Привилегированные демоны

Вы пошатнулись, выронив нож из ослабевающей руки, голова закружилась, вы теряете кровь, а значит — теряете жизнь. Ноги еле держат. Кровь течет по вашим упругим грудям, окрашивая их в малиновый цвет, стекает по бедрам, по ногам.

Наконец, вы падаете без сил рядом с ванной.

К счастью, голос не обманул: вы умерли очень быстро от сильной потери крови, забрызгав ею почти всю ванну.

— Привет, дорогуша, — слышите вы в кромешной тьме тот самый голос. — Я — демон.

Вы слушаете, что она вам говорит, но все еще не видите ее.

— Твои грациозность, воображение, напористость, красота, и мои жестокость, высокомерие, развращенность и шокируемость — скомбинированы. Твое тело — мое тело.

Ваше тело дергается, как от удара молнии, и вы снова видите окружающий мир.

Кровь вновь наполняет ваше тело, насыщает сердце, все органы функционируют, как надо. Как тогда — перед смертью.

И вы с изумлением замечаете, как кровь, украсившая ужасным рисунком вашу ванну, засыхает, и испаряется.

Нигде ни следа не осталось. Даже на ноже, который вы поднимаете, чтобы отнести на кухню.

— Ты получила привилегии, милочка, — пропел голос демона.

Прекрасно выглядите, кстати.

Откровение

Несмотря на все невзгоды, и даже на то, что вы теперь не совсем живы и не совсем мертвы, вы идете к другу, чтобы поговорить с ним.

Парень живет в десяти минутах быстрой ходьбы от вашего дома, возле супермаркета, аптеки и нескольких новостроек, где стоят серые, как могильная плита, здания и где ходят сотни ничего не подозревающих людей. Зомби среди вас! Зачем чем-то интересоваться, если можно просто верить всему, что говорят по телику и в газетах? Вот, например, новость о том, что сразу два учителя-гея, работавших в вашей школе, несколько дней назад решили «перейти в другую школу». В какую школу?! Ах, вы не знаете, что с ними случилось. Ничего. Скоро узнаете!

И вот вы стоите перед дверью квартиры, в которой живет ваш одноклассник Денис.

— Привет, — говорит он.

— Приветик.

Вы заходите внутрь, снимаете куртку и проходите за ним в его комнату. Родители его куда-то уехали.

— Что с тобой? — спрашивает парень. — Что случилось? — По глазам видно, что он о чем-то догадывается. Как и вы.

— Он сделал это, — слышите вы радостный голос своего демона. Вы удивлены! — Ха-ха, ты не одна!

— Что… ты тоже? — задаете вы ему вопрос.

Он какое-то время раздумывает и смотрит в пол, затем переводит взгляд на вас и отвечает:

— У меня не было выбора. Школа… — он не сдерживается и плачет. — Это все школа. — И он все рассказывает, включая и то, что случилось с учителями, зная, что вам можно доверять.

— Мне жаль, — говорите вы, выслушав его, — что это случилось с тобой. Но, похоже… Похоже, школа нас так не отпустит. Мы должны… что-то сделать.

— Да, — решительно говорит мальчишка. Он сжимает кулаки. — Мы должны с ней покончить.

— И чем скорее, тем лучше.

— О, это будет весело! — смеется ваш демон.

Вынос мозга

Готовьте веревку, Алексей.

Теперь вас обвиняют в женоненавистнической поддержке культуры изнасилования. А все потому, что вы посмели возразить замечанию учителессы, что все мужчины — агенты культуры изнасилования.

Это школа, и здесь учат важным вещам!

Как смеете вы не верить в то, что говорит учителесса и Матчасть?!

Сколько раз вам было сказано, что каждая пятая женщина — жертва изнасилования? А сколько раз вам говорили, что каждая четвертая — изнасилована?!

Эй, что это вы делаете?

— Пошла ты на хер! — кричите вы на весь класс.

Учителесса срывается с места, покидая затененный участок в классе, как раз там, где стоит учительский стол, и пулей мчит к вам, несмотря на свои внушительные габариты. На короткие дистанции — пару метров — даже такая жирная туша может быстро бегать. В руках у разгневанной гарпии книга — ее Матчасть, ее священная Библия. В фанатичных глазах пляшут огни, из пасти вылетают проклятья.

Книга превращается в размытое пятно. И обрушивается вам на голову. Затем еще раз, сильнее. У вас звенит в ушах и болит голова.

— Следи за языком, урод! — третий удар настигает вас.

Вот такая прекрасная школа.

Вынос мозга каждый день. Ненависть к несогласным с фанатиками ученикам — в порядке вещей.

— Это разве не насилие над тобой? Ты же понимаешь, что когда один человек поднимает руку на другого — то это и есть НАСИЛИЕ! Ответь, как вообще может быть привилегированным тот, кого с двух лет учили, что «девочек бить нельзя» и тот, кто лишен права дать сдачи ЕЙ, чтобы не быть обвиненным в насилии над женщиной? Тебя побили, потому что считают уродом! Не прощай этого! Неужели ты будешь и дальше ходить на уроки по ЛГБТ, квир-теории, гендерному насилию, феминизму, разнообразию?

После уроков, одним из которых был урок по сексуальному согласию, на котором парней учили спрашивать у девушек «affirmative consent» перед тем, как на очередном свидании просто взять их за ручку или поцеловать (каждый раз), вы, наконец, решаете покончить с этим.

Вы дома. В комнате родителей. Их нет.

Открыв шкафчик, вы видите его. Вот он — черный, начищенный, сияет, так и просится в руки!