Утро. Просыпаться в доме моей семьи не то что бы плохо — это ужасно! Крики моей матери и ругань отца будут круче любого будильника. Как же я их ненавижу, впрочем эти чувства в нашей семье всегда были взаимны.
14 мин, 1 сек 17465
— Джек козел. Тварь тупая.
Он вышел из комнаты и пошел куда-то. Я увидела его возле Джека. Он врезал ему по харе.
— Мразь, как ты посмел трахнуть бедную девку? Она еще мала!
— Это моя игрушка. Что хочу, то и делаю!
Тут к ним подпрягся еще и Джефф.
— А вы че мою собаку обзываете своей? Вам она что, как и мне не безразлична?
— Да! — они выкрикнули это в один голос.
— Это моя игрушка, и я не буду ее не с кем делить!
Прилетел еще и Бен (Только его здесь не хватало!)
— А кто вам вообще разрешил делить мою девушку?
Я уже не выдержала и крикнула:
— Блядь, что происходит?
— А давайте у нее спросим с кем она хочет быть?
Это спросил Лью. Я не медля, забежала в свою комнату и закрылась там. Они, как я поняла, побежали за мной. Я упала в обморок. Последнее, что я видела, это как они вышибли дверь…
— Войдите. — холодно сказала я. Я ожидала увидеть кого угодно из этих четверых, но на удивление зашел Офф.
— Чего тебе?
— Я хотел извиниться за вчерашнее. Я хотел забрать тебя раньше, но мне это запретил Слендер. Я следил за тобой все время и…
Я не дала ему договорить:
— Все хорошо. Я не сержусь на тебя.
Тут ко мне в комнату вломился Джефф.
— Если ты, бля, не скажешь с кем из нас ты будешь я тебе голову снесу! О, Офф, привет. Хочешь ее трахнуть?
— Ты не снесешь голову моей дочери.
— Бен, я нашел того, кто взял твою банку!
— Я говорю абсолютно серьезно.
Все это время я смотрела на выбитую дверь. Офф, то есть папа заметил, что я грущу.
— Значит так, мразь, если ты еще хоть раз обидишь мою дочь, то я трахну тебя во все щели, и ты станешь беременным. Усек?
Джефф промолчал и только фыркнул. Они оба ушли, а я включила музыку на всю. Слушала я одну песню (Stigmata сентябрь горит) и уснула.
— Войдите. — холодно сказала я. Я ожидала увидеть кого угодно из этих четверых, но на удивление зашел Офф.
— Чего тебе?
— Я хотел извиниться за вчерашнее. Я хотел забрать тебя раньше, но мне это запретил Слендер. Я следил за тобой все время и…
Я не дала ему договорить:
— Все хорошо. Я не сержусь на тебя.
Тут ко мне в комнату вломился Джефф.
— Если ты, бля, не скажешь с кем из нас ты будешь я тебе голову снесу! О, Офф, привет. Хочешь ее трахнуть?
— Ты не снесешь голову моей дочери.
— Бен, я нашел того, кто взял твою банку!
— Я говорю абсолютно серьезно.
Все это время я смотрела на выбитую дверь. Офф, то есть папа заметил, что я грущу.
— Значит так, мразь, если ты еще хоть раз обидишь мою дочь, то я трахну тебя во все щели, и ты станешь беременным. Усек?
Джефф промолчал и только фыркнул. Они оба ушли, а я включила музыку на всю. Слушала я одну песню (Stigmata сентябрь горит) и уснула.
— Джинн.
— Что?
— Пошли вместе на охоту.
— Хорошо.
Я слегка глупо улыбнулась, и мы пошли в город. Шли мы в полной тишине, и когда мы были уже в метрах ста от дома, я начала разговор.
— Лью, как я знаю вы с Джеффом — братья.
— Да. Клокворк тебе это сказала?
— Эм, ну да… А что?
— Джефф убил наших родителей.
Он поведал мне свою историю во всех красках. Мне было его жаль. У меня начали появляться слезы, и я на эмоциях обняла его.
— Хэй, ты чего?
— Прости. Мне просто стало тебя очень жаль и…
Он не дал договорить и заткнул мне рот поцелуем. Поцелуй был нежный и чувственный. Я ответила на него. Мы стояли и целовались уже в городе. Под ночным небом. В парке. Наш поцелуй прервал какой то мужик лет тридцати. Он был явно пьян.
— Зая, привет, потрахаемся в кустиках?
— Слушай ты, если ты еще раз подойдешь к моей девушке, то я выпущу все твои кишки наружу.
Тут этот мужик чем-то меня стукнул по голове, и у меня что-то явно пошло не так. Я подошла к этому мужику в плотную и сказала:
— Я дочь Оффендера. Дочь страха и ужаса. Он насилует всех.
Тут я разрезала ему живот, достала кишки и обмотала их вокруг своей шеи.
— Мне идет?
Я облизнула его щеку и начала отрезать ему руку.
— Лью, дорогой. Дай мне пожалуйста свой нож.
Он покорно дал мне нож. На отрезанной руке я вырезала слова: «Я люблю тебя»
— Что такое?
— Джинна… Т-твои глаза… Они алые!
— Что?
Он протянул мне свой нож. Я взглянула в него и остолбенела. Мои глаза были алые!
Он вышел из комнаты и пошел куда-то. Я увидела его возле Джека. Он врезал ему по харе.
— Мразь, как ты посмел трахнуть бедную девку? Она еще мала!
— Это моя игрушка. Что хочу, то и делаю!
Тут к ним подпрягся еще и Джефф.
— А вы че мою собаку обзываете своей? Вам она что, как и мне не безразлична?
— Да! — они выкрикнули это в один голос.
— Это моя игрушка, и я не буду ее не с кем делить!
Прилетел еще и Бен (Только его здесь не хватало!)
— А кто вам вообще разрешил делить мою девушку?
Я уже не выдержала и крикнула:
— Блядь, что происходит?
— А давайте у нее спросим с кем она хочет быть?
Это спросил Лью. Я не медля, забежала в свою комнату и закрылась там. Они, как я поняла, побежали за мной. Я упала в обморок. Последнее, что я видела, это как они вышибли дверь…
Глава 8. Грусть
Я не знала, что мне делать. Они все мне нравились по-своему. Я не знала, кого мне выбрать. Я начала еще чаще находить всякую ванильную хрень, адресованную мне. Мои раздумья прервал стук в дверь.— Войдите. — холодно сказала я. Я ожидала увидеть кого угодно из этих четверых, но на удивление зашел Офф.
— Чего тебе?
— Я хотел извиниться за вчерашнее. Я хотел забрать тебя раньше, но мне это запретил Слендер. Я следил за тобой все время и…
Я не дала ему договорить:
— Все хорошо. Я не сержусь на тебя.
Тут ко мне в комнату вломился Джефф.
— Если ты, бля, не скажешь с кем из нас ты будешь я тебе голову снесу! О, Офф, привет. Хочешь ее трахнуть?
— Ты не снесешь голову моей дочери.
— Бен, я нашел того, кто взял твою банку!
— Я говорю абсолютно серьезно.
Все это время я смотрела на выбитую дверь. Офф, то есть папа заметил, что я грущу.
— Значит так, мразь, если ты еще хоть раз обидишь мою дочь, то я трахну тебя во все щели, и ты станешь беременным. Усек?
Джефф промолчал и только фыркнул. Они оба ушли, а я включила музыку на всю. Слушала я одну песню (Stigmata сентябрь горит) и уснула.
Глава 9. Грусть
Я не знала, что мне делать. Они все мне нравились по-своему. Я не знала, кого мне выбрать. Я начала еще чаще находить всякую ванильную хрень, адресованную мне. Мои раздумья прервал стук в дверь.— Войдите. — холодно сказала я. Я ожидала увидеть кого угодно из этих четверых, но на удивление зашел Офф.
— Чего тебе?
— Я хотел извиниться за вчерашнее. Я хотел забрать тебя раньше, но мне это запретил Слендер. Я следил за тобой все время и…
Я не дала ему договорить:
— Все хорошо. Я не сержусь на тебя.
Тут ко мне в комнату вломился Джефф.
— Если ты, бля, не скажешь с кем из нас ты будешь я тебе голову снесу! О, Офф, привет. Хочешь ее трахнуть?
— Ты не снесешь голову моей дочери.
— Бен, я нашел того, кто взял твою банку!
— Я говорю абсолютно серьезно.
Все это время я смотрела на выбитую дверь. Офф, то есть папа заметил, что я грущу.
— Значит так, мразь, если ты еще хоть раз обидишь мою дочь, то я трахну тебя во все щели, и ты станешь беременным. Усек?
Джефф промолчал и только фыркнул. Они оба ушли, а я включила музыку на всю. Слушала я одну песню (Stigmata сентябрь горит) и уснула.
Глава 10. Я люблю тебя
Проснулась я уже ночью и, решив сходить на охоту, взяла ножницы и спустилась вниз. Одной мне было убивать скучно, и я надеялась, что найду кого-то внизу. Когда я спустилась, я увидела Лью.— Джинн.
— Что?
— Пошли вместе на охоту.
— Хорошо.
Я слегка глупо улыбнулась, и мы пошли в город. Шли мы в полной тишине, и когда мы были уже в метрах ста от дома, я начала разговор.
— Лью, как я знаю вы с Джеффом — братья.
— Да. Клокворк тебе это сказала?
— Эм, ну да… А что?
— Джефф убил наших родителей.
Он поведал мне свою историю во всех красках. Мне было его жаль. У меня начали появляться слезы, и я на эмоциях обняла его.
— Хэй, ты чего?
— Прости. Мне просто стало тебя очень жаль и…
Он не дал договорить и заткнул мне рот поцелуем. Поцелуй был нежный и чувственный. Я ответила на него. Мы стояли и целовались уже в городе. Под ночным небом. В парке. Наш поцелуй прервал какой то мужик лет тридцати. Он был явно пьян.
— Зая, привет, потрахаемся в кустиках?
— Слушай ты, если ты еще раз подойдешь к моей девушке, то я выпущу все твои кишки наружу.
Тут этот мужик чем-то меня стукнул по голове, и у меня что-то явно пошло не так. Я подошла к этому мужику в плотную и сказала:
— Я дочь Оффендера. Дочь страха и ужаса. Он насилует всех.
Тут я разрезала ему живот, достала кишки и обмотала их вокруг своей шеи.
— Мне идет?
Я облизнула его щеку и начала отрезать ему руку.
— Лью, дорогой. Дай мне пожалуйста свой нож.
Он покорно дал мне нож. На отрезанной руке я вырезала слова: «Я люблю тебя»
Глава 11. Смена имиджа
Мы с Лью пошли домой. По пути мы зашли в магазин. Перед выходом нас об этом попросил Слендер. Купить там всякой всячины. Мы вышли на свет и Лью остолбенел.— Что такое?
— Джинна… Т-твои глаза… Они алые!
— Что?
Он протянул мне свой нож. Я взглянула в него и остолбенела. Мои глаза были алые!
Страница 5 из 14
