Пока живет Солнце

— Ярко-синее небо. Красно-рыжий песок. Весь мир — бескрайняя дорога без морей и океанов. Сегодня тридцать шесть тысяч четыреста девяносто девятый день шестой эпохи после начала эпидемии…

— По второму кругу, что ли! — возмутилась Дэт.

Ханзо продолжал:

— Чтобы жить, вампирам нужна свежая кровь. Своих жертв вампиры либо убивают, либо превращают в себе подобных. И, хотя я всеми силами запрещал себе об этом думать, меня всегда мучил вопрос: что произойдет, если на Земле останутся одни вампиры?

Кри била дрожь. Она поняла, куда так пристально смотрит Ханзо. Высокая-высокая скала, под которой раскинулась бесконечно глубокая черная пропасть. Словно завороженный, Ханзо двинулся на запад. Сделал несколько шагов и остановился: Кри повисла у него на руке, вцепившись в ладонь, головой уткнувшись ему в плечо.

— Они оба спятили? — тихо спросил Котто.

Дэт недоуменно хмыкнула.

— Если ни у кого нет возражений, мы идем на восток, — помолчав, сказал Ханзо.

— Котто может к нам присоединиться.

Дэт радостно взвизгнула:

— Ханзо, я тебя обожаю! Хоть ты и полный псих!

Схватив Котто за руку, она поволокла его вперед, что-то оживленно болтая.

Ханзо посмотрел на Кри. Она все еще прижималась к его плечу. Слегка склонившись к ней, он осторожно провел пальцами по ее щеке. Вместе они двинулись вперед.

Подумав, Ханзо окликнул Дэт.

— Ну чего? — пробурчала она, вынужденная отвлечься от разговора с Котто.

— Я хочу записать твои воспоминания.

— Серьезно! Вот прям честно-честно-честно!

— Да. Расскажешь?

— Еще бы!

— Кри, ты тоже. И ты, Котто.

«Сегодня тридцать шесть тысяч пятисотый день шестой эпохи после начала эпидемии. Мир изменился вопреки нам. Мир изменился вместе с нами. Но я по-прежнему верю, что нам удастся продолжить ход истории. Ведь пока живет Солнце, мы живем вместе с ним».