Ни один живой организм не может долго существовать в условиях абсолютной реальности и не сойти с ума; говорят, сны снятся даже кузнечикам и жаворонкам. Хилл-хаус, недремлющий, безумный, стоял на отшибе среди холмов, заключая в себе тьму; он стоял здесь восемьдесят лет и вполне мог простоять еще столько же. Его кирпичи плотно прилегали один к другому, доски не скрипели, двери не хлопали; на лестницах и в галереях лежала незыблемая тишь, и то, что обитало внутри, обитало там в одиночестве.
244 мин, 8 сек 5934
— Зачем? — Элинор поглядела вниз и увидела всю головокружительную высоту башни, лестницу, шатающуюся под Люком, далекие, бледные, сосредоточенные лица, холодный каменный пол.
— Как мне спуститься? — жалобно спросила она. — Доктор, как мне спуститься? — Идите очень медленно, — ответил доктор. — Делайте, что скажет Люк.
— Нелл, — крикнула Теодора, — не бойся. Все будет хорошо.
— Конечно, все будет хорошо, — мрачно произнес Люк. — Наверное, дело обойдется одной сломанной шеей — моей. Держись, Нелл, я поднимаюсь на площадку. Ты должна меня пропустить, чтобы потом спускаться первой. — Он совсем не запыхался, несмотря на подъем, но рука, которой он ухватился за поручень, дрожала, а лицо было мокрым от пота. — Ну, давай, — скомандовал Люк.
Элинор не двинулась.
— Последний раз, когда ты сказал мне идти вперед, ты за мной не пошел.
— Возможно, я просто сброшу тебя вниз, — сказал Люк. — И посмотрю, как ты разобьешься о каменный пол. А теперь возьми себя в руки и давай медленно мимо меня, на лестницу. И молись, — яростно добавил он, — чтобы я поборол искушение толкнуть тебя в спину.
Элинор покорно отошла от перил и притиснулась к жесткой каменной стене, пропуская Люка на свое место.
— Давай, — сказал он. — Я пойду сразу за тобой.
Металлическая лестница стонала и раскачивалась при каждом шаге. Элинор спускалась осторожно, нащупывая ногами ступеньки. Она стискивала перила и смотрела на свою руку, белую от напряжения, на босые ноги, делающие шажок за шажком, но только не вниз, на каменный пол. Спускайся очень медленно, говорила она себе, не думай ни о чем, кроме ступенек, которые как будто гнутся и вот-вот проломятся под ногами, иди вниз очень-очень-очень медленно.
— Так, хорошо, — сказал за спиной Люк. — Спокойно, Нелл, бояться нечего, мы уже почти добрались.
Внизу Теодора и доктор непроизвольно протянули руки, словно хотели подхватить ее, если упадет, а когда Элинор оступилась и перила задрожали под ее рукой, Теодора ахнула и метнулась поддержать лестницу.
— Все хорошо, моя Нелли, — повторяла она снова и снова. — Все хорошо.
— Еще чуточку, — сказал доктор.
Медленно-медленно Элинор преодолевала ступеньку за ступенькой и наконец, почти не веря, что спуск и правда позади, ощутила ногами каменный пол. За спиною у нее лестница закачалась и залязгала: Люк прыгнул через последние ступени, твердой походкой прошел через библиотеку, рухнул в кресло и замер с опущенной головой, все еще дрожа. Элинор поглядела на бесконечно высокую, маленькую-премаленькую площадку, где только что стояла, на шаткую лестницу, погнутую от времени, и сказала тоненько:
— Я бежала. Я бежала всю дорогу до верха.
Миссис Монтегю решительно выступила из дверного проема, где они с Артуром укрылись на случай падения лестницы.
— Кто-нибудь согласен со мной, — наилюбезнейшим голосом спросила она, — что на сегодня эта девица доставила нам более чем достаточно хлопот? Я лично намерена сейчас же вернуться в постель, и Артур тоже.
— Хилл-хаус… — начал доктор.
— Я глубоко убеждена, что эта дикая выходка лишила нас возможности наблюдать сегодня какие-либо сверхъестественные феномены. Вряд ли наши дорогие друзья из иного мира захотят показаться после такого нелепого спектакля, поэтому если все меня извинят и если вы закончили привлекать к себе внимание и будить занятых людей, то я желаю всем доброй ночи. Артур.
Миссис Монтегю удалилась, подрагивая от возмущения и гордо неся на животе вздыбленного дракона.
— Люк испугался, — сказала Элинор, глядя на доктора и Теодору.
— Люк безусловно испугался, — подтвердил тот у нее за спиной. — Люк так перетрусил, что еле спустился вниз. Нелл, ты безмозглая идиотка.
— Я склонен согласиться с Люком.
Доктор говорил сердито, и Элинор, отведя взгляд, посмотрела на Теодору, которая сказала:
— Надо понимать, это ты тоже была должна? — Со мною все хорошо. — Смотреть на них больше не было сил. Элинор опустила глаза, с удивлением взглянула на свои босые ноги: только сейчас она осознала, что они, не чувствуя ступеней, преодолели всю высоту лестницы. Минуту она задумчиво смотрела на них, потом вскинула голову и сказала:
— Я зашла в библиотеку взять книгу.
2
Это было ужасно, унизительно. За завтраком ночное происшествие не обсуждали, Элинор получила кофе, яйцо и булочку, как все остальные. Ей позволили вместе со всеми посидеть за кофе и обсудить, что сегодня будет погожий день: она уже почти готова была верить, будто ничего не случилось. Люк передал ей джем, Теодора улыбалась из-за Артуровой головы, доктор пожелал доброго утра. Затем, когда в десять вошла миссис Монтегю, все молча, цепочкой прошествовали в будуар, и доктор занял свою лекторскую позицию у камина. На Теодоре был красный свитер Элинор.
— Люк подгонит к крыльцу вашу машину, — мягко сказал доктор. Несмотря на смысл слов, глядел он по-прежнему дружески и участливо. — Теодора поднимется наверх и уложит ваши вещи.
Элинор хихикнула.
— Это невозможно. Ей тогда нечего будет надеть.
— Как мне спуститься? — жалобно спросила она. — Доктор, как мне спуститься? — Идите очень медленно, — ответил доктор. — Делайте, что скажет Люк.
— Нелл, — крикнула Теодора, — не бойся. Все будет хорошо.
— Конечно, все будет хорошо, — мрачно произнес Люк. — Наверное, дело обойдется одной сломанной шеей — моей. Держись, Нелл, я поднимаюсь на площадку. Ты должна меня пропустить, чтобы потом спускаться первой. — Он совсем не запыхался, несмотря на подъем, но рука, которой он ухватился за поручень, дрожала, а лицо было мокрым от пота. — Ну, давай, — скомандовал Люк.
Элинор не двинулась.
— Последний раз, когда ты сказал мне идти вперед, ты за мной не пошел.
— Возможно, я просто сброшу тебя вниз, — сказал Люк. — И посмотрю, как ты разобьешься о каменный пол. А теперь возьми себя в руки и давай медленно мимо меня, на лестницу. И молись, — яростно добавил он, — чтобы я поборол искушение толкнуть тебя в спину.
Элинор покорно отошла от перил и притиснулась к жесткой каменной стене, пропуская Люка на свое место.
— Давай, — сказал он. — Я пойду сразу за тобой.
Металлическая лестница стонала и раскачивалась при каждом шаге. Элинор спускалась осторожно, нащупывая ногами ступеньки. Она стискивала перила и смотрела на свою руку, белую от напряжения, на босые ноги, делающие шажок за шажком, но только не вниз, на каменный пол. Спускайся очень медленно, говорила она себе, не думай ни о чем, кроме ступенек, которые как будто гнутся и вот-вот проломятся под ногами, иди вниз очень-очень-очень медленно.
— Так, хорошо, — сказал за спиной Люк. — Спокойно, Нелл, бояться нечего, мы уже почти добрались.
Внизу Теодора и доктор непроизвольно протянули руки, словно хотели подхватить ее, если упадет, а когда Элинор оступилась и перила задрожали под ее рукой, Теодора ахнула и метнулась поддержать лестницу.
— Все хорошо, моя Нелли, — повторяла она снова и снова. — Все хорошо.
— Еще чуточку, — сказал доктор.
Медленно-медленно Элинор преодолевала ступеньку за ступенькой и наконец, почти не веря, что спуск и правда позади, ощутила ногами каменный пол. За спиною у нее лестница закачалась и залязгала: Люк прыгнул через последние ступени, твердой походкой прошел через библиотеку, рухнул в кресло и замер с опущенной головой, все еще дрожа. Элинор поглядела на бесконечно высокую, маленькую-премаленькую площадку, где только что стояла, на шаткую лестницу, погнутую от времени, и сказала тоненько:
— Я бежала. Я бежала всю дорогу до верха.
Миссис Монтегю решительно выступила из дверного проема, где они с Артуром укрылись на случай падения лестницы.
— Кто-нибудь согласен со мной, — наилюбезнейшим голосом спросила она, — что на сегодня эта девица доставила нам более чем достаточно хлопот? Я лично намерена сейчас же вернуться в постель, и Артур тоже.
— Хилл-хаус… — начал доктор.
— Я глубоко убеждена, что эта дикая выходка лишила нас возможности наблюдать сегодня какие-либо сверхъестественные феномены. Вряд ли наши дорогие друзья из иного мира захотят показаться после такого нелепого спектакля, поэтому если все меня извинят и если вы закончили привлекать к себе внимание и будить занятых людей, то я желаю всем доброй ночи. Артур.
Миссис Монтегю удалилась, подрагивая от возмущения и гордо неся на животе вздыбленного дракона.
— Люк испугался, — сказала Элинор, глядя на доктора и Теодору.
— Люк безусловно испугался, — подтвердил тот у нее за спиной. — Люк так перетрусил, что еле спустился вниз. Нелл, ты безмозглая идиотка.
— Я склонен согласиться с Люком.
Доктор говорил сердито, и Элинор, отведя взгляд, посмотрела на Теодору, которая сказала:
— Надо понимать, это ты тоже была должна? — Со мною все хорошо. — Смотреть на них больше не было сил. Элинор опустила глаза, с удивлением взглянула на свои босые ноги: только сейчас она осознала, что они, не чувствуя ступеней, преодолели всю высоту лестницы. Минуту она задумчиво смотрела на них, потом вскинула голову и сказала:
— Я зашла в библиотеку взять книгу.
2
Это было ужасно, унизительно. За завтраком ночное происшествие не обсуждали, Элинор получила кофе, яйцо и булочку, как все остальные. Ей позволили вместе со всеми посидеть за кофе и обсудить, что сегодня будет погожий день: она уже почти готова была верить, будто ничего не случилось. Люк передал ей джем, Теодора улыбалась из-за Артуровой головы, доктор пожелал доброго утра. Затем, когда в десять вошла миссис Монтегю, все молча, цепочкой прошествовали в будуар, и доктор занял свою лекторскую позицию у камина. На Теодоре был красный свитер Элинор.
— Люк подгонит к крыльцу вашу машину, — мягко сказал доктор. Несмотря на смысл слов, глядел он по-прежнему дружески и участливо. — Теодора поднимется наверх и уложит ваши вещи.
Элинор хихикнула.
— Это невозможно. Ей тогда нечего будет надеть.
Страница 65 из 69
