Фандом: Ориджиналы. Би и натурал. Адреналинщик и зануда. Молодой парень и уже достаточно взрослый мужчина. Почему бы и нет… Эта история — плод моего воспаленного воображения. Но вполне могла бы и произойти где-нибудь с кем-нибудь. Почему бы и нет…
235 мин, 34 сек 12468
— Не боюсь. Это сейчас необходимо, а то твое неудовлетворенное состояние становится проблемой для окружающих, — руки прошлись по пояснице и обхватили по бокам. Парень прижался грудью с его спине и носом провел по краю уха. — Ты так хорошо пахнешь.
— Ты уже говорил, — Степан растерялся, не знал, что делать, но тело предательски подставлялось под неожиданные ласки. Дыхание сбилось, а сердце готово было выпрыгнуть из груди.
— И это говорил? Когда успел? — руки скользнули вверх, задевая грудь и соски.
— Пить нужно меньше, — судорожно сглотнул, во рту прибавилось слюны.
— Больше не буду, а то все интересное пропускаю, — Алексей резко поднял локоть мужчины и провел широким влажным языком между грудной мышцей и подмышкой.
У Коваленко непроизвольно вырвался вздох удовольствия. Он, конечно, знал, что там есть эрогенная зона, но никогда не практиковал этого. Ни со своей женой, ни с редкими партнершами. Поэтому среагировал громко даже для самого себя.
Ремнев, коварно улыбаясь, повторил, подключая губы. Его рука опустилась вниз, скользнула по бедру и аккуратно без резких движений погладила пах.
У Степана от спонтанных нежных прикосновений перехватило дыхание. Было невероятно приятно и возбуждающе. Кожа горела, просила, требовала продолжения и более активных действий со стороны партнера, но мысли в голове орали в ужасе, фиксируя происходящее.
— Ш-ш, — успокоил его парень, аккуратно снимая с него очки. — Я не сделаю того, что тебе не понравится. Расслабься и получай удовольствие.
Он опять скользнул за спину и оттянул резинку на белье у Коваленко. Руки нырнули внутрь и, придерживая за мошонку, высвободили активно реагирующий член. Пенис у Коваленко был такой же, как и он сам — небольшой, но крепкий, с крупной головкой насыщенного темного цвета.
— Ты такой приятный на ощупь, — пальцы скользнули по стояку. Степан вздрогнул, когда кожу оттянули от крайней плоти. И он почувствовал, как надавили на отверстие, из которого уже сочилась смазка. Алексей опустил взгляд через плечо и осторожно размазывал выделившуюся каплю по головке.
«Жаль, нельзя в рот взять», — мысленно облизываясь, вздохнул парень.
У него тоже участилось дыхание. Ремнев непроизвольно прижался своим пахом к боку мужчины. Степан почувствовал, какое желание он вызывает в партнере. Это будоражило, возбуждало и без того расшатанные нервы.
Алексей, сидя сзади, не переставал работать рукой, другой гладил и пощипывал грудь мужчины. Губы блуждали по шее. Легкие покусывания за ухом заставляли мурашки табунами бегать по коже.
Много времени не потребовалось. Слишком давно Степан «не спускал давление». Он прогнулся в пояснице, толкнулся в руку Алексею, с силой цепляясь в бедро парня. С тихим «Ахх!» мужчина кончил, откинувшись затылком на его плечо.
Ремнев поднял руку и медленно облизал ее. Коваленко наблюдал мутными глазами, как длинные пальцы скользят между влажными губами партнера.
«Не смотри на меня так, а то возможны нежелательные продолжения», — подумал Алексей, вожделенно разглядывая мужчину. «Неудивительно, что его партнерши утром не хотели уходить. Кончать с таким выражением на лице — преступление».
Он подтянул полотенце и аккуратно вытер Коваленко. Тот молча ошарашено таращился на парня и совершенно не сопротивлялся, когда его осторожно, как ценную ношу, уложили на кровать и укрыли одеялом.
— Спи, — прошептал Ремнев и пошел в душ.
Оставшись один на один с собой, парень уставился на отражение в зеркале.
«Поздравляю тебя, Алексей, ты — придурок».
Он включил воду и посмотрел на руки. Нужно было бы сполоснуть, но тогда вкус чужого семени навсегда пропадет в стоке воды.
Ремнев опять засунул пальцы в рот и собрал остатки послевкусия.
«Оно того стоило? Поставить под удар хорошие приятельские отношения? Поддаться минутной слабости?»
«Стоило, — честно признался сам себе. — И повторил бы снова. И снова. И много раз, если бы можно было».
Парень встал под душ и ласкал себя, пока еще в ушах звучал вскрик Степана, бедро чувствовало его пальцы, а во рту привкус спермы.
В комнату заходил с опаской.
Мало ли что? Может Коваленко сейчас его на штопор намотает?
Но тот спал и во сне выглядел спокойно и умиротворенно. Парень поправил на нем одеяло, борясь с сильным желанием пристроиться рядом и уткнуться носом между лопаток.
Открыл глаза. Еще несколько секунд лежал, наслаждаясь полусонным состоянием, пока не услышал, что его сосед по комнате пыхтит где-то в районе пола. Вчерашнее воспоминание заставило подскочить на кровати.
— Чего ты дергаешься? — Ремнев, как обычно, делал утренние отжимания и равнодушно поглядел на мужчину.
— Ничего, — промямлил Степан. Он схватил очки и спросонок пытался надеть их, попадая дужкой в глаз.
«Ну нельзя же быть таким… с утра», — подумал Алексей. Кажется, его взгляд был более чем красноречивый, так как Коваленко непроизвольно подтянул одеяло к груди.
— Ты уже говорил, — Степан растерялся, не знал, что делать, но тело предательски подставлялось под неожиданные ласки. Дыхание сбилось, а сердце готово было выпрыгнуть из груди.
— И это говорил? Когда успел? — руки скользнули вверх, задевая грудь и соски.
— Пить нужно меньше, — судорожно сглотнул, во рту прибавилось слюны.
— Больше не буду, а то все интересное пропускаю, — Алексей резко поднял локоть мужчины и провел широким влажным языком между грудной мышцей и подмышкой.
У Коваленко непроизвольно вырвался вздох удовольствия. Он, конечно, знал, что там есть эрогенная зона, но никогда не практиковал этого. Ни со своей женой, ни с редкими партнершами. Поэтому среагировал громко даже для самого себя.
Ремнев, коварно улыбаясь, повторил, подключая губы. Его рука опустилась вниз, скользнула по бедру и аккуратно без резких движений погладила пах.
У Степана от спонтанных нежных прикосновений перехватило дыхание. Было невероятно приятно и возбуждающе. Кожа горела, просила, требовала продолжения и более активных действий со стороны партнера, но мысли в голове орали в ужасе, фиксируя происходящее.
— Ш-ш, — успокоил его парень, аккуратно снимая с него очки. — Я не сделаю того, что тебе не понравится. Расслабься и получай удовольствие.
Он опять скользнул за спину и оттянул резинку на белье у Коваленко. Руки нырнули внутрь и, придерживая за мошонку, высвободили активно реагирующий член. Пенис у Коваленко был такой же, как и он сам — небольшой, но крепкий, с крупной головкой насыщенного темного цвета.
— Ты такой приятный на ощупь, — пальцы скользнули по стояку. Степан вздрогнул, когда кожу оттянули от крайней плоти. И он почувствовал, как надавили на отверстие, из которого уже сочилась смазка. Алексей опустил взгляд через плечо и осторожно размазывал выделившуюся каплю по головке.
«Жаль, нельзя в рот взять», — мысленно облизываясь, вздохнул парень.
У него тоже участилось дыхание. Ремнев непроизвольно прижался своим пахом к боку мужчины. Степан почувствовал, какое желание он вызывает в партнере. Это будоражило, возбуждало и без того расшатанные нервы.
Алексей, сидя сзади, не переставал работать рукой, другой гладил и пощипывал грудь мужчины. Губы блуждали по шее. Легкие покусывания за ухом заставляли мурашки табунами бегать по коже.
Много времени не потребовалось. Слишком давно Степан «не спускал давление». Он прогнулся в пояснице, толкнулся в руку Алексею, с силой цепляясь в бедро парня. С тихим «Ахх!» мужчина кончил, откинувшись затылком на его плечо.
Ремнев поднял руку и медленно облизал ее. Коваленко наблюдал мутными глазами, как длинные пальцы скользят между влажными губами партнера.
«Не смотри на меня так, а то возможны нежелательные продолжения», — подумал Алексей, вожделенно разглядывая мужчину. «Неудивительно, что его партнерши утром не хотели уходить. Кончать с таким выражением на лице — преступление».
Он подтянул полотенце и аккуратно вытер Коваленко. Тот молча ошарашено таращился на парня и совершенно не сопротивлялся, когда его осторожно, как ценную ношу, уложили на кровать и укрыли одеялом.
— Спи, — прошептал Ремнев и пошел в душ.
Оставшись один на один с собой, парень уставился на отражение в зеркале.
«Поздравляю тебя, Алексей, ты — придурок».
Он включил воду и посмотрел на руки. Нужно было бы сполоснуть, но тогда вкус чужого семени навсегда пропадет в стоке воды.
Ремнев опять засунул пальцы в рот и собрал остатки послевкусия.
«Оно того стоило? Поставить под удар хорошие приятельские отношения? Поддаться минутной слабости?»
«Стоило, — честно признался сам себе. — И повторил бы снова. И снова. И много раз, если бы можно было».
Парень встал под душ и ласкал себя, пока еще в ушах звучал вскрик Степана, бедро чувствовало его пальцы, а во рту привкус спермы.
В комнату заходил с опаской.
Мало ли что? Может Коваленко сейчас его на штопор намотает?
Но тот спал и во сне выглядел спокойно и умиротворенно. Парень поправил на нем одеяло, борясь с сильным желанием пристроиться рядом и уткнуться носом между лопаток.
Глава 20
За долгое время Коваленко спал как младенец. Снилось что-то приятное, но совершенно не уловимое, ускользающее.Открыл глаза. Еще несколько секунд лежал, наслаждаясь полусонным состоянием, пока не услышал, что его сосед по комнате пыхтит где-то в районе пола. Вчерашнее воспоминание заставило подскочить на кровати.
— Чего ты дергаешься? — Ремнев, как обычно, делал утренние отжимания и равнодушно поглядел на мужчину.
— Ничего, — промямлил Степан. Он схватил очки и спросонок пытался надеть их, попадая дужкой в глаз.
«Ну нельзя же быть таким… с утра», — подумал Алексей. Кажется, его взгляд был более чем красноречивый, так как Коваленко непроизвольно подтянул одеяло к груди.
Страница 52 из 66
