Подземное озеро

Зря я сказал последние слова, потому что, услышав их, Алевтина заголосила еще сильнее, а Никодимыч с двустволкой направился в дом:

— А вот я сейчас и проверю, как это ваш третий дружбан спит!

Мы не смогли его остановить. Он пинком распахнул дверь клетушки и заорал:

— Встать, руки вверх!

Владька с Риткой вскочили, подняли руки и с недоумением уставились на нас.

— Мамочки, а чегой-то они голые?

— заголосила Алевтина, протиснувшись следом за нами.

— Спали потому что, — ответил за всех я.

— Да кто же это в голом виде спит? — не унималась Алевтина.

— Многие люди так спят!

— Я знала, что в городе живут одни распутники, но чтобы до такой степени… Я попробовал перевести действие в другое русло.

— Так, Никодимыч, он спал и на нем нет крови. Пойдем, посмотрим куда след ведет. Может там твоя собака кровью истекает и в помощи нуждается!

Эти слова возымели на Никодимыча нужное действие. Он развернулся и бросился на улицу, снося всё и всех на своем пути. Мы побежали за ним, оставив испуганных Владьку с Риткой.

Сторож, не выпуская ружья из рук, зашел в беседку, включил свет и стал спускаться по лестнице. Кровавый след виднелся на всех ступенях. В полумраке эти пятна казались черными.

Дойдя до мостков, Никодимыч остановился и тупо уставился на темную поверхность подземного озера. Минут пять он стоял не шевелясь. За это время Алевтина доплелась до мостков, увидела обрывающийся кровавый след и закричала:

— Утопили ироды нашу Герочку!

Лучше бы она промолчала, потому что Никодимыч опять навел ружье на нас и заорал:

— Какой гад утопил мою собаку?

Говори, а то начну стрелять без разбору!

Подземелье отзывалось гулким эхом, и казалось, что кричит не один рыжеватый старикан, а целый хор.

— Если бы кто-то захотел утопить собаку, то ему бы пришлось залезть в озеро вместе с ней, а мы все сухие! — сказал Гарик.

Никодимыч на минуту завис. Его мозг, отравленный спиртом, соображал с трудом. И тут у него в голове срослось:

— Тот, третий ваш друган мокрый был! Я видел, на полу его одежда валялась! Меня не проведешь!

Он развернулся и бросился вверх по винтовой лестнице, вырубленной в каменной толще. Я не знал что и делать.

Гарик бежал рядом со мной, и по его лицу я видел, что он тоже судорожно думает на эту тему:

— Никодимыч, давай вызовем милицию. Если ты убьешь Владьку, то тебя посадят за убийство. Даже если Владька виноват.

— А мне плевать, я ему отомщу, а там пусть делают что хотят!

Я попробовал вставить свое слово:

— Отец, ты понимаешь, что это мог сделать какой-то посторонний человек?

— Нет у нас здесь посторонних! - отрезал Никодимыч.

Видя, что разговор завязывается, я продолжил:

— Какой-нибудь бандит узнал о подземелье и приехал искать сокровища. Собака увидела чужого и напала. Ты сейчас Владьку убьешь, а бандит спрячется. Тебя заберут в тюрьму, твоя Алевтина одна, а рядом вооруженный бандит. Надо вызывать милицию!

Никодимыч остановился посреди двора и опять впал в ступор. Алевтина наконец-то поднялась, вышла к нему и отвела его в сторону, что-то шепча на ухо. Светка ушла в дом к Владьке с Риткой. Мы остались с Гариком вдвоем.

— Ты-то сам что по этому поводу думаешь? — спросил я.

— Версия с бандитом маловероятна, — отозвался Гарик.

— Не стал бы он прятаться в подземелье.

— У тебя есть своя версия?

— Да, только она такая, фантастическая.

— Не тяни.

— Когда Владька упал в подземное озеро, оно создало его клон, который поднялся по лестнице, чтобы убить свой старый прототип. Тут на него набросился алабай. Клон убежал к подземному озеру, и там утопил собаку.

— Ну ты и загнул! Ты же врач, а в такую ахинею поверил! С чего ты так решил?

— Я смотрю на эти следы, и понимаю, что это кровь не человеческая, и не собачья. У нее свертываемость другая. Да и цвет отличается.

— Кровь странная, говоришь? Тогда у меня еще одна версия есть! Это убийство собаки сами хозяева и подстроили. Геру спрятали, измазали лестницу кетчупом, а перед нами спектакль разыграли.

— Зачем им это?

— Чтобы бабла с нас побольше срубить.

— Хорошая версия. Только это не объясняет поведения собаки.

— А твоя версия что говорит?

— Гера почувствовала, что подземное озеро создало клона, и на него гавкала. А потом выла. Собака воет, когда чует покойника.

— Да ну тебя с твоей мистикой! У меня аж мурашки по коже! Надо же такое придумать: покойник. Ты можешь точно сказать: это все-таки кровь, или вода подкрашенная?

— Это кровь. Чтобы сказать точнее, потребуется лаборатория. Может, это кровь какого-то экзотического животного, но тут я не силен. Я же хирург, а не ветеринар.

— Я сначала решил, что это Владька очередной розыгрыш придумал. А теперь понимаю, что он тут не виноват.

— Конечно, это не его рук дело, — улыбнулся Гарик, — ведь большинство его розыгрышей сочиняю я, а он их реализует.

— Так это ты придумал как Владькину жену до инфаркта довести?

— Какой инфаркт, я тебя умоляю? Мы хотели и Светку тоже напугать. Но Ритка так заорала, что всех разбудила.