Для обычного подростка жизнь не готовит ничего особенного просто по определению. Однако, когда ты с самого начала обладаешь довольно странными качествами, жизнь просто обязана преподнести тебе что-то крутое. Нет, не соседа в теле. Нет, не клоуна-убийцу. Нет, нет, нет, жизнь, ты слышала?
278 мин, 28 сек 4548
Блять, придурок, только выживи, и я дам тебе второй шанс. Серьезно! Черт, он же крылатый, он же должен был выжить. Дерьмовое чувство, когда такое происходит. Впервые! Я еще никому не давал обещаний и не выполнял их. Я вообще никому не давал обещаний. Почти. Прошлого я действительно убил сам.
— Ты гребаный придурок! А я еще считал тебя лапушкой!
… … …
Я опять поспешил с обещаниями.
Ноги болели, тело болело, болело вообще все, что можно! Я не мог понять, был ли удар об землю, умираю ли я, или все это только мне почудилось. Дышать получалось с трудом, точно так же, как и смотреть… нет, смотреть совершенно не получалось. Будто я ослеп. Или оказался в комнате без окон. Неужели именно так себя чувствуешь, когда умираешь?
Я попытался дернуться, но понял, что меня что-то крепко удерживает. Что-то, что оплелось вокруг всего тела, затрудняя дыхание и перекрывая возможность видеть. Черт возьми, он все-таки меня поймал. Фух.
— Мерлин, спасибо, — сумел выдавить я, несмотря на то, что челюсть практически не двигалась.
Хватка немного ослабла, а секунду спустя я полетел к земле. Благо, теперь до нее оставалось всего несколько метров, но нос при соприкосновении с холодной травой пронзило болью. Не хватало только сломать себе что-нибудь!
Слабо простонав, я попытался встать с травы, но пока это не представлялось возможным. Наверное, этот маньяк сжал слишком сильно. Да, точно. Вот сейчас с вероятностью в 90% окажется, что у меня сломана нога. С моим везением это будет еще удачей.
Осторожно перекатившись на бок — благо, это я смог провернуть — я подтянул колени к груди, ощупывая. Так, только легкая боль. Ничего не сломано. Фууууух, я еще легко отделался.
Подняв глаза, я увидел перед собой морду Тонкого. Он специально так соблазнительно наклонился, чтобы я мог по ней ударить? Только подумать, отпустить меня на такой высоте. А если бы у меня сердечный приступ был бы? Наверное, ясно, что если я не улетел от него сразу же, то летать теперь не могу в принципе. Осталось только выяснить, сколько же я «не смогу летать» и почему так происходит.
Вздохнув, я проигнорировал так соблазнительно подставленную голову, а потом снова сделал попытку встать. Получилось встать лишь на четвереньки, но это уже прогресс. Эволюция тоже не за день из рыб млекопитающих сделала, вот так то.
Еще полминуты ушло на то, чтобы окончательно подняться на ноги. Эволюция была не такой быстрой, поэтому у меня появился повод немного гордиться собой. А еще появилась возможность высказать этому монстрятине все, что я о нем думаю.
— Ты гребаный придурок! А я еще считал тебя лапушкой!
Он даже не отпрянул, хотя я орал достаточно громко. Грх, покусать его мало.
— Считаем, что я проиграл из-за тебя. Ты меня чуть не угробил, между прочим.
На это Тонкий тоже не отреагировал. Мда. Может, он просто завис? А если он завис, то я быстренько могу смотаться в какое-нибудь здание, а там уже попрятаться. Почему бы и нет, спрашивается. Час еще не прошел, но, может, осталось не очень много.
Оглядевшись, я уже хотел привести план в исполнение, но… Джек стоял в… метрах пятнадцати?… а еще шел как раз по направлению к нам. Сглотнув, я постарался найти глазами что-то, похожее на Комнату страха, в которой можно было бы спрятаться, но ближайшим аттракционом было Чертово колесо, на которое я не хотел возвращаться. Но на котором, все же, было не так страшно, как стало сейчас.
— Джек… может, все-таки… не надо? — тихо спросил я, надеясь, что он услышит.
Тот, даже если и услышал, решил проигнорировать. И продолжал подходить. В руках у него ничего не было, но я все еще помнил, как именно у него устроены руки, и какие в них прячутся когтищи.
«Рийо, ты хорошо жил», — постарался успокоить я себя, чтобы принять смерть как партизаны во время ВОВ, но сердце против воли начало учащенно биться.
Не хотелось умирать. Я же мог послужить науке, как очень странный вид человека. Я мог стать частью Людей Икс. Я мог просто завести собачку и жить себе, работая адвокатом. Я мог делать много всего, в частности, я мог не умирать.
— С меня причитается, — кивнул Джек Тонкому, тот немного постоял, а потом внезапно пропал.
Теперь было чуть больше шансов убежать…
— Джек… — посмотрев на него взглядом побитой собаки — надеюсь, именно такой у меня был взгляд — даже прикусив губу, чтобы выглядело как можно невиннее и грустнее, я отошел на шаг назад.
— Стой на месте, — мрачно оборвал мужчина, ускоряя шаг.
«Пока, Рийо», — помахал мне ручкой мозг, и я зажмурился. Прошло пару секунд, а потом шаги Джека стихли. Зато я почувствовал совсем рядом его дыхание.
— Открывай глаза.
— Если я это сделаю, то бухнусь в обморок. Тебе будет не интересно резать не трепыхающуюся жертву, — нашел причину держать глаза закрытыми я.
Было слишком страшно, что я сейчас не выдержусь и расплачусь. Как какая-то истеричка из фильмов ужасов, которая бросается на Фредди Крюгера с визгами: «Не убивай меня, ты же в душе хороший». В душе-то хороший, только давно уже там не был. Дефицит у злодеев душей, ага, да.
— Ты гребаный придурок! А я еще считал тебя лапушкой!
… … …
Я опять поспешил с обещаниями.
Ноги болели, тело болело, болело вообще все, что можно! Я не мог понять, был ли удар об землю, умираю ли я, или все это только мне почудилось. Дышать получалось с трудом, точно так же, как и смотреть… нет, смотреть совершенно не получалось. Будто я ослеп. Или оказался в комнате без окон. Неужели именно так себя чувствуешь, когда умираешь?
Я попытался дернуться, но понял, что меня что-то крепко удерживает. Что-то, что оплелось вокруг всего тела, затрудняя дыхание и перекрывая возможность видеть. Черт возьми, он все-таки меня поймал. Фух.
— Мерлин, спасибо, — сумел выдавить я, несмотря на то, что челюсть практически не двигалась.
Хватка немного ослабла, а секунду спустя я полетел к земле. Благо, теперь до нее оставалось всего несколько метров, но нос при соприкосновении с холодной травой пронзило болью. Не хватало только сломать себе что-нибудь!
Слабо простонав, я попытался встать с травы, но пока это не представлялось возможным. Наверное, этот маньяк сжал слишком сильно. Да, точно. Вот сейчас с вероятностью в 90% окажется, что у меня сломана нога. С моим везением это будет еще удачей.
Осторожно перекатившись на бок — благо, это я смог провернуть — я подтянул колени к груди, ощупывая. Так, только легкая боль. Ничего не сломано. Фууууух, я еще легко отделался.
Подняв глаза, я увидел перед собой морду Тонкого. Он специально так соблазнительно наклонился, чтобы я мог по ней ударить? Только подумать, отпустить меня на такой высоте. А если бы у меня сердечный приступ был бы? Наверное, ясно, что если я не улетел от него сразу же, то летать теперь не могу в принципе. Осталось только выяснить, сколько же я «не смогу летать» и почему так происходит.
Вздохнув, я проигнорировал так соблазнительно подставленную голову, а потом снова сделал попытку встать. Получилось встать лишь на четвереньки, но это уже прогресс. Эволюция тоже не за день из рыб млекопитающих сделала, вот так то.
Еще полминуты ушло на то, чтобы окончательно подняться на ноги. Эволюция была не такой быстрой, поэтому у меня появился повод немного гордиться собой. А еще появилась возможность высказать этому монстрятине все, что я о нем думаю.
— Ты гребаный придурок! А я еще считал тебя лапушкой!
Он даже не отпрянул, хотя я орал достаточно громко. Грх, покусать его мало.
— Считаем, что я проиграл из-за тебя. Ты меня чуть не угробил, между прочим.
На это Тонкий тоже не отреагировал. Мда. Может, он просто завис? А если он завис, то я быстренько могу смотаться в какое-нибудь здание, а там уже попрятаться. Почему бы и нет, спрашивается. Час еще не прошел, но, может, осталось не очень много.
Оглядевшись, я уже хотел привести план в исполнение, но… Джек стоял в… метрах пятнадцати?… а еще шел как раз по направлению к нам. Сглотнув, я постарался найти глазами что-то, похожее на Комнату страха, в которой можно было бы спрятаться, но ближайшим аттракционом было Чертово колесо, на которое я не хотел возвращаться. Но на котором, все же, было не так страшно, как стало сейчас.
— Джек… может, все-таки… не надо? — тихо спросил я, надеясь, что он услышит.
Тот, даже если и услышал, решил проигнорировать. И продолжал подходить. В руках у него ничего не было, но я все еще помнил, как именно у него устроены руки, и какие в них прячутся когтищи.
«Рийо, ты хорошо жил», — постарался успокоить я себя, чтобы принять смерть как партизаны во время ВОВ, но сердце против воли начало учащенно биться.
Не хотелось умирать. Я же мог послужить науке, как очень странный вид человека. Я мог стать частью Людей Икс. Я мог просто завести собачку и жить себе, работая адвокатом. Я мог делать много всего, в частности, я мог не умирать.
— С меня причитается, — кивнул Джек Тонкому, тот немного постоял, а потом внезапно пропал.
Теперь было чуть больше шансов убежать…
— Джек… — посмотрев на него взглядом побитой собаки — надеюсь, именно такой у меня был взгляд — даже прикусив губу, чтобы выглядело как можно невиннее и грустнее, я отошел на шаг назад.
— Стой на месте, — мрачно оборвал мужчина, ускоряя шаг.
«Пока, Рийо», — помахал мне ручкой мозг, и я зажмурился. Прошло пару секунд, а потом шаги Джека стихли. Зато я почувствовал совсем рядом его дыхание.
— Открывай глаза.
— Если я это сделаю, то бухнусь в обморок. Тебе будет не интересно резать не трепыхающуюся жертву, — нашел причину держать глаза закрытыми я.
Было слишком страшно, что я сейчас не выдержусь и расплачусь. Как какая-то истеричка из фильмов ужасов, которая бросается на Фредди Крюгера с визгами: «Не убивай меня, ты же в душе хороший». В душе-то хороший, только давно уже там не был. Дефицит у злодеев душей, ага, да.
Страница 23 из 72
