Фандом: Мстители, Гарри Поттер. Подвыпившие подружки на девичнике и запрещенное заклинание «родственной души» приводят Гермиону к пересмотру всего того, что она знала и во что верила, особенно, в отношении Бога коварства и лжи, который и есть её вторая половинка.
82 мин, 53 сек 14306
Снова опустив голову, Локи слегка провёл носом по её шее, вдыхая аромат. Она пахла розами, сексом и чем-то, что скорее всего и было ею. Это было настолько опьяняюще, что Локи понял, что никогда не захочет позволить ей покинуть его рук. Проложив дорожку из поцелуев до её губ, он остановился.
— Не могу дождаться, когда смогу снова взять тебя, Гермиона.
— Ох, святой Мерлин, — пробормотала Гермиона, прежде чем Локи набросился на её губы с обжигающим поцелуем, касаясь её своими бедрами, давая почувствовать, насколько он возбуждён. По своим ощущениям она сама недалеко ушла от него, её трусики промокли, а щёчки снова покраснели от смущения. — Локи, — выдохнула она, прикрыв глаза от удовольствия.
— Это значит «да»? — спросил он, подцепив пальцами её трусики. Кончиком языка он провёл по её нижней губе, отчего у неё сорвалось дыхание. Он услышал запах её возбуждения и нетерпеливо рыкнул.
Стараясь взять свои эмоции под хоть какой-нибудь контроль, Гермиона открыла глаза. Она знала, что должна сказать «нет» и постараться узнать Локи поближе должным образом, прежде чем снова заняться с ним сексом, но, честно говоря, не хотела этого. Она хотела его, очень сильно. Они были родственными душами, у них ещё будет время узнать любимые цвета и еду друг друга позже. Так что, окончательно потеряв голову, Гермиона кивнула и почти прорычала:
— Да, Локи. Святой Годрик, возьми же меня, наконец!
— Не знаю, кто такой этот чёртов Годрик, но не уверен, что хочу делить тебя с ним, — пробурчал Локи, прежде чем поцеловать её. Она простонала, позволяя его языку встретиться с её и распробовать её на вкус. В то же время он разорвал её трусики, насладившись её изумлённым вздохом. И, дабы они не задохнулись, он разорвал поцелуй, облизнув её губы в почти хищной манере. — Если мы с тобой связаны, ты моя и только моя.
Гермиона задыхалась, её сердце разрывалась между тем, чтобы не принадлежать никому, и тем, чтобы полностью принадлежать и быть поглощённой богом, стоящим перед ней. Её стеночки сжались в ожидании, и это было тем самым ответом, что её требовался. Она была полностью разбита и виной тому было заклинание — целиком и полностью. — Заткнись и сделай меня своей, — поддразнила она Локи, на что он слегка выгнул в удивлении бровь. Тогда она прыгнула на него, обхватывая ногами талию, и с нетерпением целуя его, а он поймал её с лёгкостью.
Всегда с удовольствием принимая вызовы, Локи отнес её в ванную, и там они продолжали терзать губы друг друга. Вода в ванной была горячей, и, как только она коснулся их тел, Локи понял, что не продержится долго. Он прикинул, что у них ещё будет достаточно времени, чтобы заняться всем этим медленно, особенно когда это невероятно жгучее желание слегка притупится и они смогут устроиться в постели. Ну, а теперь для него настало время заявить свои права на Гермиону. Разорвав поцелуй, он медленно переместился к месту, где соединяются её шея и плечо, и сильно прикусил его. Локи понимал, что это слегка поранит её, но Гермиона закричала не от боли, а от удовольствия.
— О Господи, да! — выкрикнула Гермиона, захлёстнутая волной оргазма после укуса Локи. Её бедра задрожали, и она крепче обхватила талию Локи. — По-видимому, я точно слегка мазохистка, — пробормотала она, проведя рукой по его волосам на плечах.
— Похоже, что так и есть, — согласился Локи, облизнув губы, а затем прошёл с ней на мелководье и прижал её спиной к стене. — Не вижу в этом никакой проблемы, а если честно, то даже предпочёл бы, чтобы так и было.
Гермиона хихикнула, и этот радостный звук растопил его ледяное сердце. Локи смотрел на неё с благоговением, удивляясь тому влиянию, что она оказала на него за такой короткий срок. Может быть, они действительно были родственными душами и им просто суждено было найти друг друга и влюбиться? Но способен ли был Локи на настоящую любовь? Как будто почувствовав его неуверенность, Гермиона погладила его по щеке, а затем коротко поцеловала его, и, отстранившись, слегка улыбнулась.
— Не раздумывай над этим слишком сильно, Локи. Если мы сейчас начнём анализировать, то уже никогда не дадим ростку наших чувств шанса расцвести, — он понимал, что в этом нет никакой проблемы, поведя достаточно времени в размышлениях о своей судьбе и будущем в заточении в подземельях. Он был расстроен, что эти четыре стены будут единственным, что он увидит в своей дальнейшей жизни. А любовь могла стать для него новым началом, и, кажется, сейчас он готов рискнуть. Особенно, если это в итоге будет означать свободу, счастье и возможность любить и быть любимым — тогда всё отлично.
— И что же нам тогда следует делать? — спросил он, бросив взгляд сначала на её губы, а затем встретился с её взглядом. Это было что-то новенькое для него. У никогда прежде не было отношений, ну, если это можно считать таковыми. Они были соединены заклинанием, шансом судьбы, объединившим их души и подарившим им шанс на счастье, если они этого пожелают. Гермиона ведь может остановиться в любой момент и вернуться в Мидгард, оставив его гнить в своей камере.
— Не могу дождаться, когда смогу снова взять тебя, Гермиона.
— Ох, святой Мерлин, — пробормотала Гермиона, прежде чем Локи набросился на её губы с обжигающим поцелуем, касаясь её своими бедрами, давая почувствовать, насколько он возбуждён. По своим ощущениям она сама недалеко ушла от него, её трусики промокли, а щёчки снова покраснели от смущения. — Локи, — выдохнула она, прикрыв глаза от удовольствия.
— Это значит «да»? — спросил он, подцепив пальцами её трусики. Кончиком языка он провёл по её нижней губе, отчего у неё сорвалось дыхание. Он услышал запах её возбуждения и нетерпеливо рыкнул.
Стараясь взять свои эмоции под хоть какой-нибудь контроль, Гермиона открыла глаза. Она знала, что должна сказать «нет» и постараться узнать Локи поближе должным образом, прежде чем снова заняться с ним сексом, но, честно говоря, не хотела этого. Она хотела его, очень сильно. Они были родственными душами, у них ещё будет время узнать любимые цвета и еду друг друга позже. Так что, окончательно потеряв голову, Гермиона кивнула и почти прорычала:
— Да, Локи. Святой Годрик, возьми же меня, наконец!
— Не знаю, кто такой этот чёртов Годрик, но не уверен, что хочу делить тебя с ним, — пробурчал Локи, прежде чем поцеловать её. Она простонала, позволяя его языку встретиться с её и распробовать её на вкус. В то же время он разорвал её трусики, насладившись её изумлённым вздохом. И, дабы они не задохнулись, он разорвал поцелуй, облизнув её губы в почти хищной манере. — Если мы с тобой связаны, ты моя и только моя.
Гермиона задыхалась, её сердце разрывалась между тем, чтобы не принадлежать никому, и тем, чтобы полностью принадлежать и быть поглощённой богом, стоящим перед ней. Её стеночки сжались в ожидании, и это было тем самым ответом, что её требовался. Она была полностью разбита и виной тому было заклинание — целиком и полностью. — Заткнись и сделай меня своей, — поддразнила она Локи, на что он слегка выгнул в удивлении бровь. Тогда она прыгнула на него, обхватывая ногами талию, и с нетерпением целуя его, а он поймал её с лёгкостью.
Всегда с удовольствием принимая вызовы, Локи отнес её в ванную, и там они продолжали терзать губы друг друга. Вода в ванной была горячей, и, как только она коснулся их тел, Локи понял, что не продержится долго. Он прикинул, что у них ещё будет достаточно времени, чтобы заняться всем этим медленно, особенно когда это невероятно жгучее желание слегка притупится и они смогут устроиться в постели. Ну, а теперь для него настало время заявить свои права на Гермиону. Разорвав поцелуй, он медленно переместился к месту, где соединяются её шея и плечо, и сильно прикусил его. Локи понимал, что это слегка поранит её, но Гермиона закричала не от боли, а от удовольствия.
— О Господи, да! — выкрикнула Гермиона, захлёстнутая волной оргазма после укуса Локи. Её бедра задрожали, и она крепче обхватила талию Локи. — По-видимому, я точно слегка мазохистка, — пробормотала она, проведя рукой по его волосам на плечах.
— Похоже, что так и есть, — согласился Локи, облизнув губы, а затем прошёл с ней на мелководье и прижал её спиной к стене. — Не вижу в этом никакой проблемы, а если честно, то даже предпочёл бы, чтобы так и было.
Гермиона хихикнула, и этот радостный звук растопил его ледяное сердце. Локи смотрел на неё с благоговением, удивляясь тому влиянию, что она оказала на него за такой короткий срок. Может быть, они действительно были родственными душами и им просто суждено было найти друг друга и влюбиться? Но способен ли был Локи на настоящую любовь? Как будто почувствовав его неуверенность, Гермиона погладила его по щеке, а затем коротко поцеловала его, и, отстранившись, слегка улыбнулась.
— Не раздумывай над этим слишком сильно, Локи. Если мы сейчас начнём анализировать, то уже никогда не дадим ростку наших чувств шанса расцвести, — он понимал, что в этом нет никакой проблемы, поведя достаточно времени в размышлениях о своей судьбе и будущем в заточении в подземельях. Он был расстроен, что эти четыре стены будут единственным, что он увидит в своей дальнейшей жизни. А любовь могла стать для него новым началом, и, кажется, сейчас он готов рискнуть. Особенно, если это в итоге будет означать свободу, счастье и возможность любить и быть любимым — тогда всё отлично.
— И что же нам тогда следует делать? — спросил он, бросив взгляд сначала на её губы, а затем встретился с её взглядом. Это было что-то новенькое для него. У никогда прежде не было отношений, ну, если это можно считать таковыми. Они были соединены заклинанием, шансом судьбы, объединившим их души и подарившим им шанс на счастье, если они этого пожелают. Гермиона ведь может остановиться в любой момент и вернуться в Мидгард, оставив его гнить в своей камере.
Страница 18 из 23
