Пока ты меня ненавидишь

Ступеньки начинались выше человеческого ростаи, спустя пару пролётов врастали вглухую стену под немыслимым углом. Лис приподнялась нацыпочки ипопыталась дотянуться донижней. Пальцы лишь слегка коснулись самого краешка, ощутив намиг губчатую пульсирующую поверхность. Отнеожиданности девушка вскрикнула исделала шаг назад, налетев при этом нанеизвестно откуда взявшиеся искорёженные детские качели. Внебе над самым горизонтом висело облако, напоминающее огромного карася находулях. Тонкие ноги острыми смерчиками-штопорами буравили воду. Лис поспешно отвернулась, чувствуя, что ещё немного, иона начнёт сходить сума. Интересно, как тогда поступит Арумел? Бросит еётут или отправит вобещанныйад? Словно вответ наеёмысли песок под ногами медленно заскользил иначал закручиваться вворонку. Новследующее мгновение вдруг застыл неоконченной волной, аЛис вдруг оказалась вванной. Впарком воздухе пахло шампунем, лавандовым мылом иванилью. Изнеплотно прикрытого крана внаполненную ванну капала вода. Почему-то именно звук падающих капель заставил Лис сразу поверить вреальность происходящего.

Марина лежала в воде. Из заколотых наверх волос выбилось несколько прядок, глаза были распахнуты и смотрели прямо перед собой. Губы безмолвно шевелились. Внезапно на Лис нахлынули всё чувства испытываемые подругой. Страх. Эта темнота, неотвратимая и всепоглощающая, от которой нет спасения. Отчаяние, граничащее с болью. Ожидание. Вошедшее в привычку и никому больше не нужное. Равнодушие. Какая разница, что будет с ней, какая разница, что вообще будет дальше? Опустошение. С этим так легко покончить. Рука сама потянулась за острым лезвием. Лис хотела закричать, остановить, но не смогла сдвинуться с места. Резкая боль обожгла запястья. Это… конец? Тень выступила из стены, заслоняя свет. Обретая трёхмерность. Арумел. Её охватил ужас. Что она наделала?! Последним усилием она попыталась удержаться на краю, но мир уже стал гаснуть. Лис почувствовала, как её уносит каким-то тёмным потоком в бездну. Спустя часы, а может минуты, когда к Лис вернулось зрение, она увидела прямо перед собой ту самую стену масок, которая так испугала её совсем недавно. Искаженные болезненными гримасами лица смотрели с отсутствующим, пустым выражением. Глаза потеряли свой цвет и казались водянистыми. И среди этого безумия лицо Марины, вплетённое в общий орнамент и уже ставшее единым целым с адским хороводом масок. А в следующее мгновение Лис почувствовала, как её затягивает в эту стену. Тело скрутила невыносимая боль.

Свежий морской ветер оставлял нагубах солоноватый привкус. Лис неверяще обвела взглядом окружающее пространство. Еёвсё ещё трясло отувиденного. Голова раскалывалась отболи. Былоли это следствием утреннего падения илиже сказалась длительная голодовка снервным перенапряжением… данеодинли чёрт? Нагоризонте небо уже розовело закатной полоской. Отфонарей ивдоль парапета легли густые тени. Что за? Сколькоже она так просидела тут. Или… несидела? Вполе зрения попали ноги одетые впотёртые джинсы. Лис всю передёрнуло. Ончто так истоял всё это время рядом? Ждал? Караулил? Какого чёрта ему вообще надо?! Стараясь необращать внимания, нанастойчиво колотящие постенкам черепа молоточки, она подняла голову ипосмотрела насвоего мучителя.

— Это был сон.

— Да? Ачто такое сон? — Арумел сделанным любопытством окинул Лис внимательным взглядом.

— Тысейчас спишь?

— Я… — молоточки ввисках превратились вкувалды. Сграцией инвалида девушка поднялась наноги, итутже ухватилась заперила парапета, чтобы неупасть. Нет. Ниводном сне неможет так адски трещать голова. Ккувалде, похоже, присоединился сверлящий бур. Ноесли всё несон… — Тывсёже убилеё! — вырвалось унеё.

— Нет.

— Она умерла из-за тебя. Из-за страха перед тобой! — Лис сжала виски руками, пытаясь хоть немного умерить боль.

— Она сама сделала свой выбор.

— Она боялась тебя!

— Иодновременно ждала. Она боялась ихотела меня. Ноеёстрах отступал перед еёжеланием. Она слишком быстро сдалась. Слишком быстро ислишком скучно. Пресно.

— Мразь! — Лис еле удержалась, чтобы ненаброситься нанего скулаками.

— Она боялась тебя! Тысказал, что тебе нужен страх, так какого рожна тыеёнеостановил? Если говоришь, что неубивал?!

— Янечиню сломанные игрушки, если они больше ненужны, — голос Арумела звучал всё также спокойно иравнодушно. Словно онобъяснял надоевший уже урок.

— Зачем она была тебе вообще нужна? Зачем тыпришёл? Зачем мывсе тебе нужны? Почему именномы? Что внас такого… — Чёрное-красное-зеро… Необольщайся, ниодна извас непредставляет ничего особенного. Считай это случайным выбором судьбы сыгравшей врулетку. Тыверишь всудьбу?

— Мразь!

— Тыповторяешься. Это скучно.

— Чудовище.

— Аещё— никогда нестоит заглядывать вприоткрытую дверь. Особенно взазеркалье.