Я не помню своего детства. Вот совсем, ни капельки. Лет до 5, где-то так.
Добавить в моё избранное
4 мин, 55 сек 3768
Я вообще живу в приличном городе, каком — неважно. Учусь в 8 классе.
Недели четыре назад, придя из школы, встретила маму у подъезда. И так сходу:
— Настя, ты едешь в лагерь!
Нет, я ничего не имею против лагерей, поэтому обрадовалась — не буду прозябать все лето дома.
Прошла неделя, я приехала в этот лагерь. Милый лагерь, очень даже.
Естественно, пошли на расселение. Мне попались четыре хороших соседки. Заскочила вожатая:
— Девчат, сегодня в 9 костер для малышей и в 12 ночи для вас, поэтому отсыпайтесь, гулять будете до рассвета, если не устанете.
Дальше день потянулся скучно, сходили на обед, поспали, сходили на ужин.
Пока собирались, пока то, се — 11 вечера. Темнеет — хорошо, интересней будет.
Пошли мы вместе с мальчиками, шли дружной толпой, смеялись. Пришли первыми и поэтому сели ближе всех к костру.
Двенадцать часов. Пришли все старшие отряды, зажгли костер. Директор взял слово, которое я благополучно прослушала, смотря в лес. А там было на что посмотреть. Березы, кусты, человеческий силуэт, кустики земляни… Что? Вернувшись взглядом обратно, я никого не заметила. И ведь деревья редкие, не спрячешься. Привидится же! Ладно, нехотя смотрю на сцену. И как раз вовремя. Наша вожатая объявляет:
— На сегодня с сообщениями все, а теперь вечер ужасов! Сегодня вы услышите легенду лагеря, которая появилась всего лет 9 назад.
Я ухмыльнулась про себя. Ведь именно столько я помню свою жизнь. Ну что же, послушаем… Далее со слов Игоря (вожатого)…
Примерно 9 лет назад здесь объявился странный вожатый. Нет, он не был страшным, был просто молодой, красивый человек. Ходил в черной одежде, был темным, замкнутым чуть-чуть. Но девчонки его любили, ходили за ним толпами. Рассказывал он на таком костре историю, про его жизнь. О его племяшке, очень одаренной девчушке, о шрамах, доставшихся в драках с неизвестно кем. Еще он рассказывал, что он видит нечисть. Чертики, ангелы — это ладно. А вот насчет адских псов — было что-то с чем-то. И самое главное, все ему верили! А через четыре дня его нашли в черном костюме, с синей розой. Просто умер. А на щеках выеденные дорожки слез. И еще одна деталь. Из ярко-рыжих волосы поменяли цвет на угольный. Специалисты много раз проверяли, волосы поменяли цвет сами. Сами. Он похоронен за территорией лагеря, так как никто не знал ничего о нем.
Сейчас он бродит по лагерю, ища свою племянницу. Как его узнать?
Синяя роза из нагрудного кармана, угольные волосы, лицо с дорожками слез… И очень красивое грустное лицо.
Синяя роза. Синяя роза. Татуировка с 3 лет на шее. Синяя роза.
И еще. Это мой ночной кошмар. Каждый месяц, 15 числа он приходит. Если не спать — он придет разозленным. И я начинаю болеть. Причем чем-то серьёзным. А так мы с ним разговариваем, он рассказывает мне о будущем. Милый парень лет 26, так где— то.
— С утра пойдем в библиотеку, — шепнула я друзьям. Те только кивнули.
Выступал еще кто-то, но его уже не слушали. Расходились, гуляли.
Сразу после завтрака мы пошли в библиотеку. Я рассказала им про кошмары и про схожесть с «вожатым». Пошли мы сразу в архив. Поискав, мы нашли о нем информацию: «Светлов Константин Игоревич, 26 лет, мертв, найдет со шрамами от кислоты на лице, перекрашенный волосы, причина смерти неизвестна». И фотка его, живого еще. Черт, это действительно он!
И как это понимать?
Вдруг Женя резко упал со стула. Истерично смотря в окно. Черные волосы. И — исчез! Ну, это ни в какие рамки не лезет. Я же знаю, кто это был. Игорь. У которого угольные волосы и мания всех пугать. Мы, смеясь над Женей, пошли по домикам. Спустя часа два раздался крик. Истеричный, срывающийся на хрип. Естественно, что мы выскочили сразу же! Мдаа… Я первая добежала, хотела спросить, что происходит. И слова застряли в горле… Игорь. Подвешенный на цепи от баскетбольной корзины… Дальше все как в тумане. Ничего не помню. Амнезия у меня, что ли.
А нет, помню. Черный силуэт позади корзины.
На следующий день, который я помню — меня преследует силуэт. Везде. Я побежала, не вынеся такого. За мной побежала пара парней и Даша. И силуэт! Чеерт! Аааа! Голова раскалывалась с того момента, как я побежала. Шестое чувство затащило меня в тупик, где я пыталась понять причину боли. Воспоминания. Вот они, те самые, от которых ничего не было в моей памяти:
— Подъем, Настюш! — теплый голос Кости разбудил меня. Так. Мне 3 года. Это мой дядя. Константин Светлов. Таак! Ладно, потом подумаю, сейчас, главное не упустить детали.
— Знаешь, я скоро умру. А ты забудешь все наши разговоры. И меня.
— Я не хочу забывать тебя! — голос сорвался на крик.
— Не кричи. Ты все вспомнишь… Когда придет время…
Я рыдаю на кровати. Костя уехал насовсем! Он нас бросил. Он уехал в этот дуратский лагерь к другим детям, а меня бросил!
Недели четыре назад, придя из школы, встретила маму у подъезда. И так сходу:
— Настя, ты едешь в лагерь!
Нет, я ничего не имею против лагерей, поэтому обрадовалась — не буду прозябать все лето дома.
Прошла неделя, я приехала в этот лагерь. Милый лагерь, очень даже.
Естественно, пошли на расселение. Мне попались четыре хороших соседки. Заскочила вожатая:
— Девчат, сегодня в 9 костер для малышей и в 12 ночи для вас, поэтому отсыпайтесь, гулять будете до рассвета, если не устанете.
Дальше день потянулся скучно, сходили на обед, поспали, сходили на ужин.
Пока собирались, пока то, се — 11 вечера. Темнеет — хорошо, интересней будет.
Пошли мы вместе с мальчиками, шли дружной толпой, смеялись. Пришли первыми и поэтому сели ближе всех к костру.
Двенадцать часов. Пришли все старшие отряды, зажгли костер. Директор взял слово, которое я благополучно прослушала, смотря в лес. А там было на что посмотреть. Березы, кусты, человеческий силуэт, кустики земляни… Что? Вернувшись взглядом обратно, я никого не заметила. И ведь деревья редкие, не спрячешься. Привидится же! Ладно, нехотя смотрю на сцену. И как раз вовремя. Наша вожатая объявляет:
— На сегодня с сообщениями все, а теперь вечер ужасов! Сегодня вы услышите легенду лагеря, которая появилась всего лет 9 назад.
Я ухмыльнулась про себя. Ведь именно столько я помню свою жизнь. Ну что же, послушаем… Далее со слов Игоря (вожатого)…
Примерно 9 лет назад здесь объявился странный вожатый. Нет, он не был страшным, был просто молодой, красивый человек. Ходил в черной одежде, был темным, замкнутым чуть-чуть. Но девчонки его любили, ходили за ним толпами. Рассказывал он на таком костре историю, про его жизнь. О его племяшке, очень одаренной девчушке, о шрамах, доставшихся в драках с неизвестно кем. Еще он рассказывал, что он видит нечисть. Чертики, ангелы — это ладно. А вот насчет адских псов — было что-то с чем-то. И самое главное, все ему верили! А через четыре дня его нашли в черном костюме, с синей розой. Просто умер. А на щеках выеденные дорожки слез. И еще одна деталь. Из ярко-рыжих волосы поменяли цвет на угольный. Специалисты много раз проверяли, волосы поменяли цвет сами. Сами. Он похоронен за территорией лагеря, так как никто не знал ничего о нем.
Сейчас он бродит по лагерю, ища свою племянницу. Как его узнать?
Синяя роза из нагрудного кармана, угольные волосы, лицо с дорожками слез… И очень красивое грустное лицо.
Синяя роза. Синяя роза. Татуировка с 3 лет на шее. Синяя роза.
И еще. Это мой ночной кошмар. Каждый месяц, 15 числа он приходит. Если не спать — он придет разозленным. И я начинаю болеть. Причем чем-то серьёзным. А так мы с ним разговариваем, он рассказывает мне о будущем. Милый парень лет 26, так где— то.
— С утра пойдем в библиотеку, — шепнула я друзьям. Те только кивнули.
Выступал еще кто-то, но его уже не слушали. Расходились, гуляли.
Сразу после завтрака мы пошли в библиотеку. Я рассказала им про кошмары и про схожесть с «вожатым». Пошли мы сразу в архив. Поискав, мы нашли о нем информацию: «Светлов Константин Игоревич, 26 лет, мертв, найдет со шрамами от кислоты на лице, перекрашенный волосы, причина смерти неизвестна». И фотка его, живого еще. Черт, это действительно он!
И как это понимать?
Вдруг Женя резко упал со стула. Истерично смотря в окно. Черные волосы. И — исчез! Ну, это ни в какие рамки не лезет. Я же знаю, кто это был. Игорь. У которого угольные волосы и мания всех пугать. Мы, смеясь над Женей, пошли по домикам. Спустя часа два раздался крик. Истеричный, срывающийся на хрип. Естественно, что мы выскочили сразу же! Мдаа… Я первая добежала, хотела спросить, что происходит. И слова застряли в горле… Игорь. Подвешенный на цепи от баскетбольной корзины… Дальше все как в тумане. Ничего не помню. Амнезия у меня, что ли.
А нет, помню. Черный силуэт позади корзины.
На следующий день, который я помню — меня преследует силуэт. Везде. Я побежала, не вынеся такого. За мной побежала пара парней и Даша. И силуэт! Чеерт! Аааа! Голова раскалывалась с того момента, как я побежала. Шестое чувство затащило меня в тупик, где я пыталась понять причину боли. Воспоминания. Вот они, те самые, от которых ничего не было в моей памяти:
— Подъем, Настюш! — теплый голос Кости разбудил меня. Так. Мне 3 года. Это мой дядя. Константин Светлов. Таак! Ладно, потом подумаю, сейчас, главное не упустить детали.
— Знаешь, я скоро умру. А ты забудешь все наши разговоры. И меня.
— Я не хочу забывать тебя! — голос сорвался на крик.
— Не кричи. Ты все вспомнишь… Когда придет время…
Я рыдаю на кровати. Костя уехал насовсем! Он нас бросил. Он уехал в этот дуратский лагерь к другим детям, а меня бросил!
Страница 1 из 2
