Фандом: Гарри Поттер. Быть капитаном — значит помогать игрокам своей команды всегда и во всём.
14 мин, 32 сек 9623
— Кэти, ты отличный игрок, всё-таки в команде со второго курса. Твои броски самые точные, и в распасовке не ошибаешься никогда. А уж летаешь так, что нам всем до тебя как до Эдинбурга, — я задумался и добавил: — Летала. До сегодняшней тренировки. Сама понимаешь, выгонять тебя из команды — значит лишится доброй трети шансов на победу, равного тебе я сейчас не найду, но и оставлять тебя с такой игрой, как сейчас, — чистой воды сумасшествие. Ты же не играть разучилась, это видно. Так что произошло? — на протяжении моего монолога Кэти сидела, не поднимая глаза, а когда прозвучали слова об исключении из команды, то плечи её отчётливо вздрогнули. Помолчав, Кэти подняла голову, и я с ужасом увидел мокрые дорожки от слёз. Нет-нет-нет, только не это. Некстати вспомнились чёртовы чайники мадам Паддифут. Пожалуйста, Кэти, только не плачь. На моё счастье, нервы у неё были крепче, чем у Чжоу.
— Гарри, спасибо, что пытаешься помочь, но… Наверное, мне стоит уйти, — она запнулась, голос предательски дрогнул. — Уйти из команды, ну какой из меня игрок? Теперь, — она чуть тише закончила, закусив губу.
— Нет, это даже не обсуждается! — я постарался вложить в голос больше уверенности. — Из команды ты не уйдёшь, и точка. Мы же гриффиндорцы, когда это мы бежали от проблем, а? — я улыбнулся, шутливо толкнув Кэти плечом, и она, о чудо, улыбнулась в ответ. Надо развивать успех. — Давай, не строй из себя Невилла, говори, что случилось, а потом мы отвесим твоей проблеме такой пинок, что она будет лететь до самого Ла-Манша! — ну вот, теперь передо мной была настоящая Кэти Белл: глаза блестят, открытая улыбка, весёлый смех, прямая спина, грудь… кхм… грудь имеется. Я поймал себя на мысли, что беззастенчиво на неё пялюсь, и резко отвёл взгляд. Кажется, не заметила. Отсмеявшись, Кэти, наконец, изложила суть проблемы. После того случая с ожерельем у неё появился страх перед полётами. Для рядового волшебника это было проблемой, пусть и не большой. Для игрока же в квиддич это было катастрофой. Но обещание было дано, и мы договорились три раза в неделю приходить с ней на квиддичное поле, чтобы попытаться преодолеть её страх.
Тренировки медленно, но помогали. Мы начинали почти с азов, с полётов на высоте семи-восьми футов, с минимальной скорости. Мешало нам то, что летать Кэти любила и когда-то умела. Тело, помня о своих возможностях, всегда старалось сделать необходимое упражнение чуть резче, чем было нужно. И в результате мы вновь возвращались к тому, с чего начинали. Решение нашлось неожиданно: как-то раз, пытаясь схватить дёрнувшуюся резче необходимого метлу, я промахнулся и ухватил за запястье саму Кэти и пролетел так вместе с ней несколько метров, пока она не остановилась и как-то задумчиво на меня не посмотрела. Оказалось, что, когда её держали за руку, она чувствовала себя значительно увереннее; так и решили продолжать. Теперь я медленно летал рядом с Кэти, держа её за запястье, покуда она заново вспоминала, как правильно разгоняться и тормозить. Вот теперь проблемы возникли непосредственно у меня, и дело было даже не в том, что летать близко даже на небольшой скорости было не очень удобно, нет. Оказывается, если долго держать молодую и симпатичную девушку за руку, мысли начинают течь совсем не в то русло. Дошло до того, что несколько раз Кэти тормозила уже мою метлу, когда я, замечтавшись, чуть близко не знакомился с газоном. Вероятно, некая ответственность за своего не в меру мечтательного капитана как-то ускорила процесс адаптации, и к следующему матчу с Хаффлпафом Кэти окончательно поборола свой страх перед полётами и на игру выходила, очень недобро для соперников улыбаясь.
Это был разгром. Из двадцати раз, что квоффл попадал в руки Кэти, она реализовала двадцать один. Восемнадцатый, кажется, гол она забила прутьями на своей метле, когда, уворачиваясь от бладжера, срезала отпасованный вратарём соперника мяч в одно из колец. Остальные Охотницы были хоть и менее результативными, но всё же отметились: десятью голами — Джинни и тремя — Демельза. С учётом пойманного мной снитча счёт составил 490 — 70, всё же левое кольцо Рон держал отвратительно.
Гостиная Гриффиндора радовала буйством красок, тёплым камином и принесённым кем-то огневиски. Точное количество спиртного осталось для меня загадкой, но много ли подростку надо, особенно если под боком греет камин или, ещё лучше, девушка? Естественно, как капитану победившей команды мне не удалось отвертеться от выпивки, и теперь я меланхолично созерцал гостиную, гадая, что же тут будет происходить, когда мы возьмём Кубок. В том, что это случится, я уже не сомневался, с такой-то игрой. Откуда-то сбоку появилась чуть покачивающаяся фигура и присела на правый подлокотник моего кресла, позволив пламени камина осветить себя.
— Гарри, спасибо, что пытаешься помочь, но… Наверное, мне стоит уйти, — она запнулась, голос предательски дрогнул. — Уйти из команды, ну какой из меня игрок? Теперь, — она чуть тише закончила, закусив губу.
— Нет, это даже не обсуждается! — я постарался вложить в голос больше уверенности. — Из команды ты не уйдёшь, и точка. Мы же гриффиндорцы, когда это мы бежали от проблем, а? — я улыбнулся, шутливо толкнув Кэти плечом, и она, о чудо, улыбнулась в ответ. Надо развивать успех. — Давай, не строй из себя Невилла, говори, что случилось, а потом мы отвесим твоей проблеме такой пинок, что она будет лететь до самого Ла-Манша! — ну вот, теперь передо мной была настоящая Кэти Белл: глаза блестят, открытая улыбка, весёлый смех, прямая спина, грудь… кхм… грудь имеется. Я поймал себя на мысли, что беззастенчиво на неё пялюсь, и резко отвёл взгляд. Кажется, не заметила. Отсмеявшись, Кэти, наконец, изложила суть проблемы. После того случая с ожерельем у неё появился страх перед полётами. Для рядового волшебника это было проблемой, пусть и не большой. Для игрока же в квиддич это было катастрофой. Но обещание было дано, и мы договорились три раза в неделю приходить с ней на квиддичное поле, чтобы попытаться преодолеть её страх.
Тренировки медленно, но помогали. Мы начинали почти с азов, с полётов на высоте семи-восьми футов, с минимальной скорости. Мешало нам то, что летать Кэти любила и когда-то умела. Тело, помня о своих возможностях, всегда старалось сделать необходимое упражнение чуть резче, чем было нужно. И в результате мы вновь возвращались к тому, с чего начинали. Решение нашлось неожиданно: как-то раз, пытаясь схватить дёрнувшуюся резче необходимого метлу, я промахнулся и ухватил за запястье саму Кэти и пролетел так вместе с ней несколько метров, пока она не остановилась и как-то задумчиво на меня не посмотрела. Оказалось, что, когда её держали за руку, она чувствовала себя значительно увереннее; так и решили продолжать. Теперь я медленно летал рядом с Кэти, держа её за запястье, покуда она заново вспоминала, как правильно разгоняться и тормозить. Вот теперь проблемы возникли непосредственно у меня, и дело было даже не в том, что летать близко даже на небольшой скорости было не очень удобно, нет. Оказывается, если долго держать молодую и симпатичную девушку за руку, мысли начинают течь совсем не в то русло. Дошло до того, что несколько раз Кэти тормозила уже мою метлу, когда я, замечтавшись, чуть близко не знакомился с газоном. Вероятно, некая ответственность за своего не в меру мечтательного капитана как-то ускорила процесс адаптации, и к следующему матчу с Хаффлпафом Кэти окончательно поборола свой страх перед полётами и на игру выходила, очень недобро для соперников улыбаясь.
Это был разгром. Из двадцати раз, что квоффл попадал в руки Кэти, она реализовала двадцать один. Восемнадцатый, кажется, гол она забила прутьями на своей метле, когда, уворачиваясь от бладжера, срезала отпасованный вратарём соперника мяч в одно из колец. Остальные Охотницы были хоть и менее результативными, но всё же отметились: десятью голами — Джинни и тремя — Демельза. С учётом пойманного мной снитча счёт составил 490 — 70, всё же левое кольцо Рон держал отвратительно.
Гостиная Гриффиндора радовала буйством красок, тёплым камином и принесённым кем-то огневиски. Точное количество спиртного осталось для меня загадкой, но много ли подростку надо, особенно если под боком греет камин или, ещё лучше, девушка? Естественно, как капитану победившей команды мне не удалось отвертеться от выпивки, и теперь я меланхолично созерцал гостиную, гадая, что же тут будет происходить, когда мы возьмём Кубок. В том, что это случится, я уже не сомневался, с такой-то игрой. Откуда-то сбоку появилась чуть покачивающаяся фигура и присела на правый подлокотник моего кресла, позволив пламени камина осветить себя.
Страница 4 из 5
