Фандом: Шерлок BBC. Большущий шерлоковский пострейхенбах: приключения Шерлока Холмса с момента прыжка с крыши, его путешествие по миру в поисках убийц, расследования, помощь брата — Майкрофта, посвященного в его тайну. Написано до выхода 3 сезона, в течение 9 месяцев. Вдохновлено кратким описанием поездок Шерлока в рассказе «Пустой дом» Конан Дойля, но в реалиях«Шерлока» ВВС и с разными дополнениями с учетом сериала.
373 мин, 4 сек 24540
Самообладание — великая вещь, особенно если артистичность в крови. Не моргнув и глазом, Шерлок спокойно делает те двадцать шагов, что отделяют его от поста охраны. И почти слышит, как щёлкают варианты оправданий в голове. Можно, ещё можно придумать легенду. Сделать вид, что так и надо, что ничего экстраординарного не произошло и…
Поравнявшись с охранником, Шерлок не успевает вымолвить ни слова, как двери лифта открываются, и из него выходит Майкл Вулбридж.
«О, нет…»
Обмануть двоих, особенно если второй — настолько хитрый и опасный тип, гораздо сложнее. Да и кладбище под третьим полигоном — для животных, правда — но всё же реально существует.
Приметив давнего подозрительного лаборанта, полковник Вулбридж стремительно проходит по коридору.
— Мистер Сигерсон, — приветствует он его. — Что вы здесь делаете? Пришли ко мне с каким-то делом?
— Мистер Вулбридж, — как и два с половиной месяца назад, с достоинством кивает ему Шерлок. — Вовсе нет. Я решил заглянуть не к вам, а к мистеру Пракашу. Прояснить один вопрос религиозно-культурного порядка.
— Вот как? — удивляется Вулбридж. — И какой же конкретно интерес привёл вас сюда?
— Этим летом я побывал в Индии. К несчастью, экскурсовод не смог внятно объяснить, почему благородных истин в буддизме именно четыре. Не знал сам. Вероятно. И я надеялся, что мистер Пракаш ответит на этот вопрос.
Изумление Вулбриджа после этого объяснения становится видно невооружённым глазом. Шерлок же думает о том, как бы заболтать этих двоих и получить шанс зайти в лифт. А уж потом любыми путями прорываться прочь с территории базы, пока не пристрелили или не заразили чем-нибудь неизлечимым. Потому что он явно доигрался, и никакое оправдание взлома кабинета не будет принято.
— И что же на это ответил мистер Пракаш? — любопытствует Вулбридж, поворачиваясь к индусу, который всё время разговора умудрялся хранить молчание и перебирать деревянные чётки.
Шерлок прикидывает расстояние до лифта и то, сумеет ли до него добежать, учитывая, что у обоих присутствующих есть оружие.
— Я пояснил мистеру Сигерсону, сэр, что четыре благородные истины сформулировал сам Будда в первой проповеди. Это страдание, причина страдания, прекращение страдания и восьмеричный путь. А ещё я напомнил, что их также называют четыре истины Святого. И мы не можем самовольно изменить то, что дал нам Учитель.
— То есть, как я понимаю, вы уже обсудили с мистером Сигерсоном этот вопрос? — уточняет Вулбридж, пока Шерлок пытается оправиться от шока: «Почему он выгораживает меня?»
— Да, сэр.
— В таком случае не вижу причин вам оставаться здесь, — поворачивается он к Шерлоку, и тот кивает.
— Безусловно. Всего доброго.
Развернувшись, он идёт к лифту, прокручивая в голове один и тот же вопрос: «Почему он солгал?» Эта загадка перебивает даже чувство облегчения от того, что удалось выкрутиться без потерь.«Он не может быть агентом Майкрофта. Мы не пересекались раньше. Он не мой бывший клиент. Не благотворитель. Не… Почему он это сделал?»
В размышлениях на эту тему проходит ночь. Шерлок добросовестно вспоминает своих клиентов, давних и не слишком давних знакомых, но всё равно не понимает причин, подвигнувших Ману Пракаша выгородить его. Не то что бы он не был этому рад, но всё-таки…
— Почему? — не выдержав, задаёт он вполголоса вопрос индусу за завтраком, отчаявшись самостоятельно найти ответ.
— Разве я мог поступить иначе, взглянув на вашу руку, Сигерсон-джи? — спокойно ответствует тот, и Шерлок, нахмурившись, переводит взгляд на запястье: плетёный цветастый браслет, слегка потемневший от химических реактивов, по-прежнему обхватывает его. — Мне известно значение вещи на вашей руке. Вы оказали неоценимую услугу Ешэ Норбу, Сигерсон-джи. Или, по-вашему, Далай-ламе. А услуга Ешэ Норбу — это услуга всему человечеству… Моё почтение.
Поклонившись, индус убирает со стола чётки в карман и неспешно уходит, оставляя позади себя улыбающегося Шерлока Холмса. Кто бы помог подумать, что такая нелепая штука, как браслет на запястье, принесёт вполне реальную пользу, а настоявший на подарке буддийский монах окажется прав.
Допив апельсиновый сок, Шерлок идёт переодеваться в лабораторную униформу. Теперь, когда нужная информация получена, ему хочется как можно скорее выполнить контрактный план и убраться отсюда в Лондон. Расследование выходит на финишную прямую. Пора бы уже довести его до конца.
За окнами небольшого, отдельно стоящего домика в пригороде Лондона льёт дождь. Всполохи молний с завидной регулярностью разрезают темноту, от раскатов грома дребезжат стёкла. Засидевшись в любимом кресле с номером «The Lancet» за 17 ноября, Мэтью Льюис листает страницы рубрики«Клиническая картина» с материалом от тайваньских коллег. Он как раз подумывает утром выйти на сайт журнала и посмотреть упомянутый в тексте видеоролик, когда раздаётся звонок.
«Кто мог прийти так поздно?» — бормочет пожилой врач, нашаривая тапки и шлёпая открывать.
— Шерлок?
Поравнявшись с охранником, Шерлок не успевает вымолвить ни слова, как двери лифта открываются, и из него выходит Майкл Вулбридж.
«О, нет…»
Обмануть двоих, особенно если второй — настолько хитрый и опасный тип, гораздо сложнее. Да и кладбище под третьим полигоном — для животных, правда — но всё же реально существует.
Приметив давнего подозрительного лаборанта, полковник Вулбридж стремительно проходит по коридору.
— Мистер Сигерсон, — приветствует он его. — Что вы здесь делаете? Пришли ко мне с каким-то делом?
— Мистер Вулбридж, — как и два с половиной месяца назад, с достоинством кивает ему Шерлок. — Вовсе нет. Я решил заглянуть не к вам, а к мистеру Пракашу. Прояснить один вопрос религиозно-культурного порядка.
— Вот как? — удивляется Вулбридж. — И какой же конкретно интерес привёл вас сюда?
— Этим летом я побывал в Индии. К несчастью, экскурсовод не смог внятно объяснить, почему благородных истин в буддизме именно четыре. Не знал сам. Вероятно. И я надеялся, что мистер Пракаш ответит на этот вопрос.
Изумление Вулбриджа после этого объяснения становится видно невооружённым глазом. Шерлок же думает о том, как бы заболтать этих двоих и получить шанс зайти в лифт. А уж потом любыми путями прорываться прочь с территории базы, пока не пристрелили или не заразили чем-нибудь неизлечимым. Потому что он явно доигрался, и никакое оправдание взлома кабинета не будет принято.
— И что же на это ответил мистер Пракаш? — любопытствует Вулбридж, поворачиваясь к индусу, который всё время разговора умудрялся хранить молчание и перебирать деревянные чётки.
Шерлок прикидывает расстояние до лифта и то, сумеет ли до него добежать, учитывая, что у обоих присутствующих есть оружие.
— Я пояснил мистеру Сигерсону, сэр, что четыре благородные истины сформулировал сам Будда в первой проповеди. Это страдание, причина страдания, прекращение страдания и восьмеричный путь. А ещё я напомнил, что их также называют четыре истины Святого. И мы не можем самовольно изменить то, что дал нам Учитель.
— То есть, как я понимаю, вы уже обсудили с мистером Сигерсоном этот вопрос? — уточняет Вулбридж, пока Шерлок пытается оправиться от шока: «Почему он выгораживает меня?»
— Да, сэр.
— В таком случае не вижу причин вам оставаться здесь, — поворачивается он к Шерлоку, и тот кивает.
— Безусловно. Всего доброго.
Развернувшись, он идёт к лифту, прокручивая в голове один и тот же вопрос: «Почему он солгал?» Эта загадка перебивает даже чувство облегчения от того, что удалось выкрутиться без потерь.«Он не может быть агентом Майкрофта. Мы не пересекались раньше. Он не мой бывший клиент. Не благотворитель. Не… Почему он это сделал?»
В размышлениях на эту тему проходит ночь. Шерлок добросовестно вспоминает своих клиентов, давних и не слишком давних знакомых, но всё равно не понимает причин, подвигнувших Ману Пракаша выгородить его. Не то что бы он не был этому рад, но всё-таки…
— Почему? — не выдержав, задаёт он вполголоса вопрос индусу за завтраком, отчаявшись самостоятельно найти ответ.
— Разве я мог поступить иначе, взглянув на вашу руку, Сигерсон-джи? — спокойно ответствует тот, и Шерлок, нахмурившись, переводит взгляд на запястье: плетёный цветастый браслет, слегка потемневший от химических реактивов, по-прежнему обхватывает его. — Мне известно значение вещи на вашей руке. Вы оказали неоценимую услугу Ешэ Норбу, Сигерсон-джи. Или, по-вашему, Далай-ламе. А услуга Ешэ Норбу — это услуга всему человечеству… Моё почтение.
Поклонившись, индус убирает со стола чётки в карман и неспешно уходит, оставляя позади себя улыбающегося Шерлока Холмса. Кто бы помог подумать, что такая нелепая штука, как браслет на запястье, принесёт вполне реальную пользу, а настоявший на подарке буддийский монах окажется прав.
Допив апельсиновый сок, Шерлок идёт переодеваться в лабораторную униформу. Теперь, когда нужная информация получена, ему хочется как можно скорее выполнить контрактный план и убраться отсюда в Лондон. Расследование выходит на финишную прямую. Пора бы уже довести его до конца.
За окнами небольшого, отдельно стоящего домика в пригороде Лондона льёт дождь. Всполохи молний с завидной регулярностью разрезают темноту, от раскатов грома дребезжат стёкла. Засидевшись в любимом кресле с номером «The Lancet» за 17 ноября, Мэтью Льюис листает страницы рубрики«Клиническая картина» с материалом от тайваньских коллег. Он как раз подумывает утром выйти на сайт журнала и посмотреть упомянутый в тексте видеоролик, когда раздаётся звонок.
«Кто мог прийти так поздно?» — бормочет пожилой врач, нашаривая тапки и шлёпая открывать.
— Шерлок?
Страница 89 из 108
