комментировать сказанное нам наотрез отказались. Распрощавшись с Кэти и напомнив ей, что тренировка запланирована на выходные, мы отбыли. Нам с Роном предстояло доделать домашнее задание, а Гермиона, со своим расправившаяся, уже предвкушала очередной пятитомник для «лёгкого чтения».
Возвращение Кэти из клиники было ознаменовано… да ничем оно не было ознаменовано. Просто в один из дней, когда ученики галдящей толпой зашли в башню, чтобы оставить вещи перед обедом, она обнаружилась сидящей в одном из кресел гостиной. Её появление было встречено одобрительным гулом, редкими аплодисментами и, вообще, по гриффиндорским меркам достаточно скромно. От одного из студентов, кажется, пятикурсника, я отчётливо услышал: «А чего мы ей хлопаем-то? Она что-то выиграла?»
Поговорить с ней получилось ближе к вечеру:
— Кэти, привет. Хорошо, что вернулась. Скажи, ты не помнишь, как у тебя оказалось это ожерелье? — мне не терпелось доказать друзьям, что во всём был виноват именно Малфой. Подошедшая секундой спустя Гермиона постаралась сгладить мой резковатый тон:
— Кэти, здравствуй, — она тепло улыбнулась, присаживаясь на диванчик, стоящий напротив облюбованного Кэти кресла. — Как ты себя чувствуешь? Всё хорошо?
Рон, хоть и подошёл одновременно со мной, решил глубокомысленно смолчать, так как все приличествующие ситуации слова были сказаны, и он ограничился вежливым кивком. Оторванная от выполнения домашнего задания Кэти несколько недоумённо рассматривала нашу компанию, решая, кому же ответить сначала.
— Эм, привет. Гарри, Рон, Гермиона, — вежливо улыбнувшись, она продолжила: — Да, всё хорошо, спасибо, что спросили. И нет, как ожерелье оказалось у меня, я не помню. Я пошла в… — Кэти покраснела, вероятно, ей было неудобно обсуждать подобное со мной и Роном, но мужественно продолжила: — уборную, и всё, дальше провал, — она замолчала, как-то неуверенно посмотрев на Гермиону. Та переключилась на свой фирменный менторский тон, пытаясь скрыть смущение в голосе:
— Дверь в подобные помещения обычно устроены таким образом, чтобы не было видно, кто там находится и что делает. Ну, вы понимаете, — однако покрасневшие щёки выдавали её с головой. Мы с Роном, не менее смущённые, чем девушки, пытались кивать с видом, что ничего необычного не происходит и такие разговоры для нас норма жизни. Но что-то мне подсказывало, что получалось это у нас из рук вон плохо. Наконец Кэти смогла побороть неловкость и закончила:
— Но это в любом случае была женщина, такие походы, как вы понимаете, особенно не запланируешь, а значит, стоять и ждать жертву там мужчине было бы не с руки. Тем более что нужна была именно одинокая девушка, — Кэти хихикнула одновременно с Гермионой, а мы с Роном посмотрели друг на друга непонимающе, но комментировать сказанное нам наотрез отказались. Распрощавшись с Кэти и напомнив ей, что тренировка запланирована на выходные, мы отбыли. Нам с Роном предстояло доделать домашнее задание, а Гермиона, со своим расправившаяся, уже предвкушала очередной пятитомник для «лёгкого чтения».
Страница 2 из 5
