Посвящение

«Гопота», — подумал я. Разворачиваться назад было поздно — туман войны, стелющийся за мной, не давал надежды найти другой путь. Вдруг выглянула луна, озарив заметивших меня гопников у которых зрачки внезапно сузились, приняв вертикальную форму. Одежда на них стала рваться, обнажая густую волчью шерсть, человеческое лицо вытянулось, превратившись в зубастую пасть, а крепкие руки обзавелись пятисантиметровыми когтями. «Яой или жизнь?», — прорычал один из подошедших двухметровых оборотней, дыша мне в полное страха лицо раскрытой пастью из которой свисал мокрый красный язык. «Ня…», — лишь успел жалобно выдавить я, как на мои плечи надавили когтистые лапы.

Если бы кто-то из жителей девятиэтажек решил выглянуть в окно, то он бы увидел стоящего на коленях дрожащего парня, с которого ошмётками летит, раздираемая острыми когтями оборотней, одежда. Ночь наполнилась человеческими криками, которые вскоре сменились беспомощным мычанием.