Майклу Спенсеру и Монике Кендрик, лучшим из колдунов, которых я знаю.
561 мин, 8 сек 17121
— А ты чего? — А ничего. Развернулся и уехал. Если бы я там остался, я бы точно убил кого-нибудь. Либо ее, либо этого зеленоглазого мудака.
Дух услышал, как Стив сжал кулаки — так сильно, что у него захрустели суставы пальцев.
— С ним лучше не связываться, — сказал он.
— Да, я помню, что ты говорил. Что у него уже в тот же вечер снова было нормальное лицо. И это значит, что он граф Дракула или что-нибудь в этом роде. Я точно не помню. Дух. Я не знаю.
— Тогда просто поверь мне.
— Да, наверное. Кому мне еще верить! — В голосе Стива больше не было злости. Только печаль и усталость. Тяжелая усталость человека, которому не хочется думать вообще ни о чем.
Дух сделал бы все, лишь бы Стив стал хоть чуточку счастливее. Но что он мог сделать? Расколдовать Энн? Сказать Зиллаху и его шайке, чтобы они убирались из города? Он приподнялся, опершись на локоть, и вытряхнул из волос сосновые иголки. Сладкий оранжевый запах опаленной тыквенной мякоти плыл перед домами на краю леса.
Дух подумал, а горит ли еще одноглазый светильник, который он сегодня вырезал из тыквы и зажег на переднем крыльце. Ему захотелось поговорить о чем-то другом. О чем угодно, лишь бы сменить тему.
— Все пропащие души сегодня выходят наружу, — сказал он.
— Ты нас имеешь в виду? — просил Стив. Косяк потух, и он раскурил его снова.
— Типа того. — Дух вдохнул пряный дым и почувствовал, как его легкие загорелись, а сознание закружилось. — Все неприкаянные темные существа. Все печальные существа, сгустки сознания, отделенного от тел. Они не знают, что они уже мертвые. Им некуда идти. — Он почувствовал, как расширяются его зрачки, чтобы лучше видеть в сгущающейся темноте. — И злобные существа тоже.
— Ты что, пытаешься меня напугать? Ну ладно, давай поиграем в страшилки. Хочешь, я еще раз расскажу тебе ту историю про Крюка? Хочешь? — Косяк уже почти догорел. Осталось всего четверть дюйма. Стив затянулся в последний раз, уронил самокрутку на сосновые иголки и вдруг закашлялся. — Я хочу, на хрен, пива. Пойдем к Ар-Джею.
— Тише. — Дух настороженно вскинул голову. Волосы упали ему на глаза, и он убрал их назад. Через пару секунд Стив приподнялся в сидячее положение и тоже принялся вглядываться в темноту. Что-то поблескивало сквозь просветы между деревьями, яркое оранжевое пятно в ночи. Фонарь из тыквы на чьем-то крыльце — решил Дух. Но ему показалось, он слышал какое-то шебуршение в лесу. Слишком громкое, чтобы это была белка или ночная птица. Шаги. Мягкие шаги.
— Там кто-то есть, — сказал он Стиву.
Стив открыл было рот, но ничего не сказал. Дух подумал, что он собирался сказать что-то насчет «надо меньше травы курить» но потом передумал. Хорошо.
— Ладно, — прошептал Стив. — И что будем делать? — Вставай, только тихо. И держись у меня за спиной.
Стив схватил Духа за руку. Дух почувствовал, как между ними прошел электрический разряд — белый, потрескивающий и чистый.
— Сейчас, разбежался. Я тебе не позволю…
— Держись у меня за спиной, — повторил Дух и пристально вгляделся в темноту, стараясь почувствовать, кто к ним идет.
Сломалась ветка. Сухие листья зашелестели, как иссохшие кости. Что-то круглое и горящее полетело прямо на Стива с Духом. Стив повалился на землю, увлекая с собой Духа. Дух упал неуклюже, как тряпичная кукла. Пылающий шар взорвался, разбившись о надгробие Майлса. Свежая сочная мякоть брызнула на Стива с Духом.
Одной рукой Дух прикрыл глаза, а другой принялся лихорадочно шарить по сосновым иголкам, стараясь нащупать Стива, но тут он услышал несчастный голос. Совсем молодой голос: — Бля… я споткнулся… шнурок развязался…
Дух поднял голову: — Никто?
Ошметки оранжевой тыквенной мякоти, разбросанные по земле, в лунном свете казались черными. Парнишка встал на колени и вытер руки о плащ. Он старательно отводил взгляд, стараясь не встречаться глазами с Духом.
— Блин! Я споткнулся об этот проклятый шнурок… я не хотел…
— Все нормально. Забей. — Дух подполз ближе и приобнял Никто за плечи. Никто поднял голову и посмотрел на Духа. Его глаза были окружены густой тенью. Скулы выступают еще резче, чем в тот вечер у «Священного тиса» почти месяц назад. Губы сжаты в плотную линию. Безо всякой особой причины Дух вдруг подумал о тех странных событиях, что происходят в Потерянной Миле в последнее время. Рядом с железной дорогой нашли изуродованные тела двух бродяг, спрятанные под сухой пуэрарией. На Скрипичной улице пропал мальчик. Но сейчас было не время об этом думать.
— Что случилось? — спросил он у Никто. — Они ведь тебя не прогнали, правда?
При этой мысли Никто невольно поежился, как под порывом холодного ветра.
— Нет. Нет, конечно. Кристиан дал мне фонарь. Я хотел отнести его вам. Пришел сюда…
— Ты что, пешком сюда шел! От Скрипичной улицы! — перебил его Стив. — Блин, парень, да тут мили три будет, если не все четыре.
— Ага, пешком. Я не хотел, чтобы все остальные знали, куда я иду. Я просто сказал, что хочу прогуляться. Вас не было дома, но я услышал ваши голоса. И увидел, как вы зажигаете спички.
Дух услышал, как Стив сжал кулаки — так сильно, что у него захрустели суставы пальцев.
— С ним лучше не связываться, — сказал он.
— Да, я помню, что ты говорил. Что у него уже в тот же вечер снова было нормальное лицо. И это значит, что он граф Дракула или что-нибудь в этом роде. Я точно не помню. Дух. Я не знаю.
— Тогда просто поверь мне.
— Да, наверное. Кому мне еще верить! — В голосе Стива больше не было злости. Только печаль и усталость. Тяжелая усталость человека, которому не хочется думать вообще ни о чем.
Дух сделал бы все, лишь бы Стив стал хоть чуточку счастливее. Но что он мог сделать? Расколдовать Энн? Сказать Зиллаху и его шайке, чтобы они убирались из города? Он приподнялся, опершись на локоть, и вытряхнул из волос сосновые иголки. Сладкий оранжевый запах опаленной тыквенной мякоти плыл перед домами на краю леса.
Дух подумал, а горит ли еще одноглазый светильник, который он сегодня вырезал из тыквы и зажег на переднем крыльце. Ему захотелось поговорить о чем-то другом. О чем угодно, лишь бы сменить тему.
— Все пропащие души сегодня выходят наружу, — сказал он.
— Ты нас имеешь в виду? — просил Стив. Косяк потух, и он раскурил его снова.
— Типа того. — Дух вдохнул пряный дым и почувствовал, как его легкие загорелись, а сознание закружилось. — Все неприкаянные темные существа. Все печальные существа, сгустки сознания, отделенного от тел. Они не знают, что они уже мертвые. Им некуда идти. — Он почувствовал, как расширяются его зрачки, чтобы лучше видеть в сгущающейся темноте. — И злобные существа тоже.
— Ты что, пытаешься меня напугать? Ну ладно, давай поиграем в страшилки. Хочешь, я еще раз расскажу тебе ту историю про Крюка? Хочешь? — Косяк уже почти догорел. Осталось всего четверть дюйма. Стив затянулся в последний раз, уронил самокрутку на сосновые иголки и вдруг закашлялся. — Я хочу, на хрен, пива. Пойдем к Ар-Джею.
— Тише. — Дух настороженно вскинул голову. Волосы упали ему на глаза, и он убрал их назад. Через пару секунд Стив приподнялся в сидячее положение и тоже принялся вглядываться в темноту. Что-то поблескивало сквозь просветы между деревьями, яркое оранжевое пятно в ночи. Фонарь из тыквы на чьем-то крыльце — решил Дух. Но ему показалось, он слышал какое-то шебуршение в лесу. Слишком громкое, чтобы это была белка или ночная птица. Шаги. Мягкие шаги.
— Там кто-то есть, — сказал он Стиву.
Стив открыл было рот, но ничего не сказал. Дух подумал, что он собирался сказать что-то насчет «надо меньше травы курить» но потом передумал. Хорошо.
— Ладно, — прошептал Стив. — И что будем делать? — Вставай, только тихо. И держись у меня за спиной.
Стив схватил Духа за руку. Дух почувствовал, как между ними прошел электрический разряд — белый, потрескивающий и чистый.
— Сейчас, разбежался. Я тебе не позволю…
— Держись у меня за спиной, — повторил Дух и пристально вгляделся в темноту, стараясь почувствовать, кто к ним идет.
Сломалась ветка. Сухие листья зашелестели, как иссохшие кости. Что-то круглое и горящее полетело прямо на Стива с Духом. Стив повалился на землю, увлекая с собой Духа. Дух упал неуклюже, как тряпичная кукла. Пылающий шар взорвался, разбившись о надгробие Майлса. Свежая сочная мякоть брызнула на Стива с Духом.
Одной рукой Дух прикрыл глаза, а другой принялся лихорадочно шарить по сосновым иголкам, стараясь нащупать Стива, но тут он услышал несчастный голос. Совсем молодой голос: — Бля… я споткнулся… шнурок развязался…
Дух поднял голову: — Никто?
Ошметки оранжевой тыквенной мякоти, разбросанные по земле, в лунном свете казались черными. Парнишка встал на колени и вытер руки о плащ. Он старательно отводил взгляд, стараясь не встречаться глазами с Духом.
— Блин! Я споткнулся об этот проклятый шнурок… я не хотел…
— Все нормально. Забей. — Дух подполз ближе и приобнял Никто за плечи. Никто поднял голову и посмотрел на Духа. Его глаза были окружены густой тенью. Скулы выступают еще резче, чем в тот вечер у «Священного тиса» почти месяц назад. Губы сжаты в плотную линию. Безо всякой особой причины Дух вдруг подумал о тех странных событиях, что происходят в Потерянной Миле в последнее время. Рядом с железной дорогой нашли изуродованные тела двух бродяг, спрятанные под сухой пуэрарией. На Скрипичной улице пропал мальчик. Но сейчас было не время об этом думать.
— Что случилось? — спросил он у Никто. — Они ведь тебя не прогнали, правда?
При этой мысли Никто невольно поежился, как под порывом холодного ветра.
— Нет. Нет, конечно. Кристиан дал мне фонарь. Я хотел отнести его вам. Пришел сюда…
— Ты что, пешком сюда шел! От Скрипичной улицы! — перебил его Стив. — Блин, парень, да тут мили три будет, если не все четыре.
— Ага, пешком. Я не хотел, чтобы все остальные знали, куда я иду. Я просто сказал, что хочу прогуляться. Вас не было дома, но я услышал ваши голоса. И увидел, как вы зажигаете спички.
Страница 100 из 149
