Майклу Спенсеру и Монике Кендрик, лучшим из колдунов, которых я знаю.
561 мин, 8 сек 17064
Не сказав больше ни слова, она развернулась и пошла по коридору в глубь дома. Дух закрыл дверь и пошел следом за ней. Слева была пыльная сумрачная гостиная, где на полу валялись газеты — судя по толщине стопки, за две-три недели как минимум, — а темные шторы были плотно задернуты. Интересно, подумал Дух, кто их задернул? Саймон? Или Энн — Энн, которая так любила солнце и всегда старалась поддерживать в доме идеальный порядок.
Справа, за приоткрытой дверью, была лаборатория Саймона. Дух старался туда не смотреть, но тусклый отблеск света на какой-то стекляшке все-таки притянул его взгляд. Изогнутые стеклянные трубки, большие аквариумы, кувшины и банки, наполненные непонятно чем. Он пару раз заходил туда вместе со Стивом, хотя Саймон не разрешал друзьям дочери заходить в эту комнату. С виду все было вполне безобидно и благопристойно — в аквариумах жили самые обыкновенные жабы и мыши, — но еще в первый раз у Духа возникло неприятное чувство, что в лаборатории все пропитано болью. А еще там стоял холодильник, обмотанный цепью с висячим замком. Даже Энн не знала, что там внутри.
Энн прошла до конца коридора, свернула на кухню и плюхнулась на табуретку.
— Если хочешь, свари себе кофе.
Ее голос был хриплым и совершенно невыразительным. Дух подумал, что раньше он таким не был. Она обхватила босыми ногами ножки табуретки. Она красила ногти на ногах красным лаком, но он давно уже потускнел и облез. Такое впечатление, что она не подновляла его уже пару недель.
Дух достал кофе из шкафчика. Дома он варил кофе исключительно в старой медной турке, которая осталась ему от бабушки, по привычке включил чайник, чтобы вскипятить воду. Только потом он вспомнил, что у Энн — автоматическая кофеварка. Через пару минут он разобрался, куда засыпать кофе и куда заливать воду.
— Ты как будто из прошлого века Дух. С техникой у тебя. напряги. — Энн закурила свой термоядерный «Camel» и прищурилась, глядя на Духа сквозь дым. Наконец она спросила: — Зачем ты пришел? — Просто решил заглянуть. Посмотреть, как у тебя дела.
— Да? И как у меня дела? — Выглядишь ты неважно.
Энн взглянула на него безо всякого выражения.
— Спасибо. Ты, кстати, и сам страшноватый.
— Я совсем другое имел в виду. — Дух слишком рано собрался вытаскивать прозрачный кувшинчик из-под желобка для стока. Автомат зашипел и выдал очередную порцию горячего кофе. Дух поспешно вернул кувшинчик на место. — Ты очень красивая. Но глаза у тебя грустные. И сама ты какая-то измученная и задерганная. Ты сейчас похожа на тех детей, которые наряжаются в привидения на Халлоуин: черные одежды, черные круги вокруг глаз, мертвенно-бледная кожа. Что с тобой происходит? — Я в трауре, — сказала она. — Оплакиваю свой безумный роман, безвременно почивший в бозе. — Она поднялась, отпихнула Духа от кофеварки, вытащила кувшинчик и налила им обоим по чашке кофе. Дух положил себе сахару и налил молока. Энн пила свой кофе просто так, без сахара и молока, — что означало, что она за что-то себя наказывает. Дух знал, что Энн ненавидит крепкий несладкий кофе.
— Стив мне сказал, что вы с ним не виделись больше месяца. — Дух заметил, как она поморщилась, когда он упомянул Стива, но все равно продолжил: — Как я понимаю, у тебя с твоим новым парнем не все хорошо, раз ты до сих пор в трауре. — Он знал, что зашел на запретную территорию, затронув тему из категории «не твое собачье дело»
— Послушай, Дух. — Энн повернулась к нему и в первый раз посмотрела ему в глаза. — Вчера я работала в вечернюю смену. Торчала в этом засранном ресторане почти до полуночи. Потом я поехала в Коринф, чтобы увидеться с Элиотом… а если точнее, потрахаться с Элиотом. Мы трахались до четырех утра, потому что теперь мы с ним даже не разговариваем, а только трахаемся. Потом я вернулась домой, потому что Саймон просыпается в шесть утра и он всегда бесится, если я не ночую дома. Так что последние двадцать четыре часа я только и делала, что занималась двумя вещами, о которых ты знаешь разве что понаслышке, — сначала работала, а потом трахалась. Я устала. Так что дал бы ты мне отдохнуть.
— Ладно, — сказал Дух спокойно. Его совсем не обидело замечание Энн насчет его невежества в плане секса, но зато очень задели слова, что она трахается с Элиотом. Потому что он знал, как это бесит Стива. — Я уйду, если ты этого хочешь. Но я тут принес тебе кое-что. — Он достал из кармана кассету и положил ее на стол рядом с чашкой Энн. Сбоку на коробке было написано разноцветными буквами «ПОТЕРЯННЫЕ ДУШИ?»
Энн взглянула на кассету, потом подняла глаза на Духа. Ее показное спокойствие и безразличие разом рассыпались в прах.
— Ой, Дух… — Она схватила кассету и прижала ее к губам. На глаза навернулись слезы и потекли по щекам, оставляя сверкающие бороздки в размазанной черной туши. — Я так соскучилась по тебе. Я даже по Стиву соскучилась. Но я не могу вернуться.
Справа, за приоткрытой дверью, была лаборатория Саймона. Дух старался туда не смотреть, но тусклый отблеск света на какой-то стекляшке все-таки притянул его взгляд. Изогнутые стеклянные трубки, большие аквариумы, кувшины и банки, наполненные непонятно чем. Он пару раз заходил туда вместе со Стивом, хотя Саймон не разрешал друзьям дочери заходить в эту комнату. С виду все было вполне безобидно и благопристойно — в аквариумах жили самые обыкновенные жабы и мыши, — но еще в первый раз у Духа возникло неприятное чувство, что в лаборатории все пропитано болью. А еще там стоял холодильник, обмотанный цепью с висячим замком. Даже Энн не знала, что там внутри.
Энн прошла до конца коридора, свернула на кухню и плюхнулась на табуретку.
— Если хочешь, свари себе кофе.
Ее голос был хриплым и совершенно невыразительным. Дух подумал, что раньше он таким не был. Она обхватила босыми ногами ножки табуретки. Она красила ногти на ногах красным лаком, но он давно уже потускнел и облез. Такое впечатление, что она не подновляла его уже пару недель.
Дух достал кофе из шкафчика. Дома он варил кофе исключительно в старой медной турке, которая осталась ему от бабушки, по привычке включил чайник, чтобы вскипятить воду. Только потом он вспомнил, что у Энн — автоматическая кофеварка. Через пару минут он разобрался, куда засыпать кофе и куда заливать воду.
— Ты как будто из прошлого века Дух. С техникой у тебя. напряги. — Энн закурила свой термоядерный «Camel» и прищурилась, глядя на Духа сквозь дым. Наконец она спросила: — Зачем ты пришел? — Просто решил заглянуть. Посмотреть, как у тебя дела.
— Да? И как у меня дела? — Выглядишь ты неважно.
Энн взглянула на него безо всякого выражения.
— Спасибо. Ты, кстати, и сам страшноватый.
— Я совсем другое имел в виду. — Дух слишком рано собрался вытаскивать прозрачный кувшинчик из-под желобка для стока. Автомат зашипел и выдал очередную порцию горячего кофе. Дух поспешно вернул кувшинчик на место. — Ты очень красивая. Но глаза у тебя грустные. И сама ты какая-то измученная и задерганная. Ты сейчас похожа на тех детей, которые наряжаются в привидения на Халлоуин: черные одежды, черные круги вокруг глаз, мертвенно-бледная кожа. Что с тобой происходит? — Я в трауре, — сказала она. — Оплакиваю свой безумный роман, безвременно почивший в бозе. — Она поднялась, отпихнула Духа от кофеварки, вытащила кувшинчик и налила им обоим по чашке кофе. Дух положил себе сахару и налил молока. Энн пила свой кофе просто так, без сахара и молока, — что означало, что она за что-то себя наказывает. Дух знал, что Энн ненавидит крепкий несладкий кофе.
— Стив мне сказал, что вы с ним не виделись больше месяца. — Дух заметил, как она поморщилась, когда он упомянул Стива, но все равно продолжил: — Как я понимаю, у тебя с твоим новым парнем не все хорошо, раз ты до сих пор в трауре. — Он знал, что зашел на запретную территорию, затронув тему из категории «не твое собачье дело»
— Послушай, Дух. — Энн повернулась к нему и в первый раз посмотрела ему в глаза. — Вчера я работала в вечернюю смену. Торчала в этом засранном ресторане почти до полуночи. Потом я поехала в Коринф, чтобы увидеться с Элиотом… а если точнее, потрахаться с Элиотом. Мы трахались до четырех утра, потому что теперь мы с ним даже не разговариваем, а только трахаемся. Потом я вернулась домой, потому что Саймон просыпается в шесть утра и он всегда бесится, если я не ночую дома. Так что последние двадцать четыре часа я только и делала, что занималась двумя вещами, о которых ты знаешь разве что понаслышке, — сначала работала, а потом трахалась. Я устала. Так что дал бы ты мне отдохнуть.
— Ладно, — сказал Дух спокойно. Его совсем не обидело замечание Энн насчет его невежества в плане секса, но зато очень задели слова, что она трахается с Элиотом. Потому что он знал, как это бесит Стива. — Я уйду, если ты этого хочешь. Но я тут принес тебе кое-что. — Он достал из кармана кассету и положил ее на стол рядом с чашкой Энн. Сбоку на коробке было написано разноцветными буквами «ПОТЕРЯННЫЕ ДУШИ?»
Энн взглянула на кассету, потом подняла глаза на Духа. Ее показное спокойствие и безразличие разом рассыпались в прах.
— Ой, Дух… — Она схватила кассету и прижала ее к губам. На глаза навернулись слезы и потекли по щекам, оставляя сверкающие бороздки в размазанной черной туши. — Я так соскучилась по тебе. Я даже по Стиву соскучилась. Но я не могу вернуться.
Страница 47 из 149
