Фандом: Гарри Поттер. Что было бы, если б в тот день на третьем курсе Гарри не смог бы так легко выпутаться с помощью профессора Люпина, а Снейп бы знал, что этот пергамент — карта? А так же кто украл хроноворот Гермионы и почему Гарри обращается за помощью к Драко Малфою, и помогает ли тот ненавистному гриффиндорцу?
79 мин, 38 сек 14899
Поттер летел очередной круг, когда увидел то, что заставило его сердце упасть куда-то в район пяток: Малфой летел на бешеной скорости за маленьким крылатым шариком, их разделяло не более десяти метров. Гриффиндорец быстро набрал скорость и, благодаря метле и тому, кто ее прислал, нагнал слизеринца. Тот резко пикировал за снитчем, Гарри не отставал. Похоже, крылатый мячик не собирался сдаваться — он немного дергался в стороны на лету, пытаясь сбить обоих ловцов с толку. Поттер налег на рукоятку и протянул руку — то же сделал и ловец Слизерина, но тут снитч резко взмыл вверх, удивив Поттера и Малфоя и скрывшись в темноте.
Расставшись в воздухе, ловцы стали с удвоенной внимательностью выискивать снитч, одновременно приглядывая друг за другом.
Вдруг Гарри кинулся туда, где увидел золотую вспышку снитча, отражавшего лунный свет, и увидел с другого конца поля блондина, который не намерен был отставать. Поттер нырнул чуть вниз, уклоняясь от бладжера («И когда Малфой успел заколдовать бладжеры и почему не предупредил?!»), а Малфой неожиданно оказался в нескольких сантиметрах от него.
И Гарри, и слизеринец мгновенно поняли, что надо делать. Поттер соскользнул со своей метлы и повис на рукоятке, а Малфой подбросил нижнюю часть тела, делая стойку на руках. Их перчатки соприкоснулись, а прутья метел на мгновение переплелись, когда они на бешеной скорости пронеслись мимо друг друга.
Гриффиндорец оседлал метлу в воздухе и метнулся за неугомонным снитчем. Малфой тоже, упав на метлу, последовал за ним. На сумасшедшей скорости они мчались вперед. Снитч резко изменил направление и пронесся прямо перед лицами обоих ловцов, которые тут же свернули за ним и помчались на «Молниях» за золотым мячиком, протягивая к нему руки. До него оставалось каких-то несколько жалких сантиметров. Сам же мячик, казалось, понял неизбежность ситуации и не пытался ускользнуть, как в прошлый раз.
Гарри хотел было схватить мячик, но вдруг понял, что того уже нет перед ним, и обернулся к ошарашенному Малфою. Тот застыл на метле в воздухе и удивленно смотрел на снитч в своей руке.
— Поздравляю, Малфой, — ухмыльнулся Гарри, — ты выиграл.
— Правда? — пробормотал тот, а затем его лицо осветила счастливая, неподдельная улыбка. Смотря на него, Гарри тоже невольно улыбнулся.
— Поздравляю с хорошей… хм… тренировкой.
— И тебя, Поттер, — Малфой уже нацепил на лицо свою обычную безразличную маску, но серебряные глаза горели восторгом.
Пока они отправляли снитч и бладжеры обратно в сундук мадам Хуч, Гарри посматривал на Малфоя. Он никогда не видел, чтобы ненавистный слизеринец был искренним хоть в чём-то. А такой ли уж он ненавистный? Гарри опешил от этой мысли. Малфой теперь не обзывает Гарри, хоть и обращается к нему по фамилии или называет его «Золотым мальчиком». И он даже меньше задирает Гермиону и Рона, когда они наедине… почему, собственно, Гарри не может с ним подружиться?
От таких мыслей Поттеру захотелось удариться головой об стену. «Он Малфой! Чертов Малфой, чей отец — Пожиратель смерти, в прошлом году чуть не сгубивший Джинни! Надменный слизеринский гад, как его называет Рон, который хвастается своей чистокровностью и красотой… тьфу, какой красотой?!». Поттер постарался затолкать мысли о слизеринце подальше, но само присутствие Малфоя мешало этому.
— Что, Поттер, задумался? О проигрыше? — съязвил Малфой. Поттер тут же забыл про мысль о призрачной дружбе. Каким-то образом это сказалось на настроении Гарри. Обида за то, что они никогда не будут друзьями из-за Малфоевской гордости, больно врезалась в мозг.
— Да нет, Малфой. О том, как обыграю тебя на матче.
— Этому не бывать, я только что смог поймать снитч раньше тебя!
— Не привыкай — это в первый и последний раз!
— Я так не думаю.
— А мне все равно, что ты думаешь, Малфой, — рявкнул Поттер.
— Если так, то зачем ты вообще пришел? — сузил глаза тот.
Поттер не ответил. Да ответ и не требовался: Малфой, широко распахнув свои серебристые глаза, с едва уловимой паникой смотрел за спину Гарри. Гриффиндорец хотел уже обернуться, когда почувствовал это. Холод сковал внутренности Поттера, отчаяние и страх нахлынули волнами на мозг, клубы пара вырывались изо рта Гарри при каждом выдохе. Дементоры…
Резко обернувшись, он увидел их: десяток черных фигур медленно надвигались на двоих студентов.
— Малфой, слушай меня! Малфой! — рявкнул Поттер, и тот с усилием перевел взгляд на гриффиндорца. — Вспомни самое счастливое воспоминание! Самое-самое счастливое! Затем произнеси заклинание — Экспекто Патронум! Давай, Малфой! Экспекто Патронум!
— Экспекто… — выдохнул слизеринец, уже держа в руке палочку. — Экс… экспекто… патр… патр… Экспекто…
Гарри выругался и достал свою палочку. Родители, ласково смотрящие на него из зеркала Еиналеж; Рон и Гермиона, счастливо улыбающиеся и смотрящие на него… Малфой, в серебристых глазах которого блестит неподдельный восторг и радость…
— Экспекто Патронум!
Расставшись в воздухе, ловцы стали с удвоенной внимательностью выискивать снитч, одновременно приглядывая друг за другом.
Вдруг Гарри кинулся туда, где увидел золотую вспышку снитча, отражавшего лунный свет, и увидел с другого конца поля блондина, который не намерен был отставать. Поттер нырнул чуть вниз, уклоняясь от бладжера («И когда Малфой успел заколдовать бладжеры и почему не предупредил?!»), а Малфой неожиданно оказался в нескольких сантиметрах от него.
И Гарри, и слизеринец мгновенно поняли, что надо делать. Поттер соскользнул со своей метлы и повис на рукоятке, а Малфой подбросил нижнюю часть тела, делая стойку на руках. Их перчатки соприкоснулись, а прутья метел на мгновение переплелись, когда они на бешеной скорости пронеслись мимо друг друга.
Гриффиндорец оседлал метлу в воздухе и метнулся за неугомонным снитчем. Малфой тоже, упав на метлу, последовал за ним. На сумасшедшей скорости они мчались вперед. Снитч резко изменил направление и пронесся прямо перед лицами обоих ловцов, которые тут же свернули за ним и помчались на «Молниях» за золотым мячиком, протягивая к нему руки. До него оставалось каких-то несколько жалких сантиметров. Сам же мячик, казалось, понял неизбежность ситуации и не пытался ускользнуть, как в прошлый раз.
Гарри хотел было схватить мячик, но вдруг понял, что того уже нет перед ним, и обернулся к ошарашенному Малфою. Тот застыл на метле в воздухе и удивленно смотрел на снитч в своей руке.
— Поздравляю, Малфой, — ухмыльнулся Гарри, — ты выиграл.
— Правда? — пробормотал тот, а затем его лицо осветила счастливая, неподдельная улыбка. Смотря на него, Гарри тоже невольно улыбнулся.
— Поздравляю с хорошей… хм… тренировкой.
— И тебя, Поттер, — Малфой уже нацепил на лицо свою обычную безразличную маску, но серебряные глаза горели восторгом.
Пока они отправляли снитч и бладжеры обратно в сундук мадам Хуч, Гарри посматривал на Малфоя. Он никогда не видел, чтобы ненавистный слизеринец был искренним хоть в чём-то. А такой ли уж он ненавистный? Гарри опешил от этой мысли. Малфой теперь не обзывает Гарри, хоть и обращается к нему по фамилии или называет его «Золотым мальчиком». И он даже меньше задирает Гермиону и Рона, когда они наедине… почему, собственно, Гарри не может с ним подружиться?
От таких мыслей Поттеру захотелось удариться головой об стену. «Он Малфой! Чертов Малфой, чей отец — Пожиратель смерти, в прошлом году чуть не сгубивший Джинни! Надменный слизеринский гад, как его называет Рон, который хвастается своей чистокровностью и красотой… тьфу, какой красотой?!». Поттер постарался затолкать мысли о слизеринце подальше, но само присутствие Малфоя мешало этому.
— Что, Поттер, задумался? О проигрыше? — съязвил Малфой. Поттер тут же забыл про мысль о призрачной дружбе. Каким-то образом это сказалось на настроении Гарри. Обида за то, что они никогда не будут друзьями из-за Малфоевской гордости, больно врезалась в мозг.
— Да нет, Малфой. О том, как обыграю тебя на матче.
— Этому не бывать, я только что смог поймать снитч раньше тебя!
— Не привыкай — это в первый и последний раз!
— Я так не думаю.
— А мне все равно, что ты думаешь, Малфой, — рявкнул Поттер.
— Если так, то зачем ты вообще пришел? — сузил глаза тот.
Поттер не ответил. Да ответ и не требовался: Малфой, широко распахнув свои серебристые глаза, с едва уловимой паникой смотрел за спину Гарри. Гриффиндорец хотел уже обернуться, когда почувствовал это. Холод сковал внутренности Поттера, отчаяние и страх нахлынули волнами на мозг, клубы пара вырывались изо рта Гарри при каждом выдохе. Дементоры…
Резко обернувшись, он увидел их: десяток черных фигур медленно надвигались на двоих студентов.
— Малфой, слушай меня! Малфой! — рявкнул Поттер, и тот с усилием перевел взгляд на гриффиндорца. — Вспомни самое счастливое воспоминание! Самое-самое счастливое! Затем произнеси заклинание — Экспекто Патронум! Давай, Малфой! Экспекто Патронум!
— Экспекто… — выдохнул слизеринец, уже держа в руке палочку. — Экс… экспекто… патр… патр… Экспекто…
Гарри выругался и достал свою палочку. Родители, ласково смотрящие на него из зеркала Еиналеж; Рон и Гермиона, счастливо улыбающиеся и смотрящие на него… Малфой, в серебристых глазах которого блестит неподдельный восторг и радость…
— Экспекто Патронум!
Страница 8 из 22
